КРИЗИС СОВЕСТИ

 Самое оправдательное слово в речах Путина – кризис.

Например, на встрече с рабочими Ярославского моторного завода он заявил, что и на нашу экономику повлиял мировой экономический кризис 2008 года.

А теперь идет третий год оправданий со ссылкой на кризис 2014 года по причине санкций Запада.

То есть кризис – это явление, перед которым любая власть бессильна. Оппозиция, напротив, за кризис вешает вину на правительство, однако при этом говорит его же языком: недавно приключился и мировой, и местный кризис.

По причине бездарности, беспомощности и безответственности правящих «либеральных фундаменталистов». И на какой процент с десятыми долями сократился ВВП. И как его восстановить.

Однако рабочие люди по собственному опыту чувствуют, что кризис душит их не только последние годы, а уже около 25 лет, и имя ему – капитализм.

Этот строй угнетения трудящихся и разорения великого государства обрушил нашу Родину в глубокую яму, из которой как не выбрались за истекшие четверть века, так не выползти и впредь по отвергнутому историей пути.

И у всех перед глазами картина катастрофы. 
Рабоче-крестьянская власть делала новый шаг в социально-экономическом развитии человечества с Плана ГОЭЛРО – ленинской электрификации и индустриализации всей страны.

Уже первые два с половиной десятилетия советской власти вместили стремительный взлет к вершинам научно-технического могущества и Великую Победу над фашизмом гитлеровской Германии и ее европейских подручных. 

Однако реставраторы капитализма во главе с Ельциным электрификацию всей страны сразу подвергли погрому.

Производство электроэнергии они сократили с 1082 миллиардов киловатт-часов в 1990 году до 827 миллиардов в 1998-м, почти на четвертую часть.

Затем ситуация несколько улучшилась, но даже и в истекшем году выработано примерно 1050 миллиардов киловатт-часов – меньше, чем четверть века назад. 

А ведь при сохранении советской власти электрификация страны темпами предшествующих пятилеток обеспечила бы на сегодня не менее чем двойной рост производства электроэнергии. 

Никакая Великая депрессия в США, никакой мировой кризис капитализма не сравнится по продолжительности, глубине и катастрофическим последствиям с кризисом реставрации капитализма в России.

Срыв планов советских пятилеток и прозябание в яме разрухи – это и есть тянущийся уже четверть века кризис.

Счетчик электроэнергии важен и тем, что он дает объективный показатель состояния всех отраслей экономики. 

На первом месте – индустрия, берущая начало в Плане ГОЭЛРО. Львиную долю получила она в 1990 году – 626 миллиардов киловатт-часов.

А вот в 1998 году – лишь 412 миллиардов, на треть меньше.

С этой отметки главным образом на предприятиях сырьевого экспорта усилилось оживление, тем не менее в целом промышленность в 2015 году использовала лишь около 560 миллиардов киловатт-часов электроэнергии.

То есть на 10 процентов индустрия недотянула, чтобы выбраться хотя бы на край ямы, с которого непрошеные господа толкнули ее вниз с началом прихватизации.

Пожалуй, с наибольшим отчаянием боролись против наседающей тьмы крестьяне.

Памятны массовые выступления с требованием остановить губительное взвинчивание цен на электроэнергию.

Потребление электроэнергии сельским хозяйством за первые полтора десятилетия капиталистических «реформ» сократили с 94 до 54 миллиардов киловатт-часов. 

Таким образом, всему этому в промышленности и сельском хозяйстве есть одно определение – катастрофический кризис продолжительностью уже более четверти века. 

* * *
 

Наиболее доходчиво капиталистической власти об этом кризисе могут рассказать его непосредственные жертвы – выбрасываемые по сей день с рабочих мест трудящиеся. В советской промышленности работали около 23 миллионов инженеров и рабочих. И вот в 2000 году осталось лишь 14,5 миллиона работников, а под разговоры об «инновациях» к 2015 году их стало меньше 13 миллионов. 

Прямой итог – обвал выпуска продукции. Хотя Россию во всем мире стали величать сырьевой колонией Запада, но и в этой области кризис. 

