Гешефты Астаны

На модерации Отложенный


11 ноября в Казахстане должен пройти аукцион по продаже 117 списанных военных самолётов. В пул входят тактические бомбардировщики Су-24 и истребители МиГ-27, МиГ-29 и МиГ-31. Ничего особо примечательного в этом действии нет. Хозяйствующий субъект избавляется от ненужных активов. Подобные распродажи регулярно происходят по всему миру. Модельер Жак Азагури продаёт копии пяти платьев принцессы Дианы, а министерство обороны Республики Казахстан – ненужные ему военные самолёты. Интрига вокруг этого заурядного, по сути, события возникла из-за противоречивых данных о состоянии продаваемых самолётов и подозрительной игры с первоначальной стоимостью лота.

Первые торги с исходной ценой 3,9 млн должны были пройти 26 октября, но не состоялись из-за отсутствия заявок. Теперь владелец предпринимает вторую попытку, снизив стоимость почти в два раза. То есть более сотни самолётов можно купить менее чем за 2 млн долларов, или в среднем по 20 тыс. за один самолёт.

Для не годного, как уверяют казахстанские ресурсы, даже на запчасти металлолома это дорого, а для самолётов, которые, по данным западных источников, несли боевое дежурство ещё полтора-два года назад и были списаны, потому что казахстанские ВВС перешли на новые модели, цена выглядит смехотворно низкой.

В свете этих странностей некоторые российские специалисты, с тревогой наблюдающие за прозападным креном казахстанского руководства, сразу заподозрили, что на продажу выставили более-менее боеспособные самолёты, предназначенные для Украины, которая давно жалуется на доминирование России в воздухе и мечтает восстановить паритет.

Многим эта версия показалась вполне правдоподобной.

Дополнительную пикантность ситуации придаёт тот факт, что самолётный сюжет развивался на фоне подготовки к визиту в Астану Владимира Путина, который, несмотря на двусмысленные шаги президента Касым-Жомарта Токаева, продолжает говорить, что Россия и Казахстан связаны отношениями стратегического партнёрства. Время покажет, кто более адекватно оценивал ситуацию – российский лидер, регулярно сетующий, что его обманули, или паникующие по малейшему поводу аналитики.

А пока приходится признать, что вся эта коллизия, приправленная ехидными комментариями казахстанских экспертов по поводу переговоров Токаева с недавно посетившим Казахстан президентом Франции Эммануэлем Макроном («уран и редкоземельные металлы в обмен на стеклянные бусы и обещания»), порождает кучу сомнений и вопросов.

В 2018 году в ходе сотрудничества в рамках ОДКБ был заключён договор о поставках в Казахстан партии российских многоцелевых истребителей Су-30СМ. Поставки начались в следующем году. Теперь Астана завершает их постановку на боевое дежурство и пытается избавиться от устаревших моделей. При этом военные самолёты являются не единственным видом российских вооружений, имеющихся в закромах Казахстана.

По данным Стокгольмского института исследования проблем мира, с 1991 по 2017 год Россия поставила в Казахстан вооружения на сумму 1 млрд 756 млн долларов. В 2000 году было заключено соглашение о сотрудничестве российской государственной компании «Рособоронэкспорт» с казахстанским госпредприятием «Казспецэкспорт», а с 2004-го поставки продукции российского военно-промышленного комплекса в дружественную республику происходили по внутренним российским ценам.

При этом некоторую часть оружия Москва передавала Астане бесплатно.

Помимо самолётов, Казахстан получил от России большое количество тяжёлой бронетехники, в том числе около 250 БТР, пару десятков БМП, три тяжёлые огнемётные системы ТОС-1А, а также 120 противотанковых управляемых ракет «Атака» и другие виды оружия. При этом Астана регулярно участвовала в выставках вооружений и время от времени закупала небольшие партии у других стран.

Например, в 2013 году на выставке в Абу-Даби был подписан протокол о намерении Казахстана приобрести небольшую партию французских БТР, а генеральный директор «Казспецэкспорта» Асет Курмангалиев вёл с президентом Renault Truck Defense Жераром Амелье переговоры об испытаниях французской бронетехники на территории Казахстана. Но большая часть оружия казахстанской армии, в том числе парк военных самолётов, имеет российское происхождение.

Согласно приказу министерства индустрии и инфраструктурного развития Республики Казахстан, выставленные на аукцион военные самолёты должны быть ликвидированы посредством утилизации на территории войсковых частей, к которым они приписаны. Речь идёт о четырёх аэродромах – в Жетыгене в Алматинской области, в Шымкенте в Туркестанской области, в Семее (бывший Семипалатинск) в Абайской области – и авиационной базе ВВС в Караганде.

В сопроводительных документах сказано, что все самолёты находятся на хранении и непригодны для полётов, а их модернизация экономически нецелесообразна. При этом казахстанские СМИ пишут, что состояние боевых машин настолько плачевно, что они не могут быть использованы даже для разборки и установки снятых с них элементов и оборудования на другие самолёты. Если всё так плохо, как сообщают казахстанские ресурсы, возникает вопрос, кто вообще может заинтересоваться этим аукционом.

