Родина-это.....

Как воспитать патриота?

ПРОНЬКО: 19 часов 6 минут – время в российской столице. На радио «Финам FM» ежедневная интерактивная программа «Реальное время». Всем добрый вечер! У микрофона Юрий Пронько. Сегодня мы решили поговорить о патриотизме, о том, как все мы относимся к собственной стране, должен ли простой человек быть патриотом, а может быть и не должен. Стоит ли у подрастающего поколения воспитывать патриотические чувства? Где грань между патриотизмом и национализмом? Вопросы очень сложные, одними лознугами их не решить. Поэтому мы в рамках «Реального времени» сегодня решили провести большой круглый стол и я представляю его участников. Это политик и публицист Владимир Рыжков. Владимир, добрый вечер, рад видеть!

РЫЖКОВ: Здравствуйте!

ПРОНЬКО: Секретарь центрального Комитета Союза коммунистической молодежи России Анатолий Туренко. Анатолий, добрый вечер!

ТУРЕНКО: Добрый вечер!

ПРОНЬКО: Директор общественного движения «Твой выбор», член молодежной общественной палаты России Татьяна Маркичева. Татьяна, добрый вечер!

МАРКИЧЕВА: Добрый вечер!

ПРОНЬКО: И я надеюсь, что к нам в ближайшие минуты присоединится еще один гость. Это депутат ГД России, руководитель государственно-патриотического клуба партии ЕР Ирина Яровая. Сами понимаете, без ЕР мы обойтись никак не можем в нынешних современных политических реалиях. 730-73-70, finam.fm – все средства коммуникации к вашим услугам. Единственное, дамы и господа, хочу обратить ваше внимание на голосование, которое продолжается на нашем сайте. Вопрос очень просто и четко сформулирован – хотели бы вы уехать из России в другую страну на постоянное место жительства, на ПМЖ? Для меня, как автора и ведущего этой программы, принципиально важно узнать ваши мысли. Т.е. допускаете ли вы отъезд, причем, подчеркиваю, не временный, а именно на постоянное место жительства в другую страну. Может быть, это также один из индикаторов чувства патриотизма, собственно, вот тема, которую мы будем обсуждать. Если не проголосовали – голосуйте. Владимир, вы тут в самом начале, за эфиром, я люблю тайны открывать нашим слушателям, сказали – а я не знаю, что такое патриотизм. Вы действительно не знаете, что такое патриотизм? Или делает вид, что не знаете?

РЫЖКОВ: Да, делаю вид. Знаю, конечно.

ПРОНЬКО: Ну и что это такое? Сейчас скажете – любовь.

РЫЖКОВ: Дело в том, что у нас разные силы вкладывают в патриотизм разные понятия. Чтобы слишком не усложнять, я упрощу до предела. Вот ЕР, представителя которой мы ждем сейчас в студию, их представление о патриотизме – это любовь к начальству. Вот есть начальство – Путин, Медведев, Медведев, Путин, ЕР иже с ними, вся вертикаль власти. Вот ее надо любить и чего она прикажет, то надо беззаветно исполнять. Скажут идти воевать в Чечню – воевать, скажут отдать жизнь – отдать, скажут прыгнуть куда-нибудь с моста – прыгнут. Это понимание патриотизма традиционное для России, еще один наш классик в 19-м веке сказал, что не надо путать отечество с его превосходительством. Так вот, для ЕР отечество – это его превосходительство. Это одно понимание патриотизма. Для меня понимание патриотизма совершенно другое. Это любовь к народу. Не к начальству, а к народу.

ПРОНЬКО: А что значит любовь к народу?

РЫЖКОВ: Любовь к народу – это значит уважение Конституции, уважение конституционных прав граждан, уважение достоинства личности, уважение верховенства права, полное отрицание насилия над человеком, полное отрицание нарушения его прав, соблюдение его прав. Т.е., на мой взгляд, Россия – это совокупность граждан России. Вот те 142 миллиона людей, которые живут в нашей стране, это и есть Россия. А вовсе не президент, не Кремль, не Путин, не Медведев. Вот все люди делятся на две категории. Для одних патриотизм – это любовь к Путину и к начальству. Вот это не патриотизм, потому что это совершенно другое. Это мы проходили при Сталине, это мы проходили при Хрущеве, при Брежневе.

ПРОНЬКО: Но с другой стороны это право человека. Т.е. если он так считает, что патриотизм заключается…

РЫЖКОВ: Нет, ради бога. Но когда это навязывается, когда другие…

ПРОНЬКО: А это навязывается?

РЫЖКОВ: Это навязывается. Вы посмотрите, ведь наша точка зрения не звучит по телевидению. И точка зрения Анатолия не звучит по телевидению. Оппозиция фактически преследуется в нашей стране. Альтернативные точки зрения преследуются в нашей стране. Слава богу, что есть такие островки свободы, как «Финам FM», как «Эхо Москвы», как еще несколько газет и радиостанций. Но это исключение. Нам навязывается одна точка зрения – точка зрения начальства. На мой взгляд, это противоречит патриотизму в принципе. Еще раз повторю, для меня патриотизм – это любовь к родине, а любовь к родине – это прежде всего любовь к своему народу и к его конституционным правам. В этом я кардинально расхожусь с ЕР.

ПРОНЬКО: Не хочу плясать вокруг ЕР, сразу скажу.

РЫЖКОВ: А я бы поплясал, почему бы нет.

ПРОНЬКО: Не хочу, потому что нет человека, который мог бы ответить.

РЫЖКОВ: Хорошо, дождемся.

ПРОНЬКО:  Когда приедет госпожа Яровая, и адресуем ей это. Анатолий, а в вашем понимании патриотизм это что?

ТУРЕНКО: В моем понимании патриотизм – это, как верно сказал Владимир, это любовь к народу. Но в чем она выражается? Я помню фразу известного героя одного нашего советского фильма, который сказал – любовь к родине – это не березки целовать, любовь к родине – это любовь к людям, они – родина. И поэтому патриот тот, кто каждый день, каждый час своим трудом, своими подвигами действует так, чтобы наш народ российский жил лучше, чтобы не было бедных, чтобы не было неграмотных, чтобы не было на улицах беспорядков, чтобы не было того, что сейчас творится во всех сферах нашей жизни. Социальную область берем, там просто полный развал.

ПРОНЬКО: Подождите, а здесь для меня принципиальный водораздел. Я всегда считал, что патриотизм – это такое, знаете, личное чувство каждого человека. А получается у нас патриотизм – это государево дело,  по вашей логике. Т.е. наша власть отвечает за то, что россияне патриоты или не патриоты. Так? Я хочу понять.

ТУРЕНКО: Она обязана это контролировать.

ПРОНЬКО: Вот господин Рыжков двинул мысль о том, что надо любить народ. Я не сомневаюсь, задай любому министру, чиновнику-единроссу, справеливороссу, да любому, кто сейчас присутствует в той же ГД, они скажут – мы любим свой народ.