Если в 1990 году в России уже при начавшемся «перестроечном» падении все-таки добыли 516 миллионов тонн нефти, то при Ельцине 307 миллионов. И только к 2012 году выбрались на край ямы с бочкой в 519 миллионов тонн черного золота. Но горестный казус – с обвалом цен на нефть хозяевами мирового рынка и некоторая прибавка добычи нефти сегодня не возмещает опустошения и без того тощего бюджета. 

Почти через такое же глубокое и затяжное сокращение прошла газовая промышленность. Только через полтора десятка лет спада добыча природного газа была восстановлена и повторила итог 1990 года в 641 миллиард кубометров. В следующие десять лет прибавили на 4 процента, но затем опять опустились ниже уровня 25-летней давности. 
Угольной промышленности повезло еще меньше.

Уже в начале нового века она все еще на 35 процентов была ниже уровня 1990 года. В 2015 году заговорили о рекордах: выдали на-гора 372 миллиона тонн угля. Только этот «рекорд» на 25 миллионов тонн ниже итога последнего года разваливающейся «перестройки». Угольщики вместо планового роста больше четверти века поныне все еще в яме кризиса. 

Считаются сравнительно благополучными и другие сырьевые отрасли, которые были фундаментом индустриализации великой державы братских народов. Но с началом капиталистического безвременья они получили крутой поворот потоками за границу и дали основание клеймить Россию как сырьевую колонию Запада.

Чем ознаменовали они 25-летие пребывания страны в этом статусе?

В последние пятилетки социалистическая Россия продолжала удерживать достигнутое ею первенство в мире по развитию металлургии, прежде всего по производству чугуна и стали. 

Однако уже за пять лет капитализма господа «частные собственники» снизили выплавку чугуна с 60 до 40 миллионов тонн. А к 2015 году восстановили производство лишь до 90 процентов начального объема. 

Соответственно выплавку стали сократили с 80 до 52 миллионов тонн. В 2015-м объем вырос до 70 миллионов тонн, что, однако, составляет всего три четверти советской продукции. 

И основной товар черной металлургии для других отраслей – прокат, его производство обрушили с 64 до 39 миллионов тонн, а затем возобновлено лишь до 60 миллионов тонн. 

Выпуск всех этих трех видов продукции в 2016 году вновь значительно уменьшился. И это притом, что Россию дельцы уже опустили с первого места в мире на шестое по выплавке чугуна и стали. 

Тем временем крупнейшие из соседних стран ускоренными темпами развивают свою металлургию.

Особенно важно и показательно, что на фоне упадка России Китайская Народная Республика за четверть века увеличила выплавку стали в 12 раз, до 823 миллионов тонн в 2014 году! 

Крайне далеко до благополучия на предприятиях цветной металлургии. Продукция нынешними «собственниками» предприятий сплавляется за границу.

Так, от 3 и почти до 5 миллионов тонн алюминия в год, 80 процентов и более всего его производства, идет на экспорт.

Все это – деиндустриализация.

Зачем стране крылатый металл, если уничтожена авиационная промышленность?

Зачем все элементы таблицы Дмитрия Менделеева, если разрушены заводы и фабрики, подорвана научно-техническая отрасль? 

* * *

Показатели государственной статистики о производстве основных видов продукции обрабатывающей промышленности за 1990 и 2014 годы в подавляющем большинстве ни разу не поднимались до советского уровня. 

Прежде всего бросается в глаза уничтожение станкостроения – базовой отрасли самостоятельного развития промышленности независимой державы. Выпуск металлорежущих станков сократили в 25 раз! 

Все специалисты отмечают как определяющий показатель беды во всех видах машиностроения – в стране ликвидировали подшипниковые заводы, сейчас выпускают лишь 6 процентов подшипников от советского уровня производства. А без подшипников придется садиться в старую телегу на деревянных колесах со смазкой дегтем. 

В общем-то, уже сели, но не едем, потому что застряли в развалинах.

Озираемся, а что же уцелело.

