ВРЕМЕНЩИКИ

Фото: ссылка

ВРЕМЕНЩИКИ - люди, получившие высокое положение по воле стоящего у власти покровителя.

С. И. Ожегов, Н. Ю. Шведова. Толковый словарь русского языка.

В Правительстве России недовольны качеством статистической информации, предоставляемой "Росстатом" (Федеральной службой государственной статистики) и рассматривают возможность переподчинения Федеральной службы государственной статистики от непосредственно Белого дома обратно Министерству экономического развития. Об этом сообщает "Газета.ру" со ссылкой на высокопоставленный правительственный источник. Два других источника в правительстве рассказали, что вопрос переподчинения Росстата будет обсуждаться в ближайшие недели у первого вице-премьера Игоря Шувалова.

Причиной этому послужили опубликованные 21 марта данные "Росстата" о падении экономики России. Согласно отчету, промпроизводство в феврале 2017 года снизилось на на 2,7% по сравнению с февралём 2016 года. С исключением сезонного и календарного факторов в феврале 2017 года промпроизводство упало на 1,5% по отношению к январю. Кроме того, в феврале 2017 года, как следует из данных Росстата, реальные располагаемые денежные доходы населения снизились на 4,1% по сравнению с аналогичным периодом 2016 года.

Отметим, что данные "Росстата" берутся за основу при расчете прогноза, базовый вариант которого ежегодно становится основой для бюджетных расчетов.

После публикации глава Минэкономразвития Максим Орешкин назвал представленные данные за февраль "нерепрезентативными по фундаментальным и по техническим причинам". По его словам, статистические данные исказило то, что за базу были взяты данные високосного 2016 года. Также на данных отразился перенос на февраль 2017 года дополнительных праздничных дней. Кроме того, Орешкин раскритиковал новую методологию Росстата, указав, что из-за нее возникали переносы сроков публикации, а «оценки базировались не на реальных данных», приводит ТАСС его слова. В итоге, по мнению министра, данные за январь и февраль текущего года могут быть в дальнейшем значительно пересмотрены.

С 1 января 2017 года все российские ведомства перешли на новые классификаторы: общероссийский классификатор видов экономической деятельности (ОКВЭД-2) и общероссийский классификатор продукции по видам экономической деятельности (ОКПД-2).

Иллюстрация: В. И. Якоби. "Шуты при дворе императрицы Анны Иоанновны".

Экспертные оценки

• Валентин Катасонов

О том, что Росстат рисует какие-то лукавые цифры, мы говорили уже не раз. Это касается показателя ВВП, индексов промышленного производства, темпов инфляции, статистики внешней торговли и так далее. Но, судя по всему, рисует недостаточно благостную картину с точки зрения того, что требуют вышестоящие инстанции. Поэтому и осерчал господин Орешкин. Он докладывает с высоких трибун, что «всё хорошо, прекрасная маркиза», да ещё некоторые совсем высоко стоящие инстанции – типа Всемирного банка – говорят о том, что в России ситуация стабилизируется, улучшается, оживляется. А тут вдруг – ба-бах! – Росстат даёт такие отрицательные значения экономического роста. Конечно, это всё бьёт по престижу Министерства экономического развития, лично по реноме господина Орешкина, ну и вообще не вписывается в те планы, которые сегодня есть у власть предержащих. А планы такие: успешно провести предвыборную кампанию – до выборов президента остался 1 год. Я думаю, что лучший способ проводить предвыборную кампанию – это действительно оживлять экономику, а не рисовать цифры.

Должен сказать, что в некоторых странах статистические службы выделены и являются полностью независимыми. Надо сказать, что в Советском Союзе был Государственный комитет по статистике (Госкомстат СССР), который напрямую подчинялся председателю Совета министров СССР. Вот это была совершенно правильная система. Но в данном случае мы, видимо, берём пример не с лучших, а с худших. Например, США, Там основным источником официальной экономической статистики является Бюро экономического анализа, которое подчинено Министерству торговли. О том, как Бюро экономического анализа рисует цифры статистики, написано очень много. ВВП (валовый внутренний продукт) США в результате в том числе и манипуляций с методологией статистического анализа представляют из себя пену. Где-то 22% создаваемого ВВП приходится на реальный сектор экономики: промышленность, сельское хозяйство, строительство и ещё кое-что. Остальное – это сектор услуг. Большая часть этого сектора просто гоняет воздух. Но, тем не менее, это всё отражается в показателях ВВП. У нас, конечно, пены поменьше. Росстат, безусловно, ещё ведомство в коротких штанишках. Оно ещё не возмужало, ещё не научилось так беспардонно врать. Но, думаю, что если оно придёт под начало господина Орешкина, то действительно сильно продвинется на этом направлении.