РЫЖКОВ: Они могут говорить.

ПРОНЬКО: Вот понимаете, для меня это личное чувство.

РЫЖКОВ: Да, патриотизм – личное чувство. Но наполнение разное.

ПРОНЬКО: Причем здесь власть?

РЫЖКОВ: Вы знаете, когда в условиях кризиса у нас чиновники, просто я беру то, что мне близко как алтайцу, жителю Алтая. Когда в разгар кризиса чиновники на газпромовском вертолете летят в заповедник и расстреливают с зависшего вертолета краснокнижных животных, что вообще запрещено и российскими законами и международными конвенциями, и потом проходят дорогостоящие спасательные операции силами МЧС и т.д. И после этого нам президент страны рассказывает, что у нас надо преодолевать правовой нигилизм и применять закон в равной степени по отношению ко всем, а сейчас это дело начинает заминать. Я могу сказать, что эти люди не патриоты России. Они наоборот демонстрируют пренебрежение к России, пренебрежение законами, пренебрежение своим народом, своей природой, березками, в частности. Потому что этих баранов несчастных осталось 200 особей на всю РФ, они вымирающий вид. Тем не менее, наши чиновники позволяют себе с вертолета их расстреливать, беззащитных животных на пикнике.

ПРОНЬКО: Понимаете, от того, что чиновники занимаются такими вещами…

РЫЖКОВ: Поэтому они могут сколько угодно вам, Юра, рассказывать, что они патриоты. Давайте судить по делам. Например, если люди в условиях кризиса начнут свои доходы жертвовать детским домам, если люди в условиях кризиса начнут отказываться от бонусов в своих корпорациях, если они начнут отказываться от личных самолетов, яхт, отдыха в Куршавеле и направлять эти средства на помощь людям, которые остаются без работы, я скажу – да, что-то в них патриотическое проснулось. Но у нас все продолжается. Стреляют с вертолетов, ездят в Куршавель, летают на личных Джетах, держат яхты в портах Ниццы. Это руководство нашей страны, высшая элита политическая нашей страны. Какое отношение все это имеет к патриотизму? Это прямая противоположность, это цинизм, это коррупция, это корысть и ничего кроме этого. Поэтому надо четко различать риторику чиновников, которые на самом деле купаются в роскоши за счет людей. И истинный патриотизм, который состоит в сострадании к своему народу,  в любви к своему народу и к работе на него.

ПРОНЬКО: Татьяна, смотрите, на вас давят эти чиновники, нет? В ваших чувствах и отношении к собственной стране. Или, понимаете, мне, честно скажу, мне по барабану эти чиновники, летает он или не летает. Это дело правоохранительных органов, если он нарушает те или иные законы. Генеральная прокуратура, следственный комитет и т.д. А мое дело, это мое личное отношение к этой стране, к моей стране, где я родился. Для вас чувство патриотизма это что?

МАРКИЧЕВА: Знаете, я сейчас, честно говоря, совсем о другом думаю. Я сейчас окончательно сформировала для себя понятие патриотизма. Это часть личности, это часть духовного в человеке. Причем, часть, без которой невозможно полноценное формирование личности. Я сейчас говорю о молодом поколении.

Патриотизм – это то, чего нам сейчас катастрофически не хватает. Это уважение к прошлому, настоящему, будущему нашей страны, именно в понимании ее ценностей, которые именно были истиные, которые порушены.

Это случилось, причем, очень быстро. И молодое поколение 90-х, к примеру, совершенно осталось не просто без идеалов, осталось даже без ориентиров, которые совершенно необходимы.

ПРОНЬКО: А должны быть ориентиры?

МАРКИЧЕВА: Должны быть, безусловно.

ПРОНЬКО: А какие ориентиры?

МАРКИЧЕВА: Молодому поколению совершенно необходимо ориентироваться. Для них, к примеру, приведу, пионерская организация, пионеры-герои, комсомольская организация, герои комсомола. Т.е. были некие идеалы, опорные точки, на которых, скажем, ориентировались подростки, молодежь. Сейчас непонятно на что им ориентироваться. Для меня совершенно, например, сейчас это размыто. Я сама общаюсь по роду своей деятельности с молодежью, и я вижу, что у них размыто это понятие.

ПРОНЬКО: А может быть это им и не надо? Понимаете. Вот, по-моему, медвежат каких-то создали, нет? Что-то подобное было.

РЫЖКОВ: Я считаю, что в наше время есть ориентиры для молодежи. Это Анна Политковская, которая своими публикациями тысячи людей, растрелянных, похищенных, закопанных в ямы. Это Станислав Маркелов и Анастасия Бобурова, которые на днях были расстреляны. Кстати, Настя молодой совсем человек. И Стас Маркелов был молодой. Он защищал Эльзу Кунгаеву, несчастную чеченскую девочку, которая была изнасилована, растерзана полковником Будановым. Просто вопрос в том, что наше государство, в данном случае оно несет ответственность за идеологию. Оно не дает этих ориентиров.

МАРКИЧЕВА: Вот.

РЫЖКОВ: Оно не проговаривает, на кого должны люди ориентироваться. Юрий Щекочихин, который расследовал контрабандистское коррупционное дело «Трех китов», когда завозилась мебель под крышей ФСБ на миллионы долларов в Россию, потом продавалась в «Трех китах» и т.д. Т.е. есть люди, которые жизнями платят за права людей, жизнями платят за закон, жизнями платят за достоинство людей. Это и есть  наши ориентиры.

ПРОНЬКО: Но человек должен сам, понимаете, Владимир. Я все равно остаюсь при своей позиции.

РЫЖКОВ: Нет, Юра,

МАРКИЧЕВА: Нет.

РЫЖКОВ: Сам не может. Я приведу…

ПРОНЬКО: Почему?

РЫЖКОВ: Я буквально одно слово. Я специально интересовался, откуда простые американцы, всякие мексиканцы, пуэрториканцы, даже белые американцы, откуда они знают первую поправку к Конституции, биль о правах. Выяснилось, 10 лет в американской средней школе есть предмет, посвященный Конституции США. 10 лет учителя им рассказывают, какие у них политические права, гражданские права, как устроен Конгресс и т.д. 10 лет в школе изучают права американцев. Поэтому любой, самый тупой американец, когда к нему подходит полицейский, он знает, что предъяви ордер, ты не имеешь права меня трогать, ты не имеешь права, то, что мы в кино видим, войти в мое жилище без ордера судьи и т.д. У нас как этот предмет называется, да, основы…

МАРКИЧЕВА: Основы безопасности и жизнедеятельности.

РЫЖКОВ: Да. Это вообще ерунда. Т.е. у нас нельзя, само ничего не вырастет, Татьяна абсолютно права. Само ничего не вырастет, надо людям объяснять права с первого класса на протяжении одинадцати лет.

МАРКИЧЕВА: Абсолютно согласна.

РЫЖКОВ: И тогда, выйдя из школы, и в т.ч. давать эти примеры позитивные.

