Мотивы Космополитизма

Космополитизм в психологии – это прежде всего широта интересов, социальная открытость, развитость и ответственность, а также любопытство, творчество и удовольствие, как стиль жизни.

Космополитическое мировоззрение формировалось и в городах – древние Афины, Александрия и Рим, средневековые Флоренция, Амстердам и Париж, наконец Нью-Йорк и Сан-Франциско Нового времени. Но апофеозом космополитизма стал, конечно же, Ватикан с его планетарным мессианством и экуменистической основой проповеднической деятельности в современном мире.

В принципе, даже деревенский житель может быть космополитом, если он духом стремится туда, где живут масштабно мыслящие люди. Частное и целое, для таких «интеллектуальных комет» является не оппозицией, а взаимопроникающим принципом диалектического мышления.

Наша внутренняя сокровенная связь с огромным миром вокруг, «земным фрагментом Космоса» – это и есть психологическая основа космополитизма.

Наша духовное единство с космосом – не данность, способная быть выраженной в жизненной парадигме. Это опасное для паразитирующего эго «предчувствие» своей собственной огромности, которое пугает человека, противопоставляется им своей задаче выживания в конкретной жизненной ситуации, своей «домашней идентичности», которую легко предъявить социуму для обменных операций.

По Ульриху Беку, не существует необходимой связи между естественной планетаризацией сознания и крайне противоречивой и конфликтной космополитизацией национальных обществ. Глобализацию мировоззрения остановить невозможно, а выход актуальной политики за рамки интересов национального государства крайне осложнён тем, что не существует политических партий, кроме прогрессирующих «зеленых», которые востребованы национальными обществами для реализации плохо осознаваемых ими наднациональных интересов и для профилактики смертельных международных угроз. Интуиция подсказывает, что это будет какая-нибудь «партия народной дипломатии» или «партия стабилизации глобальных ЧС».

То есть надо сделать космополитический подход в политике социально необходимым.

Начать использовать космополитический метод можно, во-первых, отказавшись от пространственных категорий. Космополитизация – это не глобализация, не Общее Пространство, а Общее Время!

Космос, как Система Безграничных Соответствий, существует в обществе и в общественной МЫСЛИ - ВО ВРЕМЕНИ! История доказывает, что любой революционный политический сдвиг в социуме происходил только за счёт крупномасштабных идей, не ограниченных ни рамками культур, ни границами государств. ТОЛЬКО ИДЕЯ СПОСОБНА ТРАНСФОРМИРОВАТЬ ОБЫВАТЕЛЬСКОЕ ЭГО, укорененное в границах репрезентативности и обменной ценности в ДИТЯ БОГА. В этой парадигме, для идеологического развития, к космополитизму надо приставить «экзистенциально-гносеологический» СМЫСЛ, позволяющий познать и переопределить мир через чистое восприятие и действие зрелой масштабно мыслящей индивидуальности.  

Космополитизм-во-времени – это глобальная память о всемирном прошлом, трансформированная в ценности будущего. Фактически – это закладка будущего в «кармически» независимых системах мысли настоящего.

Космополитизация глобального общественного сознания произошла бы значительно быстрее, если бы научные и бизнес-элиты объединились бы в единый клуб решения планетарных проблем, а национальные государства рассматривались бы как пациенты для переливания свежей видовой крови эволюции. Но экспертного и финансового консорциума хватило бы только в том случае, если бы над ним стояла Высшая Власть, признанная всеми его участниками.

Из всего этого следует, что при прочих равных условиях, не хватает не космополитических партий и ресурсов для лечения планетарных болезней.

НЕ ХВАТАЕТ ИМЕННО ИСТИННОЙ ЦЕНТРАЛЬНОЙ ПЛАНЕТАРНОЙ ВЛАСТИ, ВЫСШЕГО ПРИНЦИПА УПРАВЛЕНИЯ, ВНЕ КОТОРОГО НЕИЗБЕЖЕН ЕЩЁ БОЛЕЕ БЫСТРЫЙ РАСПАД ЧЕЛОВЕЧЕСТВА НА ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНО И КУЛЬТУРНО ВЯЛЫЕ, НО АГРЕССИВНЫЕ СУВЕРЕНИТЕТЫ И БЕСПОЛЕЗНЫЕ БЮРОКРАТИЧЕСКИЕ НАДНАЦИОНАЛЬНЫЕ КОНСТРУКТЫ.

«До сих пор политика коллективно разделяемого и поставленного под угрозу будущего имела совсем скудную институциональную поддержку. Ещё более значимо то, что возникло прямое противоречие между нынешним осознанием всемирно разделяемого и находящегося под угрозой будущего без соответствующих ему форм институциональной политической практики, с одной стороны, и оглядывающейся в прошлое национальной памятью, у которой нет всемирного будущего, с другой». (Ульрих Бек)