В своей аналитике я использую данные Росстата. Но с поправками. Некоторыми показателями я вообще не интересуюсь, например, показателем ВВП. О том, как рисуется показатель ВВП, написано множество книг и в России, и за рубежом, но я особенно рекомендую посмотреть публикации Василия Симчеры, который достаточно долго руководил НИИ статистики. Он раскрыл многие тайны «мадридского двора», рассказал о том, как рисуются цифры. Я стоимостными показателями пользуюсь очень осторожно. Даже в советское время, когда я изучал в институте статистику, преподаватели говорили, что желательно всё-таки ориентироваться на натуральные показатели, которые действительно более адекватно отражают динамику экономического развития. В частности такой показатель, как, скажем, энергопотребление промышленности» в кВт/ч. Надо использовать набор разных отраслевых показателей. Или же, если вы пользуетесь стоимостными показателями, то тогда надо всё-таки вникать в методологию их расчёта. И, соответственно, делать какие-то собственные корректировки.

Цифра о падении промышленного производства по сравнению с февралём 2016-го на 2,7% – это стоимостной показатель, который если и учитывает изменения оптовых и розничных цен, то всё равно не в полной мере. Потому что темпы инфляции у нас обсчитывают по некой корзине. А эта корзина очень лукавая. Более того, как я узнал из своих источников, набор товаров и услуг в этой корзине может меняться чуть ли не каждый месяц в зависимости от ситуации – таким образом, чтобы всегда показывать то, что надо показать. Так что, в общем, лукавство это, мошенничество – называйте как хотите.

Реальные темпы падения производства ещё выше указанных Росстатом. Поскольку у нас сегодня резко упростилась структура экономики, то надо считать динамику по набору некоторых натуральных показателей. Как, скажем, добыча угля, нефти, природного газа, выплавка стали и чугуна.

Может быть, крупнотоннажная химия, зерно. Если мы составим такую картинку (скажем, десять картинок), то это будет гораздо более убедительно. Думаю, что большинство картинок будут изображать кривую, которая ведёт не вверх, а вниз.

Я бы ещё хотел обратить внимание на одну особенность. Дело в том, что цифрам Росстата не очень доверяют даже руководители отдельных министерств и ведомств. У каждого ведомства – своя собственная статистика. Скажем, Министерство экономического развития не раз вступало и, наверное, ещё будет вступать в споры по поводу того, каков, скажем, чистый отток капитала из России. Такие же дискуссии могут возникать у Минфина с Центральным банком по поводу макроэкономической статистики, связанной с внешним сектором. Что касается макроэкономической статистики внутренней экономики, то тут часто возникают распри у Минэкономразвития с Минпромышленности. И так далее. Особенно наглядно эта статистическая какофония наблюдается во время Гайдаровских форумов в начале каждого года, когда собираются чиновники высокого ранга, иногда и сам премьер-министр приезжает на этот форум, и там начинаются выяснения по поводу отдельных показателей. Это ситуация, достойная пера Гоголя или Салтыкова-Щедрина.

Я думаю, что Росстат беспардонно не будет врать, используя, скажем, номинальные цены на конечную продукцию. Он, конечно, скажет: а мы же учли изменения цен. Но учли изменение цен по показателю официального дефлятора ВВП! Официальный дефлятор ВВП – это фактически темпы инфляции в масштабах всей экономики – занижен. И не на проценты, а в разы.

Что в этой связи можно сказать о недавних встречах президента с представителями бизнес-сообщества, где были озвучены чрезвычайно радужные цифры подъёма промышленного производства? Эти встречи и жизнь – совершенно не пересекающиеся реальности. Встреча Путина с представителями бизнеса, которую окормлял шохинский РСПП – это, безусловно, некая пиар-акция. Прежде всего связанная с началом предвыборной кампании. Отчасти это была, конечно, попытка президента урезонить наших олигархов, но те, кто видел это мероприятие, обратили внимание на выражение лиц участников этой встречи. Выражение было примерно такое: «ну говори, говори», «мели, Емеля, своя неделя» – что-то в этом духе. Я думаю, что это мероприятие для президента имело нулевой результат, а может быть, даже отрицательный, потому что внимательные наблюдатели, эксперты поняли, что между президентом и «нашим» российским олигархатом лежит полоса отчуждения, и вряд ли олигархи будут прислушиваться к рекомендациям президента.