ПРОНЬКО: Т.е. права человека как фактор патриотизма?

МАРКИЧЕВА: В том числе.

РЫЖКОВ: Конечно. Права человека – это основной фактор патриотизма. Потому что если люди, помимо гордости музыкой, Чайковским, Пушкиным, Суворовым, Александром Невским будут знать свои права и обязанности, как устроено государство, что они имеют право требовать, это будет совершенно другая страна.

Именно поэтому это не преподается в школе, потому что бюрократии это не выгодно. Потому что она будет подконтрольна обществу. Правильно? Поэтому никто об этом школьникам не рассказывает.

ПРОНЬКО: Что скажете?

ТУРЕНКО: Добавляя сказанное Татьяной и Владимиром, скажу, что на самом деле верно, что у нас были выбиты, у нашей молодежи, у наших людей среднего возраста были выбиты те ориентиры, которые заложились нашими отцами и дедами и благодаря которым наше общество развивалось бурными темпами и смогло сломать хребет и фашизму, и выйти в космос, и стать сверхдержавой. Есть такой анекдот небольшой. Допустим, спрашивают, почему буденовка – шапка, хрущевка – дом, а путинка – водка? А потому что наши деды воевали, наши отцы строили, а наша молодежь сегодня пьет и т.д. Вот такой живой, я думаю, очень емкий анекдот. Недавно еду на метро, тоже добавлю в эту тему, почему ушли ориентиры, потому что государство не контролирует ни литературу, ни телевидение. Читаю книгу в руках девушки в метро. И попадается такая фраза – наконец-то они раскурились, пусть мамы сейчас уведут детей от радиоприемников, Чик как всегда запил траву алкоголем. Вы понимаете? Это середина книги. Такой сложный сюжет.

ПРОНЬКО: Вот понимаете, все равно я остаюсь при своем мнении. Сейчас, тогда 730-73-70. Уважаемые слушатели, дамы и господа, все-таки патриотизм, чувство патриотизма к собственной стране, это дело личное или, действительно, государство может очень серьезно влиять? Вы говорите – выбили основы, выбили ориентиры. Я отношусь тоже к тем последним росткам Советского Союза по своему возрасту. Я не чувствую этого, понимаете. У меня как было уважение к ветеранам ВОВ, так и осталось. Как мой дед воевал, так я это знаю, царство ему небесное. Как я знаю историю своей страны, и это был для меня самый увлекательный предмет, так и осталось.

МАРКИЧЕВА: У вас – да. А у молодежи?

ПРОНЬКО: Как для меня первый президент России был самым уважаемым из политических деятелей за всю тысячелетнюю историю, потому что он сделал огромный рывок, это по моему личному убеждению. Может быть, кстати, Анатолий со мной и не согласится. Так это и осталось. Понимаете, мне эти наши чиновники, они не шли, не ехали. Не должны они на нас влиять, понимаете. Не должны. Наоборот.

МАРКИЧЕВА: Но на нас уже сложно повлиять, на взрослых людей, я имею в виду. Но, между прочим, в той же нашей системе образования, здесь абсолютно соглашусь с Владимиром, потому что у меня дочка учится во втором классе, я смотрю, что они изучают по литературе. Даже был момент, когда я просто запретила элементарно, хотя и было домашнее задание дано там прочитать, рассказать. Я запретила это делать. Речь шла о Толкиене, хоббитах. Вот я считаю, что во втором классе не надо хоббитов читать.

ПРОНЬКО: Но при этом это классика. Татьяна, мы с вами понимаем, что Толкиен – это классик, это классик мировой литературы.

МАРКИЧЕВА: Но мировой литературы, да. Но все-таки нужно в детях нам, на мой взгляд, воспитывать в первую очередь уважение к русской литературе, к той стране…

ПРОНЬКО: У меня есть другой пример. У меня тоже одна из дочерей учится, правда в третьем классе. И у них сейчас введен предмет по истории России. Замечательный предмет, я его пролистал, мне просто было интересно, какие акценты-то расставили. Очень патриотично все. Очень патриотично. Но нету, понимаете, нету этой довлеющей массы чиновников современных, которые должны нам определять, что нам хочется, а что не хочется, что мы люди, а что мы не люди.

МАРКИЧЕВА: Нельзя выхолащивать из системы обучения русскую литературу.

РЫЖКОВ: Юра, понимаете, вы все время о чиновниках говорите, но ведь это же как раз аномалия, что у нас государство…

ПРОНЬКО: Нет, Владимир, для меня государство – это чиновники.

РЫЖКОВ: Да, это как раз и проблема России, что у нас государство на сегодняшний день сведено к бюрократии. У нас раздавлен парламент как самостоятельный орган, у нас раздавлены региональные парламенты, у нас нет нормальной многопартийности. И, действительно, сегодня вся власть в стране принадлежит чиновникам. Но это аномалия, это бред, такого государства быть не должно. Когда я произношу слово государство, я воспринимаю государство как общественный договор, когда общество в диалоге друг с другом, я – демократ, Толя – коммунист, я готов с ним говорить и мы точно с ним выработаем общий ареал героев. И с Татьяной. Я в этом уверен, потому что нам есть, чем гордиться в нашей истории. Кстати, в советской истории и в досоветской истории и, кстати, в послесоветской истории, я про Ельцина согласен с вами, мы договоримся об этом, если чиновник должен исполнять нашу волю. Не мы должны исполнять его волю, а они должны исполнять нашу волю и в этом…

ПРОНЬКО: Владимир, это проблема не чиновников, это проблема общества, которое согласилось…

РЫЖКОВ: И в этом смысле не случайно у нас отменен праздник День Конституции, потому что чиновникам не нужна Конституция и не хотят они нашим детям объяснять их права конституционные. Наоборот, их хлеб – это нарушение Конституции.

ПРОНЬКО: Ну, по поводу Основного закона я согласен.

РЫЖКОВ: Да, Поэтому, еще раз повторяю, вы все время говорите – патриотизм это личное дело или государственное дело? Это личное дело, безусловно, но когда мы с другой личностью садимся за один стол, мы образуем общество. Вот у нас общество сейчас из четырех человек. И мы должны диктовать правила игры в этом обществе, а не чиновники. И в этом смысле мы должны добиться того, чтобы в основу патриотизма легли права человека и интересы народа. Здесь это ключевой вопрос. Не интересы государства, которое посылает на войну и убивает, так сказать, людей. Знаете, есть такая фраза, не помню, чья. Когда государство убивает, оно всегда называет себя родиной. Это ровно подмена понятий. Понимаете? Когда чиновники называют себя родиной, здесь как бы начинается вся проблема. Поэтому мы должны понять, что родина – это народ. У народа есть права, у человека есть достоинство человеческое. И когда люди объединяются, они вправе требовать уважения этого достоинства.

