НОВЫЙ ФАНАТ

АВТОР  ЭТОЙ СТАТЬИ  АЛЕКСАНДР РУДЕНКО

Вообще-то фанатизм – это страстная приверженность к чему-либо и слепое безапелляционное поклонение этому незабвенному. В спорте любители его видов – болельщики. Они облепливают трибуны и делают своих любимых спортсменов кумирами. Ныне болельщики трансформировались в виде самовыражения в фанатов, фетишизируя все, что связано с их влюбленностью. Болельщики на стадионах прошлых лет – это совсем другое, дремучее явление, некая трухлявая ступенька к настоящему спортивному фанатизму.

На смену рядовому созерцателю, выражающему бурные эмоции разве что подталкиванием соседа по стадионной скамейке да возмущенным возгласом: «Судью на мыло!», пришел истинный, жаждущий «зрелищ с кровью» фанат. Он уже не простой болельщик, а участник происходящего на поле либо в спортивном зале. И он знает как надо лучше спортсменам сыграть или выступить. Он и гладиатор, и распорядитель судеб проигравших на арене схватку. И одних эмоций ему мало. Размалеванная майка с любимым спортклубом, разноцветная лысина, сигналящая всем и каждому о приверженности их носителя – это лишь начало длинного пути к вершине фанатизма.

Заоблачный же его пик познать невозможно даже «злостному» болельщику. Он – в обожествлении кумира всеми методами и способами, на которые способна фантазия фаната. Образ кумира – это его наркотик, как и сама среда и окружение ему под стать. Где вы можете еще встретить столько придурков в одном месте? В дурдом и на прочие тусовки юных «знатоков жизни» ходить не надо, посетите стадион. И вам откроется вся глубина дикой страсти спортфанатизма. Здесь не стрелы амура летят с трибун, адресованные участникам игр или состязаний, но крепкие фразеологические обороты и выражения, пред которыми и закореневший в языкознании лингвист снимет шляпу и утрется ею. Все, что связано со спортивным фанатизмом – это зеркальное отражение нынешней нравственности поколения, пришедшего взамен носителей «совковой сдержанности» и их морали приличия.

Свобода излияния первобытных чувств полностью сейчас реализуется на стадионе. Здесь фанат в своей стихии, он объединяет в себе два животных начала: выделиться, привлечь к себе внимание окраской и показать свой устрашающий вид сопернику – фанату другого кумира. Вообще-то о фанатизме между прочим нельзя говорить, это некая закономерность в движении человечества (как ему кажется) к совершенствованию. Он возникает не стихийно, а обусловлен общественными катаклизмами, когда рушатся надоевшие, занудные стереотипы, либо, наоборот, служит для «закручивания гаек» в «разболтанном» (как кажется неким устроителям государственности) обществе.

Последнее характерно религиозным фанатикам, в борьбе за чистоту и истинность веры способных пролить море крови, а также тоталитарным режимам, ради власти для власти творящих тоже самое. Но когда общество впадает в муторное спокойствие, погружается в брезгливое самодовольство, оно порождает протест против себя, он такой же вялый, как и окружающая старательно выпестованная действительность.

Сытый Запад породил «протестантов» хиппи, на которых без слез, жалости и брезгливости (по настроению) иначе и смотреть было нельзя. Явление хиппарей у нас в советское время ни в коем случае нельзя связывать с каким-либо протестом, это элементарное попугайничение, подражание якобы западному образу жизни. «Ряды» грязных «длинноволосиков» и составляли, в основном, отпрыски имущей административной советской и партийной номенклатуры. На смену хиппи пришли панки, предвестники сегодняшних фанатов.

Пустота внутреннего мира панков, их наивное самовыражение дали пышные всходы с рухнувшей советской тоталитарной системой. Резкое падение ее добрых и отвратительных 70-летних нравственных накоплений и совершенная изначальная деградация незнамо какого, но нового общественного строя в своем соприкосновении создали не меньше чем торричелливу пустоту. Однако и здесь вирус безнравственности нашел для себя благоприятную среду, удобоваримой пищей для него стали те же западные веяния.

Свобода волеизлияния в извращенной форме, демократия шиворот на выворот, быстро прижились в освобожденной от принципов стране. В немалой степени обеспечению жизнеспособности фанатов способствуют средсва массовой информации. Закомплексованные советскими проституированными идеологами, они, избавившись от шизоидной цензуры, не смогли изобрести новой и интересной подачи материалов, а просто слямзили ее у опять-таки того же пресловутого Запада.

Ковыряние на страницах печати в ношенном белье звезд российского спорта, беспардонное, «от фонаря», суждение о их сугубо личных и спортивных качествах и действиях не делает чести профессиональному журналисту, коль уж он им соизволил назваться. А где не предвзятые материалы об истинном, тяжелейшем и самоотверженном труде спортсменов и том, что и кто их делает звездами. Легко возразить, фанаты, мол, ввиду своего «умственного напряга» не туда, не читают прессы. А откуда тогда они черпают сведения о кумирах?

Именно благодаря гаденьким борзописцам у фанатов и появляются паскудные мыслишки быть «вровень» с никогда им недостижимым. В общем итоге мы и подобрались к той помойке, откуда завязывается грязный исток спортивных фанатов. Антисанитарные условия способны выкормить и куда большую и опасную заразу.