Вождь на дороге

Накануне Дня Победы это всегда обостряется, как дурная болезнь: желание втащить хоть куда-нибудь своего идола и сложить перед ним руки в молитвенном благоговении. Этот день - один из немногих, когда поклонникам Генералиссимуса кажется, что с его постамента можно отмыть кровавые пятна и выдать победу в войне за его личное достижение.

Это один из немногих мифов о прошлом, который фактически остался нетронутым в советское время: Сталин, исчезнувший было с экранов с началом развенчания "культа личности", благополучно на них вернулся - пускай не таким величественным, но все таким же мудрым. Над глорификацией этого образа работали сонмы советских романистов и историков. И они же благополучно замалчивали правду о войне. Правду о постыдном союзе Сталина и Гитлера. Правду о ленд-лизе и совместной борьбе союзников против нацизма - борьбе, к которой Советский Союз был вынужден присоединиться только после начала гитлеровской агрессии. Правду о неисчислимых жертвах и наплевательском отношении к человеческим жизням. Правду о издевательстве над населением огромной части страны, брошенным на произвол судьбы в первые месяцы войны и потом на десятилетия переведенном в категорию неблагонадежного. Правду об армии-освободительнице, которая не только избавила Европу от гитлеризма, но и принесла освобожденным странам сталинизм с его лагерями, показательными процессами и разрухой.

Но всей этой правды нет в нашей памяти. Поэтому коммунисты все тащат и тащат своего кумира на постаменты в эти майские дни, прямо по Галичу - "уходят бронзовые, но лежат, притаившись, гипсовые". Поэтому любой высокопоставленный ворюга готов в любой момент вывесить портрет Сталина или хотя бы бессмертную цитату вождя в уверенности, что это заменит новые дороги, новые станции метро, просто нормальную жизнь. В этом нет ничего нового - в сталинском Советском Союзе его портретами тоже прикрывали нищету и голод, ложь и репрессии, пытки и смерть.

Так было принято - в этом и была суть выстроенной Генералиссимусом на наших костях системы. И удивляться тут не приходится. Поразительно то, что все это продолжается по сей день. И не только продолжается, но и усиливается.

В конце 80-х - начале 90-х, когда люди наконец получили возможность узнать и сказать о сталинизме все то, что система упрямо не хотела признавать даже в годы борьбы с "культом личности и его последствиями", ни у кого - разве что у отдельных маргиналов типа какой-нибудь Нины Андреевой - не было сомнений, что мы говорим о параноидальном преступнике, весь политический талант которого заключался в умении давить и стрелять. Да, рабскому обществу свойственна симпатия к таким талантам - не случайно сегодня многие бывшие советские люди с таким энтузиазмом вглядываются в миндалевидные глаза безумного Муамара. Но тогда мы, кажется, освобождались. Тогда на проходивших в Москве "неделях памяти" даже не какие-то там диссиденты, а Дмитрий Шепилов, тот самый "примкнувший Шепилов", некогда кандидат в члены Президиума ЦК КПСС и главный редактор газеты "Правда", говорил о сталинских злодеяниях.

Но вскоре освобождение завершилось. Сталин всегда встречается и будет встречаться на дороге к рабству. Всегда на этом крестном пути кто-то будет хватать его бюст и водружать эту белесую мерзость на какой-нибудь ленинградской или запорожской улице, а кто-то будет право на эту "акцию победы" защищать. Когда во время одного из недавних украинских телевизионных шоу депутатка-регионалка истошно кричала на меня, требуя "не трогать Сталина и не оскорблять стариков", я понял: все начинается сначала. Стариков обворуют, молодых оболванят. Так бывает всегда, когда не трогают Сталина.