ПРОНЬКО: 730-73-70, finam.fm. К сожалению, до сих пор госпожа Яровая до нас не доехала, но буду надеяться, что Ирина все-таки прибудет и мы сможем подискутировать и с представителем ныне правящей партии, ЕР. А сейчас ваши звонки, ваши мнения. Але, добрый вечер! Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день! Сергей, мне 50 лет. И поэтому я пожил и при той власти и при этой власти. Поэтому будучи в здравом уме я имею возможность проанализировать и сравнивать. Так вот, мое мнение по поводу патриотизма, что это дело не только, как правильно сказал Рыжков, что это не только дело личное, но и дело государства. Потому что не может быть одно без другого. И в данной ситуации, если государство, т.е. в лице тех же самых чиновников, в лице законов, в лице их контролирования и исполнения, наплевательски относится к народу, то соответственно трудно ожидать от народа какой-либо патриотичности. Я могу просто сказать, посмотрев, как ситуация развивается в нашей стране, что мои дети, точно я сделаю все, чтобы они не жили в России. Потому что сейчас мне очень горько то, что здесь творится и я не вижу никаких позитивных сдвигов. Спасибо.

ПРОНЬКО: Спасибо. Ну, …, да, вот такое мнение.

РЫЖКОВ: Нет, Юра, ну а как? Давайте возьмем такой тупой пример. В сентябре спрашивают министра финансов РФ в чем хранить сбережения. На голубом глазу не последний человек в нашей стране говорит – в рублях, не волнуйтесь, с рублем ничего не будет. Проходит месяц. Этот же самый товарищ вместе с Центральным Банком, который ввел в заблуждение весь народ, начинает, как они это называют, плавную девальвацию рубля. На сегодняшний день плавная девальвация рубля 40%. Это означает, что те граждане России, патриоты, которые верят начальству, которые поверили министру финансов и оставили свои сбережения в рублях, они сегодня 40% потеряли вчистую. После этого как мы можем говорить – ребята, любите родину, любите начальство, партию ЕР.

ПРОНЬКО: Владимир, но это такое, знаете, циничное отношение.

РЫЖКОВ: Это не циничное отношение. Люди потом и кровью заработали эти сбережения. Я просто могу сказать, что я был у себя в Барнауле, как раз в октябре, и мы проводили такую конференцию по кризису. И меня спросили, что делать, будет ли рубль девальвироваться, я честно сказал людям, в т.ч. пенсионерам, которые там были, копили там последние года. К сожалению, сказал я, мне очень больно это говорить, но рубль будет падать, поэтому переходите сейчас в валюту, вы хоть спасете свои деньги. Сейчас я был, два дня назад прилетел оттуда, мне бутылку водки пенсионеры подарили, спасибо, говорят, ты нам спас сбережения, которые мы отложили на старость. Понимаете, т.е. сами чиновники дискредитируют страну, дискредитируют свою политику и дискредитируют свое понятие патриотизма. Поэтому я и настаиваю на том, что не чиновники олицетворяют патриотизм, а общество. Поэтому должны звучать разные точки зрения.

Если бы была открытая дискуссия в стране в октябре по рублю, по кризису, по антикризисным мерам, и людей бы мы предупредили, которые сейчас потеряли деньги, и политика была бы другая. Вам конкретный результат, как монополия на власть одной партии, одной группы вредит народу, вредит стране. И то, что звонил Сергей, что он не хочет, чтобы дети жили в стране, это прямой результат этого обмана и монополии на власть.

ПРОНЬКО: Давайте мы еще один звонок примем, успеем принять. И не забывайте о том, что на сайте finam.fm продолжается голосование – хотели бы вы уехать из России в другую страну на ПМЖ. Я не буду пока озвучивать те текущие результаты, которые я сейчас вижу. Меня они, честно говоря, не радуют. Может быть, действительно, причина в чиновниках, хотя я остаюсь, пока я остаюсь при своем мнении, что не должны эти товарищи, господа, как угодно их называть, влиять на мое отношение к собственной стране. По поводу рубля я до последнего, где-то до заявления Игнатьева, верил, что они, самое главное понимая, что у них есть рычаги держать валюту, не будут девальвировать рубль.

РЫЖКОВ: Я вас умоляю, они уже растратили 40% золотовалютных резервов страны.

ПРОНЬКО: Завтра Дмитрий Ананьев ко мне придет, будем с ним общаться на эту тему. Але, добрый вечер! Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер! Вячеслав. Я хочу согласиться с той точкой зрения, что это не дело каждого человека.

ПРОНЬКО: Т.е. это государственное дело?

СЛУШАТЕЛЬ: Это совместное. Это должно быть личное и государственное, иначе по другому не будет. А что касается тех чиновников, которые у нас сейчас, как раз о них можно сказать, что они не патриоты, если уж так возвышенно подбирать планочку.

ПРОНЬКО: Вячеслав, а вы мне скажите, как влияют на вас эти чиновники? Вы любите страну, вы любите Россию? Вот это ваша родина, да?

СЛУШАТЕЛЬ: Вот именно как Россию, вот как родину, как Россию, как тот народ, который здесь живет, то да.

ПРОНЬКО: Ну и плевать тогда на этих чиновников.

СЛУШАТЕЛЬ: Ну как плевать? Мы от них зависим на все 100%. Если я хочу продвинуть свое дело, еще что-то, заработать денег, у меня везде сплошные препятствия и заборы и везде поборы, чтобы я дал на лапу и тогда что-то произойдет. Милиция ничего не делает. Ну как, как можно любить этих чиновников? Поэтому здесь получается два ответа. Страну я свою люблю, Россию, народ люблю, но жить здесь невозможно.

ПРОНЬКО: Мы уйдем сейчас на новости середины часа. Конечно, пока вы меня не радуете. И не в том плане, что я не соглашаюсь с вашими доводами, Владимира Рыжкова или Анатолия Туренко или Татьяны Маркичевой. Я, понимаете, я считаю, что не слишком ли эти товарищи взяли на себя много. Что по ним теперь,  они являются тем мерилом, по которому ценится или не ценится отношение к собственной стране. Мне кажется, что слишком много они на себя взяли. Мы вернемся в студию «Реального времени» сразу после новостей середины часа.

НОВОСТИ.

ПРОНЬКО: 19:34 – время в Москве. Продолжаем ежедневную интерактивную программу «Реальное время». Сегодня мы говорим о патриотизме. Напомню, сегодня у нас в гостях Владимир Рыжков, политик и публицист, Анатолий Туренко, секретарь центрального Комитета Союза коммунистической молодежи России, директор общественного совета движения «Твой выбор», член молодежной общественной палаты России Татьяна Маркичева. Ну вот Ирину Яровую мы по-прежнему ждем, депутата ГД, руководителя государственно-патриотического клуба партии ЕР, но, к сожалению, она пока до нас не доехала. 730-73-70, finam.fm. Мы продолжаем голосовать с вами. Хотели бы вы уехать из России в другую страну на постоянное место жительства? Еще раз подчеркиваю, речь идет не о временном перемещении. Многие из нас уезжают там на год, на два, на три, на пять даже лет, но потом возвращаются. Т.е. человек не связывает свое будущее, будущее своих детей, семей и т.д.

