США лишились своего главного оружия

На модерации Отложенный

В Турции обнародованы результаты опроса, согласно которому более 62 процентов жителей страны считают Россию дружественным государством. Цифра впечатляет сама по себе, но исследование выявило еще более поразительный феномен: около 90 процентов респондентов назвалиСоединенные Штаты врагом Турции.

Стоит напомнить, что Турция находится в состоянии серьезной экономической турбулентности. Перспективы Реджепа Тайипа Эрдогана на президентских выборах, которые должны состоятся в июне, но, возможно, будут перенесены, неочевидны — существенная часть турецкого общества намерена голосовать за оппозицию. Когда говорят об общественно-политическом расколе в стране, обычно отмечают, что Эрдогана и его великодержавные пантюркистские проекты поддерживают консервативные и религиозные сельские жители, в то время как его оппоненты опираются больше на светское, образованное, либерально-прозападное население городов.
И вот на таком фоне выяснилось, что 90 процентов турок — вне зависимости от убеждений, степени религиозности и места проживания — полагают США врагом своей страны.
Турции это тоже в полной мере касалось, а в попытке военного переворота 2016 года, где откровенно торчали "уши" американцев, отразилось чрезвычайно ярко. Прошло несколько считанных лет, в турецком обществе по-прежнему множество разногласий и противоречий по поводу того, как должна жить и куда идти страна, но фактор Америки — как образца для подражания, арбитра и центра притяжения — исчез, оказался просто исключен из общественного сознания.
И это не какое-то исключение из правил — это новая обыденность. Бразилия в данный момент охвачена беспорядками на почве недовольства результатами президентских выборов части общества. Вот только попытка уложить происходящее в извечную латиноамериканскую схему борьбы правых американских креатур и левых антиамериканистов в данном случае обречена на провал, поскольку как правый по убеждениям бывший лидер Жаир Болсонару играл в многовекторность, так и новый левый президент Лула да Силва будет выдерживать баланс между разными геополитическими центрами.
Корень бразильских проблем теперь в ином — и это происходит не где-нибудь, а на "заднем дворе" Америки.
На днях The New York Times разразилась огромной, прямо-таки программной статьей об Индии, для которой российская СВО стала отличным подспорьем для рывка в развитии. Признавая успехи правительства Нарендра Моди, автор ожидаемо критикует индийского премьера за национализм и "поворот к нелиберализму", одновременно нерадостно констатирует, что в индийском обществе, несмотря на массу проблем и конфликтных тем, нет разногласий по поводу Запада. Его просто не существует как силы, на которую ориентируются, к которой прислушиваются, с которой берут пример. Главная ценность и для народа, и для властей — суверенитет и национальные интересы Индии, руководствуясь которыми страна должна сама определять как свое будущее, так и отношения с другими государствами. В этой конструкции Индии выгодно продолжение и развитие сотрудничества с давним и надежным партнером — Россией. В последний же год оно стало еще выгоднее, а значит, нет никаких причин принимать во внимание недовольство Запада по этому поводу.
Аналогичные примеры можно привести с Ближнего Востока и из Африки, где после десятилетий неоколониальной зависимости от Запада все больше стран набирают государственную зрелость и стремление к настоящему суверенитету.
Влияние на умы и души людей — "мягкая сила", распространяемая по всей планете, была краеугольным камнем западной и конкретно американской гегемонии. Самые развитые и богатые, самые могущественные и благополучные, самые свободные и демократичные страны — этот образ Запада в головах миллиардов людей обеспечивал ему такой уровень власти над миром, какой никакие авианосные группы не способны.
И именно этот образ развеивается на глазах — процесс зашел уже так далеко, что социология фиксирует феномены, подобные турецкому. При этом США и Европа, очевидно, не осознают или отказываются принимать происходящее. Они продолжают привычную риторику сияющего града на холме и всеобщего образца для подражания, не замечая, что для остального мира они стремительно теряют, а местами уже совсем потеряли ту идейную силу, носителями которой были последние столетия. И это все большее расхождение между реальностью и иллюзиями, с которыми Запад отказывается расставаться, только ускоряет процесс утраты им последних рычагов влияния.
 

Ирина Алкснис