В стране симулякров

Класс псевдообщественников мешает реальным общественникам. Что делать?

Власть делает вид, что в России есть активная общественная жизнь. Существует Общественная палата, которая рассматривает злободневные вопросы и выступает со своими инициативами. Есть НКО, которые выполняют те или иные функции и вроде как защищают определенные ценности определенных социальных групп.
Показать полностью… Только вот значительная и самая заметная часть этих организаций и институтов — не настоящие. Это всего лишь симулякры, подчас комичные в своих попытках изображать «общественность». Опасаясь сближаться с реальными общественниками, Кремль окружает себя опереточными персонажами, самый яркий из которых — Александр «Хирург» Залдостанов. Znak.com поговорил с экспертами о том, почему Кремль не хочет вместо статистов-симулякров начать работать с настоящим гражданским обществом.

Приоритеты налицо. В прошлом году фонд помощи хосписов «Вера» не получил президентский грант, зато деньги дали байк-клубу «Ночные волки» — на организацию платных детских елок. Организация с благородным названием «Офицеры России» члена Общественной палаты Антона Цветкова по-черносотенному инспектирует художественные выставки, ищет на них признаки «бездуховности» и изображает возмущенную общественность. Полиция не вмешивается. Президентский грант получила общественная организация «Правда о еде», которая хочет приучить россиян показать более дешевые российские товары, чтобы не давать расти западным корпорация. И так далее.

Псевдообщественные проекты появились не вчера. К примеру, несколько бывших комиссаров движения «Наши» еще в нулевые основала проект «Хрюши против», который регулярно получал президентские гранты. Вся его деятельность сводилась к поиску просроченной еды в супермаркетах.

Есть симулякры и более высокого порядка. Скажем, «Общероссийский народный фронт», который стал клапаном для выпуска общественного пара, но так и не превратился в площадку для реальной политической дискуссии.

Фактически в стране вырос целый класс псевдообщественников, привыкших получать от власти деньги и жить на эти гранты. Сложно сказать, какую пользу они приносят обществу, но отказаться от них Кремлю уже непросто: симулякры могут оказать противодействие и испортить власти информационную повестку.

«Нужно сделать всего две вещи, — предлагает политолог Аббас Галямов. — Первое — перестать их искусственно накачивать. Второе — активизировать работу оригиналов, которые когда-то вытеснялись с помощью симулякров. Никто не обратит внимания на Общественную палату, если в повестке будет стоять Государственная Дума.

Никому не будет нужен ОНФ, если в стране будут нормально функционировать политические партии», — говорит он.

Политолог Максим Жаров считает, что нынешняя ситуация — это последствия процессов 2009-2011 годов, когда, по его мнению, власть своими руками уничтожила «вменяемых охранителей».

«Это делала сама власть. Обнаружив после этого пустоту на этом фланге, власти вынуждены были в срочном порядке замещать изгнанных ими консерваторов более маргинальными представителями этого идеологического направления», — считает Жаров.

Экс-сотрудник администрации президента, глава Центра политической конъюнктуры Алексей Чеснаков считает, что отказаться от организаций-симулякров и необходимо, и реально.

«Без отказа от таких симулякров невозможно будет двигаться вперед. Президентскую кампанию в качестве «актива» они еще сдюжат — их значение не велико. Результат сделает сам Путин. А вот что с ними делать потом — важный вопрос для конструкции обновленной системы. Они превратятся в балласт. Но просто так не сдадутся — нужно жестко избавляться от этих политических живопырок», — говорит Чеснаков.

С ним спорит глава Политической экспертной группы Константин Калачев: сигнал на очищение системы от симулякров не поймут в регионах.

«Граждан и независимые от власти общественные объединения подменило собой сообщество профессиональных общественников, через сомкнутые ряды которых реальным активным гражданам пробиться непросто, — говорит он.
— Тем более в условиях, когда общественная активность, растущая снизу, может вызывать дискомфорт или подозрения. Рецепт один: выборность власти на принципах конкурентности, открытости, легитимности. Когда поддержка реальных общественников станет для выборов критически значимой, тогда системные перемены и случатся», — считает Калачев. По его мнению, призывами делу не поможешь.

Пессимистичнее всех из экспертов настроен экс-сотрудник администрации президента, политолог Андрей Колядин. По его словам, избавиться от общественных симулякров можно только двумя способами: политической реформа «горбачевского масштаба» или революцией.

«Единственная часть системы, которая работает сейчас — это президентская власть, — говорит он. — Остальные элементы так или иначе дублируются — законодательная власть, правительство, все структуры. Эту систему нельзя просто взять и поменять. Например, если начать реформировать ту же Общественную палату, начнется война с чиновниками. Для изменения системы нужны реформы горбачевского уровня, а у меня есть серьезное подозрение, что Путин на это не пойдет», — говорит Колядин.