Не оттуда руки растут?
СПЕЦИАЛИСТЫ ОБЪЯСНИЛИ, ПОЧЕМУ СУДА ДЛЯ РОССИЙСКОГО ВОЕННОГО ФЛОТА СТРОЯТ ВО ФРАНЦИИ
Фото: Reuters
В портовом городе Сен-Назер на западе Франции в присутствии французского президента Николя Саркози и вице-премьера России Игоря Сечина было подписано межправительственное соглашение о строительстве для российского ВМФ четырех вертолетоносцев класса «Мистраль». Совместная работа начнется на верфях компания STX и продолжится в питерских доках.
Как сообщает «Комсомольская правда», Россия договорилась о приобретении у Франции двух кораблей-вертолетоносцев Mistral 24 декабря 2010 года. Согласно договору, корабли построит консорциум из французских компаний DCNS и STX и российской Объединенной судостроительной корпорации (ОСК). Российско-французские договоренности предусматривают возможность строительства в будущем еще двух кораблей класса Mistral. Как ожидается, контракт на постройку кораблей будет подписан в течение 2011 года. Десантный вертолетоносец класса Mistral имеет полное водоизмещение 21 тыс. 300 т, максимальную длину - 210 м, ширину - 30 м, максимальную скорость - 19 узлов, экипаж - 160 человек. Способен нести 450 человек десанта и десантные средства - 16 тяжелых вертолетов, суда на воздушной подушке и мотоботы. Стоимость одного такого корабля - 400-450 млн евро («Москва и Париж подписали соглашение о строительстве для России кораблей Mistral»).
Подписание российско-французского соглашения эксперты уже называют историческим событием. Дело не только в многомиллионной сумме сделки. Впервые в новейшей истории боевые корабли для нашей военно-морской группировки решено собирать на верфях страны, входящей в НАТО. С ее помощью Россия не просто обновит флотский арсенал, но и получит технологии производства современных кораблей. Именно это требование наши военные озвучили задолго до объявления конкурса на строительство вертолетоносцев. В разговоре с корреспондентом «Российской газеты»первый заместитель главы военного ведомства Владимир Поповкин откровенно признавал: «У нас нет доков, чтобы построить авианосец. Но когда начинаются разговоры, что кто-то ведет переговоры с французами, сразу поднимается шум. Говорят: нельзя этого делать. Мы, мол, погубим отечественную судостроительную промышленность. А как быть, если промышленность не может сделать то, что нам надо?». Неоднозначно воспринимали готовящийся контракт и на Западе. Делиться с нами военно-производственными секретами там не привыкли. Потребовался примерно год, чтобы здравый смысл и коммерческая выгода от потенциальной сделки взяли верх над стереотипом - в оборонной сфере с русскими дел не иметь (««Мистраль». doc»).
Комментарии