Даже если учесть, что при строительстве самолётов используются качественные сплавы и редкоземельные металлы. Например, планер (крыло, фюзеляж, оперение, управление, шасси и капоты двигателей) МиГ-31 на 16 процентов состоит из титана и на 33 процента – из авиационного алюминия.

Но заплатить 2 млн долларов для того, чтобы на чужих аэродромах извлекать из вышедших из строя самолётов какие-то детали, годные только для последующей переплавки, – затея более чем сомнительная.

Проблема, однако, состоит в следующем: версия о том, что Казахстан продаёт не самолёты, а металлолом, вступает в противоречие с официальной формулировкой об «экономической нецелесообразности» модернизации, из которой прямо следует, что восстановить самолёты можно, но это слишком дорого.

Но если можно восстановить, то можно и использовать в качестве запчастей, которые нужны тем, кто имел дело с подобными машинами. А это значит, что первые строчки в списке потенциальных покупателей должны занять Россия, Украина и, возможно, какие-то другие государства постсоветского пространства.

Некоторые эксперты считают, что часть фигурирующих в лоте моделей Россия как страна-поставщик могла бы использовать в качестве запасных частей, а уже упомянутые МиГ-31 с их долговечными планерами повышенной прочности можно модернизировать до версии «И» или «БМ». Российский ВПК владеет соответствующими технологиями.

Они использовались при модернизации 60 МиГ-31, превращённых в МиГ-31БМ. Обновлённая модель получила новую систему управления вооружением и новые бортовые радиолокационные станции, что позволило ей одновременно сопровождать до 10 воздушных целей и обнаруживать их на расстоянии до 320 километров. В свою очередь, МиГ-31И «Ишим» предназначен для воздушного старта небольших космических аппаратов массой 120–160 килограммов на орбитах на высоте 300–600 километров.

Отдельный вопрос – захочет ли Россия заниматься этой штучной модернизацией в разгар боевых действий на Украине.

Тем не менее стоит отметить, что реализации этого проекта мешает запрет на экспорт в нашу страну высокотехнологичных товаров, введённый Казахстаном 19 октября, как раз за неделю до первого аукциона. Второе препятствие – приказ министерства индустрии и инфраструктурного развития Казахстана об утилизации выставленных на аукцион самолётов на аэродромах их приписки.

Но министерский приказ – это не закон. Его можно отменить другим приказом. Гораздо более серьёзная вещь – санкционный запрет. Не только в процедурном плане, но и потому, что его отмена вызовет негативную реакцию Соединённых Штатов, а возможно, и наказание в виде введения вторичных санкций в отношении Казахстана.

Сегодня Украина больше, чем какая-либо другая страна, заинтересована в пополнении своего парка военных самолётов. Давно обещанные Владимиру Зеленскому F-16 будут поставлены в лучшем случае через несколько месяцев. Поэтому, даже если из трёх-четырёх казахстанских самолётов удастся собрать один, это существенно изменит расстановку сил в противостоянии киевского режима с Россией.

США и их союзники по НАТО будут рады такому результату аукциона. Приказ об обязательной утилизации на территории Казахстана можно, как было показано выше, отменить. Однако в этом случае Астана окажется в двусмысленной ситуации. Поставки боевых машин Украине, воюющей против партнёра Казахстана по ОДКБ, будут выглядеть крайне неприлично, даже если сделать это через цепочку посредников.

Но Казахстан это совершенно не смущает, тем более что опыт подобных сделок у него уже есть.

Летом прошлого года появилась серия публикаций о цепочках поставок советского оружия с казахстанских складов в Великобританию, которая переправляла его на Украину. Посредниками в этих сделках выступали такие компании, как болгарская Bio Hran Invest, замеченная в покупке шести БТР-80 и двух вертолётов Ми-24. С гораздо большим размахом действовала иорданская Blue Water Supplies, купившая 20 тыс. снарядов и 33 тыс. ракет на сумму 70 млн долларов.

Список компаний-посредников, участвовавших в приобретении казахстанского оружия и доставке его на Украину, можно продолжить, но суть не в отдельных эпизодах, а в том, что эти операции поставлены на поток и проводятся достаточно давно. Если копнуть глубже, выясняется, что в 2014–2021 годах аналогичные поставки происходили через чешские фирмы Real Trade Praha, STV Group и Robus.

При их посредничестве Украина получила от Казахстана более 500 БМП-1 и БМП-2, около 400 миномётов, сотню гаубиц и десятки тысяч снарядов.

Разумеется, все эти вбросы можно назвать провокациями, нацеленными на то, чтобы поссорить Казахстан с Россией и помешать стратегическому сотрудничеству двух стран. Но всё более прозападный крен Астаны заметен и по официальным сообщениям. Эти факты создают репутацию, а она задаёт рамки для оценок и интерпретаций.

Всё это сформировало контекст, в котором и специалисты, и интересующиеся политикой рядовые граждане сразу заподозрили, что с самолётным аукционом что-то не так. В итоге все связанные с ним странности нашли объяснение в простой версии: «Астана собирается продать самолёты Киеву через посредников».

Вера Зелендинова