с этими странами. Я вас спрашиваю именно на ПМЖ. Слушайте, на самом деле, все как-то печально получается. В последнее время все раскритиковали этот пресловутый американский патриотизм, такая шизоидная нация, каждое утро поднимает флаг, поет гимн. Я был не единожды свидетелем этого, действительно, т.е. это потрясающе.

РЫЖКОВ: Нет, можно считать их шизоидами, но они просто это делают искренне, потому что их устраивает работа, их устраивает зарплата, их устраивает отношение государства к ним, их это устраивает. Где проще всего открыть бизнес? Там. Где проще всего получить деньги? Там. Где проще всего продать дом, переехать, купить дом? Там. И т.е. самые комфортные условия, к сожалению, для бизнеса не в России и для жизни людей. К сожалению, я это повторяю. Я просто был, сейчас выступал на съезде зеленых в Германии, в Дортмунде, только что вернулся. Как возвращаешься в Шереметьево, как дубинкой по башке. Т.е. я российский гражданин, прилетел в свою страну, у меня российский серпастый, молоткастый. Че я должен час в очереди стоять, чтобы войти в свою страну? Вы мне можете объяснить? Когда немцы прилетают к себе в Дюссельдорф, они бегом бегут. Он показал корочку, пробежал. Почему я должен стоять на въезде в Россию час в очереди, можете мне объяснить? И с этого начинается любовь к родине, т.е. если тебя чиновники имеют 10 раз в день на каждом углу, кто бы ты ни был. Учителя с утра до ночи пишут отчеты, врачи с утра до ночи пишут эти дурацкие направления на бесплатные лекарства. Люди, въезжающие в страну, стоят в очереди у окошка пограничников. Я по своему Алтаю хожу, у меня в чемодане 10 справок, я ходил по плато Укок на Алтае несколько лет назад, 7 раз отмечался на пограничных постах, на территории своей страны. Слушайте, ты приезжаешь в город, ты должен, в своей стране, гражданин России приезжает в соседний город, должен в течение трех дней встать на учет в миграционную службу. Слушайте, но это надо быть огромным патриотом, чтоб все это любить. Понимаете, у нас…

ПРОНЬКО: Не это любить, Володя, ну не это любить.

РЫЖКОВ: Юра, я люблю Высоцкого, костры, копченую рыбку на берегу. Это мы все любим. Но надо еще набраться мужества в своей стране создать нормальные условия для жизни. То, о чем звонившие говорят. Чудесная страна, только жить здесь невозможно. Понимаете? В этом вся проблема. Поэтому, значит, и Пушкин был невыездной, кстати говоря, наша слава.

ПРОНЬКО: Да много в нашей истории такого.

РЫЖКОВ: И Чаадаева сумасшедшим объявили. И чуть не повесили Достоевского, я хочу напомнить, кто забыл. Понимаете.

ПРОНЬКО: Но в тюрьме-то он посидел.

РЫЖКОВ: Да. И Чернышевский сидел, бог знает, куда Макар телят не пас. Понимаете. Т.е. надо же просто отделять любовь к родине от государства, которое у нас есть и от тех условий, в которых мы живем.

ПРОНЬКО: Вот, вот. Я с этим принципиально согласен. Это главный момент.

РЫЖКОВ: Родина и государство – это разные вещи просто.

МАРКИЧЕВА: Вот по поводу нахождения за границей тоже хотела сказать. Что я когда езжу за рубеж, у меня через дней 7-10 начинает под ложечкой сосать, хочется домой, потому что у меня есть это чувство, оно у меня развито, я его так называю, чувство патриотизма. И хочется, с удовольствием готовлюсь к отъезду, уже хочется домой. Но, действительно, когда попадаешь в суровую реальность и видишь то, что тебя окружает, все-таки сильно отличающееся от того, что было за рубежом. Т.е. я имею в виду нашу реальность. Действительно, появляется ужасное чувство, что вроде как, да, хочется обратно. Но для меня, например, оно одномоментное. Все равно мне всегда хочется домой. Я считаю, что это внутреннее ощущение в человеке, желание вернуться, желание быть, комфортно себя ощущать на своей земле. Даже когда по России езжу, я в силу деятельности много езжу по России, и все равно всегда хочется домой, всегда есть это ощущение родины. Ощущение родины должно быть в нашей молодежи, обязательно.

ПРОНЬКО: Но я все-таки благодарен Ирине. Ирина Яровая, депутат ГД. Добрый вечер!

ЯРОВАЯ: Здравствуйте!

ПРОНЬКО: Руководитель государственно-патриотического клуба партии ЕР. Ирина, мне надо, чтобы вы в течение двух минут сейчас прокомментировали сказанное до вашего прихода в этой студии. Пункт первый. Чиновники настолько обнаглели в России, что чувство патриотизма у людей не вызывает эта страна. Первый пункт. Пункт второй. По интерпретации партии ЕР, я вам рассказываю то, что здесь было произнесено.

ЯРОВАЯ: Краткое содержание предыдущих серий.

ПРОНЬКО: По интерпретации партии ЕР патриотизм заключается в любви: а) к Путину; б) к Медведеву; в) к чиновникам и т.д. и т.д. И на самом деле, ЕР какой придерживается позиции?

ЯРОВАЯ: Вы знаете, на мой взгляд, любой нормальный человек, в т.ч. партия ЕР, придерживается одного взгляда, что патриотизм – это любовь к родине плюс ответственность. Очень важно ощущение сопричастности. Сопричастности к судьбе народа, к судьбе страны.

Мало знать историю, хотя историю знать нужно. Мало гордиться подвигами наших предков, гордиться нужно. Очень важно еще активно участвовать самому в созидании своей страны. Я немножко застала комментарии своих коллег.

Я полагаю, что не нужно ни чувство восторженности, ни чувство ущербности, нужно чувство реальности. И нужно чувство реального отношения к пониманию себя в своей стране. Я очень осуждаю и не уважаю политиков, которые говорят – эта страна, эти чиновники. Я хочу просто всем напомнить, что во все времена великие государственные деятели России, которые являются созидателями и строителями государственности и создания России как великой страны, собственно говоря, они ведь не транслировали там упоение чиновничьей властью, или вообще упоение властью. Они строили страну. Я думаю, чувство патриотизма – это не лежание на диване и не мечты, не какая-то там маниловщина. Это активная созидательная деятельность. Я думаю, говоря о воспитании молодежи, мы должны говорить именно об этом.

ПРОНЬКО: А вообще патриотизм это, по вашему мнению, государственное дело или это личное дело каждого человека?

ЯРОВАЯ: Вы знаете, я думаю, что патриотизм – это соединение личностного мировоззрения, самоощущения и вот то, о чем я сказала, с сопричастностью. Понимаете, мы можем себя идентифицировать со своей родиной, со своим народом только в том случае, если нас объединяет культура, традиции и личностное отношение ко всему этому.

