3. ВИКА ! ЖДУ ТЕБЯ...

Из цикла "В начале было слово..."

 

     

     Ко мне приближался милиционер. Его я видел здесь впервые. Он был ненамного старше меня. Белобрысые волосы, которые он поправил пятерней, сняв фуражку, белесые брови и ресницы делали его еще моложе, хотя он и напускал на себя важный вид.

     - Стоишь? - спросил он меня.

     - Стою. - ответил я.

     - И долго будешь стоять?...

     - Не знаю.

     - Документы при себе имеются? - Продолжал расспрашивать милиционер.

     - Имеются, голубок. Имеются... - вмешалась тетка в кожаном пальто. Она только что угощала меня пончиками: - я этого парня давно знаю... Он девушку ждет. Полгода ждет... и еще ждать будет - вздохнула тётка.

     - Непорядок. - строго сказал милиционер.

     - Что значит "непорядок"? - возмутилась тетка и обернулась, призывая пассажиров на остановке в свидетели: - Стоит себе человек... тихо, скромно ждет девушку и ... непорядок. Скажите, пожалуйста.

     - Вот, это непорядок! - милиционер показал пальцем на плакат за моей спиной.

     - Мне разрешили... - неуверенно произнес я.

     - Разрешили... - милиционер насмешливо усмехнулся: - а ты знаешь, что тот работник, который  "разрешил",  выговор имеет из-за тебя?...

     - Что тут происходит?... Что тут происходит? - протиснулась вперед старушка в бархатной шляпке, на согнутой руке зонтик с бамбуковой ручкой.

     - Мальчик любит, а ему не разрешают. - с охотой пояснила тетка, моя заступница.

     - Шо? Загубывся?... - неожиданно густым басом произнёс из толпы сухонький старичок, но увидев меня, разочарованно пробасил: - Така вэлыка дытына. Хиба ж так можно?...

     Подошедший автобус проглотил толпу и фырча покатил мимо. Из раскрытого окна послышался знакомый голос тетки: - "Не теряйся маль- чик. - Жди... Придет..."

     - А если не встретишь? - спросил милиционер. На остановки мы остались вдвоем. Я промолчал. Что тут говорить - сегодня последний день в Москве, а я её не встретил и вечером уезжаю домой, в Киев.

     - Время пробовал менять? - продолжал расспрашивать сержант: - вижу, пробовал, - сказал он, вглядевшись в плакат, висевший на решётке остановочного павильона.

     - Что ж, так и будешь ждать?

     - Буду. - Ну, жди. Только плакат придется снять. Для этого специальные стенды для объявлений имеются. Здесь не полагается.

     Милиционер козырнул, глядя мимо меня. Я обернулся и увидел двух смеющихся девушек у моего плаката.

     "Неужели она и сегодня не придет, - думал я. - Теперь я смогу только летом приехать, на экзамены в институт...

     "... Я вскочил в вагон уже на ходу поезда. Потерял равновесие и толкнул девушку в черной вязанной шапочке. Из-под нее выбивались русые завитки волос у ушей. Удивленно смотрели на меня зеленые глаза и потому, наверно, как мне показалось, растерянно, что были немного под углом к переносице.

     Каждый толчок, набиравшего ход поезда, прислонял меня к ней и я невольно отстранялся, пока чей-то локоть в спину не заставил меня стоять спокойно. И я навис над ней, изо всех сил вцепившись в поручень. Иногда она поднимала глаза - я видел их близко-близко...

     На станции " Проспект Маркса" поток людей вынес нас на платформу и увел с собою в переход. Я шёл за ней буквально следом, но вскоре несколько человек вклинилось между нами и я едва не потерял её. Она несколько раз оглянулась, ища меня, но стиснутый со всех сторон не смог даже помахать ей рукой. Догнал её уже на платформе.

     Из зёва туннеля раздались резкие сигналы и грохот подходящего поезда. Я решился вскочить за ней в вагон уже тогда, когда двери закрывались. Людей было много и мы стояли довольно далеко друг от друга.

     - Меня зовут Максим, - я сказал и напрягся, ожидал ответа.

     - Вика. - засмеялась она и мне стало легко.

          Я смотрел в черное, отражающее как зеркало, стекло и украдкой наблюдал за ней. Когда стекло серело, а за окном начинали мелькать длинные змеи кабелей и бетонные перемычки, резко сменявшиеся вспышкой яркого света станции, я переводил взгляд на неё и видел удивленно-косящие глаза, меня охватывало томительное чувство беспокойства. Я боялся, что сейчас она выйдет и знал, что пойду следом.

     Так мы доехали до конечной. Вышли из метро. Подошли к автобусной остановке. На остановке было много людей и она сказала, что мы можем погулять немного. Я вздохнул о облегчением. Накрапывал дождь. И снова я молчал.

     - Ты откуда приехал? - спросила она.

     - Из Киева.

     - У меня мама из Киева, - сказала она и засмеялась: - Удивительно!...

     - Что удивительно? - глупо спросил я, мучаясь от косноязычия.

     - Всё удивительно. Вернёмся назад - уже поздно...

     Теперь молчали оба. Я шел и надеялся, что долго не будет автобуса. Но он уже ждал нас. Вика вошла в переднюю дверь. Махнула в окно рукой в вязаной рукавичке и уехала.

     Было очень поздно, пока я добрался в "Беляево" - к тетке. Я спросил её, куда идут автобусы с "Юго-Западной"... В "Солнечное", - ответила тётя.

     На следующий день я купил фломастеры и лист ватманской бумаги. Вот тогда-то я и прикрепил на остановке свой плакат. Почти весь день я простоял. Когда уходил перекусить или мне было очень надо, то я писал на плакате "Буду в час"... "Буду в четыре"... Я прождал все осенние каникулы. Её не было.

     Плакат висел постоянно. Только однажды его снял милиционер. Ему, первому, я рассказал свою историю. Милиционер принёс мне новый лист, всё-равно старый был весь исписан, и я снова прикрепил свой плакат на прежнем месте"...

     Сегодня закончились мои весенние каникулы. У меня скоро экзамены. У Вики тоже, наверное. Я пересёк проспект, подошел к переходу в метро. Спускаясь, оглянулся: на решетке павильона остановки четко выделялся белый лист. Букв не разобрать. У плаката несколько человек.

     Вики среди них нет.

15
1293
17