Ягодка опять…

Может, конечно, случиться и такое: тебе повезло родиться счастливой, пройти свой путь легко, воздушно и весело, выйти замуж по любви, родить кучу умненьких и таких же счастливых дочек и сыночков, потом получить от них милых внуков. А потом — не болеть, получать шикарную пенсию и, в конце концов, в глубокой старости шагнуть в дорогой гробик с бахромой кистями в один день и даже в один час со своим старичком супругом, держась за руки. Ну, и так же, рука об руку, воспарить со своим суженым к небесам, и непременно в рай.

 Но!!! Другие варианты не исключены. А потому, сейчас, когда ты думаешь, что тебе уже за двадцать и рвешь свои детские фотки, где ты страшненькая, когда тебе на самом деле не уже, а еще за двадцать, остановись, прислушайся и сделай… эх, все равно ты все сделаешь по-своему!

 Тебе сделал предложение МЧ. Он тебе кажется принцем только потому, что трезво оценивая себя, свою фигуру, отсутствие наследства в виде сундуков с монетами или недвижимости в виде домика в деревне, свой курносый нос и кривоватенькие ножки, ты понимаешь, что «кто тебя, дуру, еще возьмет».

 И ты делаешь первую ошибку — ты недооцениваешь себя. К тому же, даже Ленка Тупицина, твоя одноклассница, уже родила давным-давно.

 Ты, конечно, понимаешь, что прЫнцы бывают разные… Но, вздохнув от переизбытка чувств, которые фонтаном выдает на поверхность возбужденное первой близостью сердце, ты закатываешь глаза, страстно шепчешь «да» и уже представляешь себя в шикарном платье невесты, непременно в лимузине, и мысленно прикидываешь, сколько денег подарят на свадьбу и куда б их пульнуть с умом.

 Ну, дальше, в принципе все почти, как у всех. Несколько лет отводим на делание детей, учебу на дневном или на вечернем, декретные отпуска, долги, сумки с едой от мамы и свекрухи, если повезет. Учеба на заочном и работа до пяти, потому что к шести надо за детьми в садик, а тут еще муж работу потерял…

 В зеркало ты давно не смотришься, понимая «да кому я нужна». Разве что иногда, выходя из ванны, разглядываешь бедра с целью (тьфу-тьфу!) необнаружения целлюлита и животика. А накрасить губы и подвести стрелки глазам можно и на работе или пока будешь стоять на перекрестке в ожидании зеленого.

 Вдруг муженек твой начинает цвести нарциссом, хоть еще только ранний март, вдруг пахнет, как ландыш, нагло, вдруг приходит с каких-то планерок пьяный и счастливый, вдруг перестает требовать выполнения супружеского долга, а только о долгах финансовых все разговоры на кухне, вдруг…

 И вдруг — письмо! Уведомление из паспортного стола — «Уважаемая гражданка такая-то, а что это вы не приходите менять паспорт, вам же уже сорок пять стукнуло»!

 И ты впервые впадаешь не в театрально – кухонную, с битьем тарелок, а в самую настоящую панику.

Господи, как так? Какие сорок пять, если только вчера было двадцать?! Ну или тридцать пять?! Ну, никак же не сорок, тем более, пять…

 И целлюлит начинает плести сеточку по разжиревшей слегка попке, и морщинки у глаз мимическими назвать можно с сильной натяжкой, и дети уже сами детей стругают вовсю и не надо их в сад водить… А скоро же (ужас!) — внуки! И значит, бабушка?! «Господи, я ж еще девочка… м-м-м…» — плачешь ты.

 И тут вдруг ты вспоминаешь эту дурацкую поговорку про то, что «в сорок пять бабка — ягодка опять». И она тебе уже не кажется такой уж дурацкой. Ты подходишь к зеркалу, скидываешь тяжелый махровый халат и впервые тщательно, как перед установкой на витрину красоты, рассматриваешь себя всю-всю. И обнаруживаешь, что ты еще — ничего! Очень даже ничего!!!

 И смотришь на себя изнутри, а на этого… своего благоверного, с высоты, свысока — а он ведь и попивает, и дурак, и изменяет стопудово, и вообще…

 И ты достаешь из антресоли свои высоченные шпильки, подтягиваешь животик, юбку с оборкой, блузку посексуальнее с застегнутыми доверху пуговками, и выходишь в свет! И Мишка Красавцев, твой одноклассник, как всегда останавливает и пытается флиртовать, а ты смотришь на его седые лохмы и отвисшее пивное брюхо, и тебя начинает подташнивать — ты же не такая, как этот старикан, мужлан, двоечник бывший. И ты идешь по улице и не то, чтобы стреляешь по сторонам, но уже ставишь воздушные печати на некоторых особях мужского пола, которые прошли «отбор». Ну, с ними бы ты не против… познакомиться, скажем.

 И тебя заносит. День ты уходишь в депрессию, день — летаешь ласточкой, не чувствуя свое тело и радуясь, что все еще можно переменить.

 Ты не против бы хоть сейчас бросить законного губителя своей жизни, уничтожителя красоты и молодости, но жалко. Он же совсем слетит с катушек, кому же он нужен такой… Но ты понимаешь, что он тебя не достоин, тебе даже стыдно, что вы так долго были рядом.

 У тебя есть на размышление максимум два – три года. Еще все можно переменить, даже если не менять актеров, даже если не отбирать роли, а просто подправить сценарий. А может даже и полностью переписать.

 Ой, стоп! Мы, кажется, зашли слишком далеко — тебе ж еще только за двадцать! Ну, или за тридцать, какая разница?!

 Вот сейчас, когда впереди — новый поворот, и ты думаешь, как поступить, так поступай, наконец!

 Твоя жизнь — это только твоя жизнь. И лучше, если она сложится по тому, первому варианту, по счастливому. Это вполне возможно, главное — хотеть, когда тебе еще только за…