Куда пропали деньги

Елена Котова

Кто считает себя очень умным, может не читать. Я тоже, считая себя умной, решила, что это просто -- объяснить людям, почему из нашей экономики пропали деньги.  В книге «Откуда берутся деньги, Карл?» объяснила примерно так: 

«В 2014 году в Россию пришел кризис, потому что на фоне резко подешевевшей нефти…  западные санкции перекрыли приток капитала в страну. …. Если бы у нас был один-два госбанка, остальные могли бы, как и раньше, привлекать деньги с международных рынков, и кризиса мы не почувствовали бы. Но у нас 80% банковского рынка приходится на Сбербанк, ВТБ и ВЭБ, Газпромбанк и Россельхозбанк». Приток этой пятерке перекрыт – капитал в страну не идет.  А отток продолжается: кто детям деньги на учебу переводит, кто родственникам, кто сам переезжает или продает бизнес в России, чтобы купить в другой стране….. 

Казалось бы, все объяснила. К моему изумлению люди, мало искушенные в экономике стали задавать вопросы, типа: «Доходы от нефти идут в бюджет, а деньги пропали не у бюджетников, а у всех, как это?»  Или «Все дорожает, потому что из-за санкций пропали продукты?»  Или «Все из-за того, что санкциями обвалили рубль?». Выходит, не объяснила.  Придется по-новой.  

Санкции и  продукты -- полная путаница в этом вопросе.  Никакой Запад санкций на ввоз в Россию продуктов не вводил.  Эту напасть нам собственная власть устроила, сказав, «раз против России санкции,  мы в ответ запрещаем покупать в Европе ветчины, сыры и прочую жратву».  Наказали, правда, не Европу, а свой народ. Оставили ему выбор: либо есть сыр из мыла, сваренный на «импортзамещающих» производствах, либо платить втридорога за сыр из Швейцарии, которая санкций не вводила, поэтому ее сыр кушать разрешено.  В магазинах можно, конечно,  встретить и макароны из Италии, и иное съестное из Евросоюза – вопреки запрету. Еще одно доказательство, что спрос и рынок любые запреты может обойти,  исключительно вопрос цены.  Продукты из ЕС импортеры теперь возят кривыми путями, через Беларусь или еще как.  Кривость пути, обход таможни, рост рисков – вот за это вы и платите.  А если цены начали расти на большую группу товаров, то к ним тут же подтягиваются и остальные:  вологодское масло было 72 рубля, вчера смотрю – оно уже 120. 

Санкции и летаргия экономики--  связь прямая, хотя «против экономики» никто санкций не вводил.  Их вводили против конкретных персон, кому закрыли въезд на Запад, и чьи тамошние активы,  – недвижимость и деньги – частью заморожены или арестованы, и к вашим деньгам это не относится.  Но кроме этого под санкциями и ряд госкомпаний.  «Роснефть», «НовоТЭК»,  прочая государственная нефтянка,  «Алмаз-Антей» и остальные производители вооружения (экспорт оружия – вторая после нефти статья экспортных доходов).  Им закрыли доступ на рынки Европы и США, доходы у них падают,  они режут расходы -надбавки, пособия к отпускам, прочие няшки.  Урезают зарплаты, кого-то   увольняют, и те находят работу далеко не с такой зарплатой, как раньше.  Если вообще находят.  Сокращают сокращают закупки,  раз производство не растет, -- стало быть, масса мелких и средних компаний, поставлявших им уйму добра – от запчастей до шин и канцтоваров,-- лишаются самых богатых заказчиков.  Ведь речь о самом крупняке – а наша власть немало сил приложила, чтобы весь крупняк был в руках государства, --  вот и выходит, что удар по полусотне компаний расходится волнами по всей экономике. Санкции и банки –  связь еще прямее.  Под санкциями всего с десяток банков, но в сфере финансов их доля еще больше, чем доля нефтянки и военпрома в реальном секторе.  Никакой «Трень-брень-канал-банк» свои облигации в лондонском Сити или на бирже Сингапура не размещает.  Только Сбер, Газпромбанк, ВТБ, ВЭБ и Россельхозбанк могли каждый год привлекать из-за границы по паре десятков ярдов каждый, на эту пятерку, как я уже в книжке сказала, приходилось 80%  привлечений с международных рынков.  Эту пятерку от рынков отлучили – приток евро и долларов иссяк, объем валютных кредитов сектору предприятий и гражданам сократился на 40%.  Первоклассным заемщикам, то есть опять-таки крупняку, банки еще выдают валютные кредиты, а рядовые предприятия напрочь вырезали из числа заемщиков: смысла нет тратить усохший объем валютных ресурсов, а также силы и время на кредиты мелкоте.  А «мелкоте» за рубли не купить ни импортного оборудования, ни многих материалов. Уже удар по всем, от производства стройматериалов до плитки и ваших шкафов, облицованных импортным шпоном. Уже все режут косты, включая зарплаты, ваши деньги кончаются, едва начавшись. 

Нефть и деньги –  тоже напрямую. Нефть—главный источник поступления валюты в страну. Валюты меньше -- ее цена растет, рубль дешевеет.  Кто-то мне, помнится, говорил осенью 2014:  «Мне курс доллара без разницы, у меня зарплата в рублях, квартплата и остальное -- в них же».  К концу 2015 этот «кто-то» заголосил: «Все дорожает!»  Импортные телевизоры и компы, автомобили и оливковое масло, -- цены на них в рублях выросли. Не вдвое правда, хотя ценность рубля уполовинилась, но процентов на 30-35% точно. Чтобы удержать цены в этом пределе – ведь если удвоить цены, вообще ничего не продашь,  --  импортеры, как и все остальные, опять-таки режут расходы, лишая своих сотрудников денег.  

И в сфере услуг пропали деньги, хотя, казалось бы, с чего.... Так ведь, экономя на всем, предприятия отказываются от аудита, от бизнес- и налогового консультирования. Люди отказываются от покупок квартир, услуг риэлторов и юристов, от ресторанов и фитнес-клубов, от салонов красоты и такси…Теперь, если позволите, на сладкое, я вам вопрос задам. В пропаже денег  виноваты западные враги? И к ним в придачу картель арабских шейхов?  Даю подсказку:  им чихать на Россию, чей валовый продукт такой же, как у одного только штата Нью-Йорк.  А вот почему у страны, самой богатой ресурсами, территорией и образованным населением, именно такой ВВП– это вопрос действительно для умных.