ПРОНЬКО: Анатолий, но вот в чем тогда вы расходитесь с ЕР? Вот вы знаете, под всеми словами, которые сказала госпожа Яровая, я думаю, каждый из нас подпишется.

ТУРЕНКО: Я тоже подпишусть под отдельными словами Ирины Анатольевны. Но сегодня буквально зашел на ваш сайт и над вашей фотографией читаю – дипломы за 6 тысяч рублей. Т.е. сегодня, вы сами понимаете, можно…

ЯРОВАЯ: Это о чем речь, я прошу прощения?

ТУРЕНКО: Ну, о том, что, к сожалению, в интернете и даже в метро можно найти возможность купить диплом и т.д. Поэтому патриотизм в широком понимании сегодня невозможен, поскольку власть сама направлена на то, свои усилия направила на то, чтобы людей заставить максимально уйти от любви к родине, полюбить другие, нам чуждые народы…

ЯРОВАЯ: Да что вы?

ТУРЕНКО: Я вас не перебивал. Да, другие культуры, уезжать. Чтобы в России не осталось тех, кто ее по настоящему любит, кто ее может в трудную годину защитить. Вы говорили сегодня о том, что у вас дед воевал. Наверное, всем памятен парад 9 мая на Красной площади, прошлого года. Сам лично по телевизору видел Мавзолей, Мавзолей – это святыня, к которой наши деды бросали шатндарты поверженной Германии, был закрыт щитом, его не было видно. Зачем, кому это было нужно? Давайте об этом поговорим. Т.е. у наших детей пытаются убрать память об этой войне и о том главном дне, дне парада, когда вся страна ликовала, наши деды шли, чеканя шаг, и бросали к Мавзолею, основателю советского государства вражьи флаги.

ПРОНЬКО: Ирина, смотрите…

ЯРОВАЯ: Вы знаете, мне хочется комментировать. Мне думается, что обсуждая сегодня тему, кстати, ехала к вам и думала, что это, наверное, тот уникальный случай, когда представители различных политических сил, поскольку мы говорим о воспитании молодежи, должны как никогда объединяться с точки зрения понимания того, что есть основы воспитания.

В основе воспитания лежит, конечно же, институт семьи, лежит образование, качество образования, лежит система работы общественных институтов, СМИ. Ни в коем случае нельзя эту тему превращать в попытку политического реванша.

И нельзя пытаться свой какой-то личный политический опыт привносить в рассуждения о таких вечных ценностях, как патриотизм. Да, в 90-е годы вообще не говорили об этом. Именно тогда тиражировались чужие ценностные ориентиры. Именно тогда стало постыдным говорить, что ты гражданин России. Но сейчас все изменилось радикально. И, наверное, об этом мы должны думать и говорить. Конечно, недостаточно еще того, что наша молодежь выходит с флагами в день победы нашей футбольной команды. Но то, что она выходит, это уже хорошо. Этого недостаточно, безусловно. Я была недавно в Брянске. Вы знаете, сам по себе край, богатый историей. У них преподается еще дополнительно краевой предмет «История Брянской области», у них есть четыре кадетских школы. Я вас уверяю, когда встречаешься с молодежью, то ты понимаешь, что там нет им дела вообще до политических дрязг. Они хотят гордиться своей страной и правильно хотят. Они хотят участвовать в строительстве своей страны, они хотят быть счастливыми, успешными. И то, что сегодня транслируют наши национальные лидеры, когда еще Россия могла себе позволить на таком открытом, уважаемом для себя языке, разговаривать с мировым сообществом. Конечно, не в 90-е, когда мы подражали всем, когда мы стыдливо прятали глаза и говорили о том, что у нас вообще ничего нет и гордиться нам нечем. Конечно, история – это не название колхоза, которое можно переписывать постоянно. Историю нужно знать, историю нужно изучать. И историю нужно объяснять нашим детям. Но, ни в коем случае нельзя увлекаться тем, чтобы превращать это в некий политический популизм.

ПРОНЬКО: Это было мнение Ирины Яровой. Владимир, что-то вы так замолчали.

РЫЖКОВ: Я просто внимательно слушаю, потому что мне бы тоже, как и Ирине хотелось бы гордиться своей страной. Но как-то не всегда получается.

ПРОНЬКО: Я думаю, в этой студии нет человека, который бы не хотел гордиться Россией.

РЫЖКОВ: Вы Ирина, дальневосточница. Когда, например, федеральная власть направляет борты с омоновцами в близкий вам Владивосток и молотит там мирную социальную демонстрацию приморцев и винтит людей и избивает дубинками, то как-то очень трудно этим гордиться и воспринимать это патриотично. Когда вы в минувшие выходные, партия ЕР, на 40-ка градусном морозе автобусами свозили людей на митинги в поддержку партии и правительства, а студенты под камерой говорили, что нам за это зачеты поставят, то мне очень трудно поверить в то, что это способствует росту патриотических настроений среди нашего населения. И когда вы говорите, что Россия заставила сегодня говорить весь мир с уважением, то вы, наверное, немножко не в курсе о том, что сегодня некоторые мировые рейтинговые агентства поставили прогноз по российской экономике негативный, преддефолтный. Вы, наверное, не в курсе о том, что из крупных стран мы хуже всех проходим кризис. В частности, мы уже растратили 40% золотовалютных резервов. У нас из крупных экономик мира самая большая девальвация национальной валюты. У нас самое большое в мире бегство капитала из страны. У нас самая большая из крупных экономик мира инфляция. У нас самые большие в мире темпы падения промышленного производства и роста безработицы. И это результат вашей политики, Ирина, вашей партии…

ЯРОВАЯ: Можно ответить, да?

РЫЖКОВ: Когда вы были у власти. Поэтому гордиться надо заслуженно, а не приписывать себе…

ЯРОВАЯ: Вы знаете, Владимир,

РЫЖКОВ: Не приписывать себе несуществующих достижений.

ЯРОВАЯ: Я о чем хочу сказать. Я знаю Владимира многие годы как политика. Я знаю о том…

РЫЖКОВ: И я вас тоже знаю. Вы в 90-е годы были в «Яблоке» и были…

ЯРОВАЯ: Можно я договорю, Владимир.

ПРОНЬКО: Подождите, давайте, да.

ЯРОВАЯ: Вы всегда отличались эмоциональностью.

РЫЖКОВ: Вы тоже.

ЯРОВАЯ: И импульсивностью.

РЫЖКОВ: Да, да.

ЯРОВАЯ: Что я хочу сказать. Вы знаете, такая монотонность, когда – в России это плохо, это плохо,  - это похоже раньше в пионерских лагерях дети друг другу рассказывали ужастики, нагнетали такую обстановку. Мне думается, что сегодня такая позиция неоправданного нагнетания и попытка говорить о том, что и у нас там хуже, и здесь, и тут, и тут. Во-первых, это неправда.

РЫЖКОВ: Вот так.