В два, пять, десять раз и более сократили выпуск турбин и генераторов для электростанций, дизелей и дизельгенераторов, кранов мостовых и башенных, крупных электромашин и разнообразных электродвигателей, экскаваторов, тракторов, тракторных прицепов, грузовых автомобилей, зерноуборочных и иных комбайнов, большого набора полевой и животноводческой сельскохозяйственной техники, прядильных машин, ткацких станков и т.д. 

Статистика производства основных видов продукции текстильной, швейной и обувной, а также других отраслей промышленности товаров народного потребления показывает многократное и продолжающееся по сей день их усыхание. Например, выпуск хлопчатобумажных, шерстяных, льняных и шелковых тканей уменьшили с советских 7744 миллионов до 1482 миллионов квадратных метров в 2014 году – в пять раз.

Лишь единицы видов продукции легкой и тяжелой промышленности через 10–15 лет глубокого провала вернулись на советский уровень производства с некоторым, как правило неустойчивым и достаточно скромным, приростом в недавние годы.

* * *
 

Но буржуазная власть рапортует о рекордах, бурном росте и лишь немного недовыполненной программе удвоения валового внутреннего продукта исключительно из-за мирового кризиса. 

Однако при этом нарастающее безденежье в государстве в конце концов заставит понять, что это безденежье и есть рост валового внутреннего продукта.

А именно рост расточительности, которую слуги капитала в России переименовали в продукт и включили в валовой внутренний продукт.

Продолжающееся четверть века и сегодня разорение заводов и фабрик и превращение их в давно уже избыточные торгово-развлекательные центры заканчивается зачислением содеянного в качестве добавленной стоимости в валовой внутренний продукт России. 

Точно такая же ростовщическая финансовая деятельность, прежде всего кредитование по умопомрачительно завышенным ставкам. Это, оказывается, не опустошение кармана трудящихся, а рост валового внутреннего продукта. Есть и другие расходы, переименованные и зачисляемые в доходы. Вот и получается, что наполняемый большей частью просто паразитическими расходами валовой внутренний продукт, по статистике, растет. 
Но если «сдуть пену», сопоставить условную статистику с «реальным продуктом», то показатель нереальный «валовой внутренний продукт» рухнет в несколько раз. Надо бы оппозиции в критике капиталистической власти помнить об этом и не ограничиваться укорами за сокращение ВВП на процент с десятыми долями, а раскрыть суть этого не отвечающего условиям России буржуазного показателя.

Ведь даже при росте нереального показателя безостановочно ведется уничтожение отечественного производства реального валового национального продукта – товаров с потребительной стоимостью и сокращенными затратами на товарно-денежный оборот до общественно необходимого уровня. 

Все это – последствия капитализма.

Понятно, что это слово вошло в историю как клеймо классового строя социальной несправедливости, от которого господа шарахаются как черт от ладана. Капиталисты и слуги капитала маскируются словами «рыночное общество», «либералы» и «ультралибералы».

Однако по отношению к рабочему классу, ко всем трудящимся они остаются угнетателями, не имеющими ничего общего с «либерализмом» (слово, происходящее от «свобода»). Но когда деятели оппозиции поддаются уловке капиталистов и переходят на их язык, называют их «либералами», – это в корне ошибочно. 

К свободе, к спасению от капитализма народ ведет правда.

Светом истины обнажится во всех подробностях картина уничтожения при капитализме в России огромной номенклатуры отечественных товаров с потребительной стоимостью, выпуск которых не восстановлен вот уже 25 лет.

Как раз столько исполнилось на днях с момента, когда Ельцин обрадовал, что всем станет хуже примерно на полгода, а потом начнется бурный рост и расцвет. 

Стало хуже трудовому народу, родной стране, то есть, по определению, наступил закономерный исторический кризис реставрации капитализма, который продлился вот уже 50 раз по полгода и для окончания которого необходима совсем другая политика – в интересах всех сынов и дочерей многонациональной семьи великой державы.

Только в этом спасение.

Федор ПОДОЛЬСКИХ