Президент, к сожалению, не обладает никакими реальными рычагами управления экономкой. Это очевидно. У него единственный рычаг управления – вербальные интервенции, уговоры. Но, к сожалению, метод уговаривания сегодня уже не работает. Соответственно, идёт отток капитала из России. Наши СМИ обращают внимание на одну сторону медали: то, что якобы активизировался приток капитала в Россию и, мол, несмотря даже на экономические санкции Запада. Но дело в том, что экономические санкции Запада не распространяются на движение горячего спекулятивного капитала. Серьёзные инвесторы, которые могли бы складывать деньги в развитие реального сектора экономики, создание и модернизацию производственных мощностей – они сюда не идут. Не идут, потому что экономические санкции, не идут, потому что в условиях падающей экономики можно не вернуть свои инвестиции. А вот отток капитала при этом имеет место быть. Я буквально сегодня утром посмотрел статистику. У нас пока нет платёжного баланса за весь 2016-й год, но есть платёжный баланс за 3 квартала 2016-го года. Так вот, через каналы банковского сектора каждый квартал утекало по 10-15 миллиардов долларов за рубеж. Вот такая вот картинка. Разве при таком оттоке капитала можно обеспечивать какие-то положительные показатели экономического развития?

Потом президент провёл совещание о производительности труда. Да, конечно, производительность труда – важный показатель. Но есть ещё другой показатель, о котором сегодня и СМИ, и даже Высшая школа экономики стараются не говорить и даже, наоборот, стараются, чтобы об этом показателе забыли – это норма прибавочной стоимости. Работник сдаёт продукт, предположим, стоимостью 100 единиц. Из этого продукта вычитается, скажем, 50 единиц – это материальные затраты, 50 оставшихся единиц – это добавленная стоимость. Так вот, из этой добавленной стоимости у нас в России остаются буквально копейки. Остальное – это прибыль тех самых олигархов, которые на днях сидели на встрече и снисходительно слушали президента. Без учёта этого фактора все разговоры о повышении производительности труда – это просто издевательство. Достаточно вспомнить признание Ольги Голодец о том, что у нас почти 5 миллионов человек получают заработную плату, которая ниже МРОТ (минимального размера оплаты труда). А МРОТ составляет 7500 рублей. Какая может быть производительность труда? Ольга Голодец совершенно правильно говорила, что раб – бесплатный работник (она правда, не использовала слово «раб», это я уже расшифровываю её эзотерический язык) – не может обеспечивать производительность труда. Естественно такие копеечные зарплаты не позволяют обеспечивать необходимый платёжеспособный спрос на продукцию отечественной промышленности.

У нас не осталось экономики. Поэтому и нет уже понятия управления экономикой. Соответственно, если нет управления экономикой, зачем статистика? Статистика тогда превращается в служанку или продажную девку. Чью продажная девка – не буду сейчас распространяться.

По большому счёту, в сегодняшней ситуации Росстат надо было бы подчинять даже не премьер-министру (потому что премьер-министр отчасти тоже заинтересован в манипуляциях и статистической химии), а напрямую президенту.

Те тенденции, которые пусть даже в ослабленном виде, но озвучил Росстат, говорят о катастрофических сценариях будущего нашей страны. Неужели это не пугает правителей? Неужели они настолько временщики, что пытаются заткнуть рот тем, кто говорит хотя бы полуправду?

В министерствах совершенно меняется менталитет человека. Он перестаёт ориентироваться на какие-то высшие цели и задачи. Он постепенно формирует менталитет корпорации, менталитет ведомства. Его основная задача заключается в том, чтобы: а) удержаться в своём кресле; б) всячески обеспечивать позитивные показатели по работе того ведомства, где он находится. Его совершенно не интересует то, что за стенами его конторы. Я встречал многих людей, которые себя подобным образом вели, но рано или поздно всё равно они получают пинок под зад. Так что они действительно в этом смысле временщики. Это очень серьёзный вопрос. Это уже вопрос не экономики, а социальной психологии, антропологии: почему человек так устроен? Власть – очень серьёзное испытание. И во власти может находиться человек, который действительно приобрёл мощнейший иммунитет от подобного рода соблазнов.