ЯРОВАЯ: Во-первых, это неправда. Во-вторых…

РЫЖКОВ: Опровергните хотя бы одну из цифр, которую я назвал.

ЯРОВАЯ: Во-вторых. Помните, мы с вами здесь обсуждали не так давно с экспертами, которые, кстати, не увлечены политикой, а являются экспертами в области финансов. Они говорили о том…

ПРОНЬКО: Это другая программа. Она в 9 вечера идет.

ЯРОВАЯ: Они говорили о том, насколько искусственные и синтетические эти рейтинговые показатели, которые формируются, для чего они формируются. Это тоже является своего рода инструмент. Инструмент влияния. И когда вы ссылаетесь на рейтинги, которые формируются нашими конкурентами, возникает вопрос – если они вам так симпатичны, вы, конечно, их можете транслировать, но сегодня мы должны говорить о том, что был период, когда Россию критиковали и критиковали нас за то, что мы накопили Стабфонд. И говорили – нужно все потратить. Сейчас эти товарищи все молчат, потому что есть запас прочности и есть за счет каких средств преодолевать кризис. Даже сейчас, чем отличается наше обсуждение, я попыталась еще в машине кое-что послушать,

Тему воспитания патриотизма некоторые политики трансформируют в возможность реализации своих претензий к власти.

РЫЖКОВ: Ирина, но вы не ответили. Бить подмосковным омоном приморцев – это способствует воспитанию патриотизма? Сгонять студентов за зачеты на митинги в мороз – это способствует…

ЯРОВАЯ: Это неправда.

РЫЖКОВ: Это правда.

ЯРОВАЯ: Это неправда.

РЫЖКОВ: Подмосковный омон «Зубр» прилетел во Владивосток, вы прекрасно это знаете,

ЯРОВАЯ: Владимир, Владимир,

РЫЖКОВ: Это факт.

ПРОНЬКО: Давайте мы сейчас сделаем следующим образом.

РЫЖКОВ: И разгонял демонстрации.

ПРОНЬКО: Мы на одну минуту прервемся на рекламу.

ЯРОВАЯ: Владимир, прекратите.

РЫЖКОВ: Ну что же вы отрицаете факты?

ЯРОВАЯ: Владимир, прекратите.

РЫЖКОВ: Было, было, было.

РЕКЛАМА.

ПРОНЬКО: 19:50 – время в Москве. У нас остается всего 10 минут. И тем не менее, вы знаете, свою личную позицию скажу, как автор и ведущий этой программы. Я остаюсь при том, что это личное дело каждого человека. Да, безусловно, государство должно определить ориентиры для воспитания патриотических чувств у подрастающего поколения. Но действия конкретных чиновников на меня не влияют, понимаете, это принципиальный момент. То, о чем говорит Володя, разгоняли владивостокский митинг – это, понимаете, это должно быть разбирательство. По полной программе, публичное. Я не хочу подменять генеральную прокуратуру. Я не хочу подменять следственный комитет. Эти функции должны быть выполнены этими органами.

РЫЖКОВ: Да при чем здесь это. Я говорю о другом. Что если люди выходят на мирную демонстрацию высказывать свое мнение, их вообще никто не должен разгонять. Почему сейчас вообще отменены планы по сокращению внутренних войск? У нас 250 тысяч внутренние войска, фактически карательные войска по разгону мирных шествий граждан. Почему в условиях кризиса принято решение остановить их сокращение? Потому что власть готовится к карательным мерам. И то, что они продемонстрировали во Владивостоке – это карательные меры против мирного населения. Почему ЕР, т.к. все мэры, в т.ч. Москвы сейчас члены ЕР, не разрешает оппозиции, последнее время никаких акций проводить?

ПРОНЬКО: Но 31-го, по-моему, все митинговали. Разве нет?

РЫЖКОВ: Не дали там, где просили. Сейчас правозащитники просили дать провести акцию в память Станислава Маркелова и Насти Бобуровой, тоже московская мэрия запретила. Это связано с тем, что боятся народ и готовы применять к нему репрессивные меры. Это не может воспитать патриотизм, это наоборот может только расколоть страну, породить недоверие к власти, породить страх и я это категорчески осуждаю. Я считаю, что это наоборот уничтожение патриотических чувств. Нельзя гордиться страной, которая из дня в день нарушает твои права.

ЯРОВАЯ: Я вообще не помню ни разу, чтобы в риторике Владимира звучало что-то позитивное. Всегда, на протяжении всей политической карьеры, только негатив. Понимаете. Это настораживает.

ПРОНЬКО: Я думаю то, что Владимир Рыжков признает это.

ЯРОВАЯ: И кроме того.

РЫЖКОВ: У вас, видимо, какие-то просто пробелы в памяти, Ирина.

ЯРОВАЯ: И кроме того, я хочу сказать о том, что нужно сейчас задать вопрос. А почему в 90-е годы, когда страну растаскивали на части, когда продавали все, из России увозили все, вы были активным участником этого? А сейчас вы задаете вопросы, сами себе их придумываете и тиражируете.

РЫЖКОВ: Ирина, я вас должен огорчить. В 2000-е из России вывезли раз в 10 больше, чем в 90-е. Вы просто не знаете этого, либо не хотите это признать.

ПРОНЬКО: Татьяна.

МАРКИЧЕВА: Юрий, да. Коллеги, я прошу прощения, я просто, поскольку у нас действительно не так много времени, я хотела бы немножко с другой стороны посмотреть на патриотизм. Все-таки вспомнить о том, что основное воспитание у нас закладывается в семье в любом случае. И я хотела сказать о том, что нам, поколению 30-летних, наверное, проще определиться в себе, внутри, патриот ты или нет. Но нашим детям гораздо сложнее это сделать. Поэтому от каждого из нас зависит и насколько наши дети будут любить или не любить свою страну. И я лично, ну, я себя считаю патриотом. Я ощущаю гордость, когда я слышу гимн России. Я хочу, чтобы мои дети ощущали так, если хотя бы частично это получится у меня, я считаю, что  я свою задачу в этом плане выполнила. Если хотя бы немножко это ощущение внутри будет. Не на словах каких-то, может быть, показушных вещах, а именно внутри. Мне кажется, это сидит внутри каждого человека.

ПРОНЬКО: Вот о чем я и говорю всю программу. Понимаете, сиюминутные, даже сиюминутные проблемы, пусть они как не выглядят глобально, они не должны затмевать это чувство. Чувство любви к собственной…

МАРКИЧЕВА: Оно или есть или его нет.

ПРОНЬКО: Или нет.

