«Мы старались!»

Лариса Малюкова

 

 

 

Михаил Горбачев на просмотре фильма «Знакомьтесь, Горбачев!». Фото: Михаил Джапаридзе / ТАСС

Фильм сняли классик мирового кинематографа Вернер Херцог и документалист, оскаровский номинант Андре Сингера. Он построен на трех беседах Херцога и Горбачева, архивной хронике, фрагментах из фильма Виталия Манского «Горбачев. После империи», редких видеозаписях. Среди них обращение, сделанное президентом Советского Союза, когда он был изолирован на даче в Форосе во время переворота 1991 года.

«Знакомьтесь, Горбачев!» — портрет на фоне страны. Вехи эпох и событий прочерчивают судьбу человека, волей фортуны и собственных усилий возглавившего одну из последних империй ХХ века. Голодное послевоенное время. Застой с каракулевыми «пирожками» на трибуне Мавзолея. Афганистан. Перестройка. Чернобыль. Берлинская стена. Путч. Беловежская пуща.

Оттиски времени, его нестираемые шрамы. Похоронка на отца… а он вернулся с фронта. Его слова, тогда произнесенные, словно топором врублены в память: «Мы воевали, мы довоевались. Надо жить!»

…Михаил Сергеевич смотрит кино про себя, живо реагируя, показывает на фото десятиклассников: «А вот это я!»

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Михаил Горбачев: «Я сказал: прошу садиться. Но никто не сел». Интервью корреспонденту газеты «Гардиан» Джонатану Стилу

Вместе с экраном вспоминаем, как складывалась карьера самого молодого и активного политика в угасающем политбюро. Как похоронный марш стал лейтмотивом жизни огромной страны: Брежнев, Андропов, Черненко…

С первых дней работы новый лидер говорит с людьми о наболевшем: об экономическом хаосе, тотальной некомпетентности, приведшей страну у Чернобылю, хищениях, очередях, холодной войне. Говорит о шансе перестроить всю систему, привить стране демократию.

Люди, обступившие его, согласно кивают: «Надо бы власти быть ближе к народу». «Куда уж ближе», — смеется Горбачев.

У Тэтчер наметанный глаз — сразу оценила талант и харизму политика нового формата. А он вовсе не угождал Западу. Напротив, отстаивал ценности социализма, свой взгляд на устройство мира. Для Тэтчер ядерное оружие — инструмент сдерживания. Горбачев возмущен: «Как вы, женщина из современной культурной страны, можете такое говорить, сидя на ядерной бочке?» Женщина из культурной страны ласково улыбается: Горбачев ей нравится.

Здравое суждение плюс искренность — качества, несовместные с методами современной политики. Михаил Сергеевич уточняет: «У сегодняшних политиков другой принцип взаимоотношений: «Око за око». Но если они не понимают опасности черты, у которой стоит мир, им нет места на политической арене.

Горбачев не был популистом, ошибался, но брал ответственность на себя, умел идти вопреки сложившимся стереотипам. «Ведь и первые переговоры с Рейганом, — вспоминает Михаил Сергеевич, — сгоряча были оценены как провал». Н, по сути, стали прорывом, первым шагом к разоружению, изменили лицо мировой политики.

Реформы в СССР пробудили борьбу за независимость в республиках.

Масштаб происходящих изменений в Европе не осознавали сами европейцы. Смотрим новостной выпуск из Австрии. Первый подробный сюжет о борьбе с садовыми слизняками — очень подробный. Второй — краткий, о том, как министры иностранных дел Австрии и Венгрии разрезают проволоку между странами.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

«Нужно честно сказать — мы проиграли». Ракеты средней дальности не укрепили, а подорвали безопасность СССР

Михаил и Раиса Горбачевы. 1991 год. Фото: РИА Новости

Горбачев до сих пор считает, что наша страна могла бы пойти по эволюционному пути: расширить права республик, не рвать связи по живому, демократизировать жизнь. Но некоторым политикам надо было спешить: у них были свои политические амбиции. Вот он не может скрыть волнения, хотя лицо непроницаемо:

сейчас подпишет указ о сложении полномочий президента. Телевизионщики просят помедлить. Нужен хороший кадр: крупный план. История распада большой страны необратима. Горбачев секунду мешкает. И быстро подписывает, не глядя на камеру.

Он вообще не про камеру, не про пиар, которым сегодня подменены реальные дела и поступки.

Конечно, он мечтатель, даже сейчас мечтает об общем европейском доме, строительством которого занимался, о демократичном обществе в России, о разоружении. Нет сегодня ни общего дома, ни демократии, ни разоружении. Может быть, поэтому Горби и его правда не востребованы временем, в котором цинизм — первое необходимое и достаточное качество для политика.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Неизвестный Рейкьявик: «Переговоры задыхались в нафталиновом хламе»

Кинофилософ и антрополог Херцог видит в Горбачеве мощную трагическую фигуру. Эмоциональной кульминацией фильма становится история грандиозной любви. Раиса Максимовна была всегда рядом — в горе и радости, в путешествиях и дома. «Скучаете?» — спрашивает Херцог. «У меня ощущение, будто меня лишили жизни».

У них с Херцогом с самого начала складываются на редкость теплые отношения. В начале съемки немецкая киногруппа дарит именинный шоколадный набор, диабетический, без сахара. Правда буква «г» с фамилии соскакивает. Горбачева это веселит, у него вообще хорошее чувство юмора и ноль монументальности. «Вы хотите ко мне в карман залезть?» — подкалывает он звукорежиссера, пристраивающего микрофон к его рубашке.

В этом кино никто никому не угождает. Херцог показывает президента СССР в минуты триумфа и растерянности, решимости, радости, горя. Рядом возникают политики прошлого и настоящего: Рейган, Шульц, Ельцин, Путин. Но благодаря эмоциональному подключению, близости камеры Горби кажется крупнее, интересней, ближе.

Западу картина, несомненно, понравится. Она многое объясняет, в том числе почему Михаил Сергеевич без боя ушел с президентского поста.

Российскому зрителю вся канва событий закатной истории СССР до боли знакома. Мы были ее свидетелями и участниками. Многое знаем и о самом Горбачеве. Но все это азбучные знания.