Бездарность управления лесами

Как это ни удивительно, но основная проблема лесов в России — это мнение о том, что в России лесов много. Больше 20 % лесов всего мира сосредоточены в России. Этот факт создаёт не только обоснованный повод для гордости, но и ощущение, что лес этот можно вырубать, не задумываясь: деревья-то снова могут вырасти.

В реальности уникальный ценный российский лес уничтожается с невероятной скоростью, и восстановить его полностью будет уже невозможно.

Что происходит?

Сейчас в России не существует нормального лесного хозяйства. Действующий Лесной кодекс рассматривает лес как место, где находятся брёвна. Красивых слов про важность леса и его рациональное использование в кодексе много, но на деле они оказываются только декларацией, которая не подкреплена грамотными техническими требованиями. Поэтому новые хозяйственно ценные леса вырастают в разы медленнее, чем рубятся или горят старые.

 

 

Истощение уже освоенных лесов вынуждает лесозаготовителей идти за древесиной в далекие районы дикой тайги или всеми правдами и неправдами рубить самые ценные леса в густонаселенных районах.

Лес для хозяйственных целей при правильном подходе можно вырастить за несколько десятилетий. А вот экосистемы диких лесов в результате промышленных рубок уничтожаются необратимо — даже для частичного их восстановления потребуются столетия, а полное восстановление вовсе невозможно.

Из-за вырубок в диком ценном лесу гибнут редкие виды животных. Чтобы спасти от вымирания популяцию северного оленя, необходимо сохранить нетронутыми несколько миллионов гектаров леса. Неправильные рубки подрывают даже рыбные запасы. При вырубке леса в реки смываются глина и мертвая органика, оседающая муть может уничтожать икру некоторых наиболее ценных и редких рыб. Например, икра сёмги обязательно должна омываться чистой и богатой кислородом водой, иначе гибнет. Нельзя вырубать ценный лес кусочками: в результате нарушения целостности системы в лес может внедриться короед и уничтожить всю оставшуюся территорию.

Чтобы нагляднее понять, что происходит, можно провести следующую аналогию. Представьте, что у вас есть дом, который вы хотите сохранить для ваших детей, и от его состояния зависят их жизнь и благополучие. Наши дикие леса —  и есть этот дом, ведь от них зависит и чистый воздух, и состояние рек, изменение климата. Однако, осознавая значимость своего дома, вы год за годом закладываете его части под залог. При этом у вас есть возможность остановиться, наладить свою жизнь, устроиться на работу и получать зарплату, но вы намеренно продолжаете жить за счёт будущего.

Самое парадоксальное, что при правильно организованном лесном хозяйстве в России можно рубить в три раза больше леса, чем вырубается сейчас, то есть удовлетворить все потребности в древесине, но при том не затрагивать уникальные дикие леса вовсе.

Большинство стран Европы, переживших похожий кризис в своих отношениях с лесом в прошлом или позапрошлом веках, давно уже отказались от использования леса как природного месторождения брёвен и перешли к интенсивному выращиванию леса. Так происходит в Европе, где заготавливается древесины в два раза больше, чем в России, но при этом оставшиеся дикие леса для этих целей почти не используются.

И еще один плюс правильного лесного хозяйства состоит в том, что оно даёт людям постоянные рабочие места, причём в большом количестве. Если в тайге развить правильное лесное хозяйство, появится в два, а то и в три раза больше рабочих мест, чем при добыче брёвен в диких лесах, как происходит сейчас. Это потребует сил и денежных средств, но вполне адекватных.

В России снова очень сложная ситуация с природными пожарами. 2021 год стал пятым с начала века по площади, пройденной огнём с начала года по конец июля, по данным ИСДМ-Рослесхоз. Общая площадь лесных пожаров составила 11,5 миллиона гектаров. Больше всего пожаров сейчас в Якутии, Красноярском крае, Иркутской области. В Ленинградской области загорелись торфяники, сильно горит лес в Карелии.