РЫЖКОВ: Юра, мы…

ЯРОВАЯ: Вы знаете, говоря о патриотизме, это все-таки мировоззрение. Вот мы, например, если говорить о наших действиях и в чем мы видим необходимость участия, то мы прежде всего уделяем внимание качеству преподавания таких предметов, как русский язык, литература, история отечества. Для того, чтобы в ребенке сформировалось целостное мировоззрение на основе русской культуры и русских традиций, конечно, очень важно знать именно эти предметы. И мы детально исследовали как раз, как обстоят дела именно в этом вопросе и сформулировали целый ряд предложений, потому что, действительно, есть проблемы и в т.ч. по форме экзаменации и по содержанию преподавания. Мы рассматриваем вопросы факультативного преподавания основ православной культуры, потому что это также неотъемлемый элемент русской культуры. Мы рассматриваем вопросы о знании государственных символов России. Не с точки зрения навязывания, а с точки зрения понимания вообще символики как неотъемлемой части России как отечества. Вот эти вещи, действительно, важны. Говоря об институте семьи, наверное, оспаривать это никто не станет. У нас у всех есть дети. У меня дети уже студенты. И, конечно же, у молодежи сейчас и, кстати говоря, опросы это очень хорошо показывают, как никогда, проснулось осмысление себя как я – гражданин России, я как часть русского народа. Вот это, действительно, ценно и важно.

РЫЖКОВ: Я полностью это все поддерживаю, только, мне кажется, Юра, вы все время говорите, что это личное. Личного ощущения любви к родине, я люблю родину, я люблю свой родной Алтай, я туда все время езжу и провожу отпуски там, этого мало. Должна быть еще общественная позиция. А общественная позиция, еще раз настаиваю, должна состоять в том, что нужно добиться уважения к личности, исполнения закона, исполнения Конституции, защиты прав людей, чего сегодня в России нет. Поэтому личная любовь очень важна, но к этому должна быть еще яркая и жесткая и наступательная гражданская позиция. Только тогда можно говорить о полноценном патриотизме.

ПРОНЬКО: Согласен. Согласен,

ЯРОВАЯ: Но, вообще, борьба с коррупцией, это, наверное, самое сложное, что вообще сегодня заявлено публично властью, открыто, публично заявлено.

РЫЖКОВ: Но мы знаем…

ЯРОВАЯ: И, собственно говоря, те меры, которые сегодня предпринимаются, ведь…

РЫЖКОВ: Мы знаем, как власть…

ЯРОВАЯ: Самое печальное, что это укоренилось уже на уровне порочных традиций. Поведение в худшем понимании чиновничьих действий и взаимоотношений того же бизнеса и таких чиновников. И об этом правдиво сказано, что это очень сложно сломать, но это не значит, что этого не нужно делать.

РЫЖКОВ: Но, Ирина, а почему же тогда…

ЯРОВАЯ: Именно это мы делаем, сегодня.

РЫЖКОВ: А почему же тогда фактически при вашем попустительстве за 8 лет на 70% вырос бюрократический аппарат и в 10 раз выросла коррупция? Как-то вы так…

ЯРОВАЯ: Вы знаете, я читала ваши комментарии по этому поводу.

РЫЖКОВ: Как-то странно вы боретесь.

ЯРОВАЯ: Я не знаю, вы с потолка эти цифры берете?

РЫЖКОВ: Нет, Госкомстат.

ЯРОВАЯ: Нет, Владимир, нет.

РЫЖКОВ: Госкомстат. Был миллион чиновников, стал миллион семьсот.

ПРОНЬКО: Анатолий, что вы скажете?

РЫЖКОВ: И Буксман, первый зам генпрокурора назвал цифру – 270 миллиардов долларов.

ЯРОВАЯ: Владимир, я все это читала в вашем исполнении много раз.

РЫЖКОВ: Не в моем, в исполнении Буксмана, первого зама генпрокурора.

ЯРОВАЯ: Нет.

РЫЖКОВ: 270 миллиардов долларов – коррупция в стране. Это сопоставимо с федеральным бюджетом.

ЯРОВАЯ: То, что вы после 90-х оставили России, вы знаете, слава богу, что мы вообще смогли подняться с колен.

РЫЖКОВ: Мы еще посмотрим, что вы…

ЯРОВАЯ: Вы могли продать страну оптом и в розницу. Понимаете.

РЫЖКОВ: В конце этого года мы увидим, что вы оставили в России, Ирина.

ЯРОВАЯ: Я думаю, что все будет хорошо.

РЫЖКОВ: У нас будет возможность сравнить.

ПРОНЬКО: Анатолий.

ТУРЕНКО: Уважаемые товарищи, я сейчас не могу здесь к цифрам вернуться, о которых идет спор.

ПРОНЬКО: У нас три минуты до завершения программы.

ТУРЕНКО: Я скажу, что для нас для всех должна быть главная цифра одна – это ценники в магазинах, это количество денег в наших кошельках, это количество детей беспризорных, которые не пошли 1 сентября в школу, это два миллиона, по-моему, с половиной в этом году.

ЯРОВАЯ: Наследие 90-х тоже.

ТУРЕНКО: В т.ч. это наследие 90-х.

ПРОНЬКО: Слушайте, подождите, вы свели отношение вообще к собственной стране к ценникам в магазинах. Да вы что? Вы о чем? Да вы что? Это такое меркантильное…

РЫЖКОВ: Юра, извините, но благополучие людей – это главный показатель жизни страны. Благополучие в том числе.

06 февраля 2009

Комментарии:

Павел [w-flamingo@mail.ru] - Отправлено: 2009.02.14 00:33:55 

Комментарий:

Патриотизм - это ВСЕГДА любовь граждан к государству, конкретному государству (Говоря о любви к родине, как правило, имеют ввиду государство, за исключением того случая, когда речь идет о любви к малой родине). Это глубоко личная позиция КОНКРЕТНОГО человека. Любое государство может, конечно, осуществлять меры по патриотическому воспитанию населения, и в частности, молодежи. Но здесь надо четко понимать различие между ПРИЗЫВАМИ к патриотизму и НАВЯЗЫВАНИЕЯ государством чувства патриотизма человеку через различные программы сопричастности, соучастия и пр., что нарушает ПРАВО ЧЕЛОВЕКА на свободу выбора своего взгляда, а следовательно мировозpрения. Но для "сокрытия" навязывания патриотизма "единороссы" ловко подвели (как видно из выступления г-жи Яровой) под понятие патриотизм - особое мировозpрение, где сама жизнь человека, в том числе и личная, была бы не мыслима без жизни в ЗАБОТЕ О РОДИНЕ (ГОСУДАРСТВЕ). А от этого и рукой подать до НОВОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ИДЕОЛОГИИ. А кто ее не разделяет - тот получается враг государства? Но позиция Рыжкова тоже уязвима. У человека будет ТОЛЬКО ТОГДА "жесткая и наступательная гражданская позиция" в государстве , когда это будет ЕГО государство (а не государство чиновников), т.е. когда КОНКРЕТНЫЙ человек будет иметь возможность ВЛИЯТЬ на власть в государстве. И тогда патриотизм станет ВНУТРЕННЕ присущ человеку, его не нужно будет навязывать. Но борьба за такое государство требует и ДРУГИХ ЛОЗУНГОВ и ДРУГИХ МЕТОДОВ.