Труфальдино из Сатирикона.

На модерации Отложенный

ХУДОЖНИК   И   ВЛАСТЬ.

В интернете буря и склоки, вызваны речью актера Константина  Райкина. на съезде театральных деятелей.  Приведу отрывок из его речи,

Итак:  «Мы клевещем, доносим. И опять хотим в клетку (…)

 Ну не были,  ни его отец, ни он в  «клетке»! Такой свободы за чужой счет в мире поискать еще надо!

Как и его сценический и кинематографический пройдоха Труфальдино из Бергама, Райкин,  рассудив, что два жалования лучше, чем одно согласился служить двум господам! Государству, получая от его не хилые деньги для своего театра и зрителям с определенными морально-нравственными и эстетическими вкусами.

По мимо всего прочего, если выразиться на уличном сленге – ведь Труфальдино и был такой уличный пройдоха! -  Райкин попутал рамсы и решил сам «жениться» на Клариче, то есть на власти!  Поставил себя на один уровень – нет выше чиновников министерства культуры!

Труфальдино – Райкин начинает пугать почтенную публику:

"Я сейчас вижу, как на свободу слова у кого-то явно чешутся руки. Кто-то хочет это изменить и вернуть обратно. Причём вернуть обратно не просто во времена застоя, а ещё в более давние времена — в сталинские времена.

Вы поняли, о чем это? Точнее к чему это? И далее Райкин разворачивает свою мысль превращая конкретный  факт свой биографии в развернутую панораму безнравственности и убожества власти.

Обида клокочет в нём!

Потому что с нами разговаривают наши начальники непосредственные таким лексиконом сталинским, такими сталинскими установками, что просто ушам своим не веришь! Это говорят представители власти, мои непосредственные начальники. Господин Аристархов ТАК разговаривает (первый заместитель министра Культуры РФ)! Хотя его вообще надо переводить с аристархского на русский, потому что он говорит языком, которым просто стыдно, что от имени министерства культуры так человек разговаривает. Мы сидим и слушаем это! Мы чего — не можем как-то высказаться все вместе?

Надо сказать – высказывается каждый на свой лад и в случае чего у каждого своя веревка на шеи затягивается, а не на общей. Таков опыт жизни в России, прекрасно рассказанный Высоцким: - «как веревочка не вейся, все равно совьётся в плеть».

 Но это хорошо, что заговорили в полный голос о давно назревшем в нашей культуре. Ведь голые задницы на театральных подмостках и чудовищные извращения классиков драматургии стали притчей во языцех! То король Лир голый, то еще что. Какое-то странное самовыражение началось в театральном сообществе, как говорится: от пупа и ниже.

Но об этом нужно писать и говорить конкретно, а вот если взять сей предмет вообще, как факт отношения художника и власти, то,  как ни странно, по здравому размышлению правы все!

Райкин прав, правы:  Могучий и Звягинцев, прав и Песков, упомянувший про госзаказ.

Как это может быть? Возмутятся те, кто привык к дихотомии: Свет бороться с Тьмой, Просвещение с Невежеством, Добро со Злом.

Все, наверное, слышали из экономических будней о слиянии и поглощении одних бизнесов другими? Все?

Так вот и зло, поглощая другое зло, становится только толще и жирнее. Точно так же и добро объединяется и становится сильнее. Так что вопрос: «Вы с кем мастера искусств?»  – актуален во все времена!

Вот почему нет ни у кого всей полноты Истины – этого абсолютного кристалла Света,  иначе сказать -  Христа! Нет ни в ком абсолютной Тьмы – этого образа Зла! Каждый имеет какую-то  часть и Света, и Тьмы, а воображает, что ему доступна полнота!

В этом все и дело! Самомнение, умноженное на гордыню!

Власть полагает что она «знает, что нужно народу», Райкин так же переполнен самомнением на этот счет, как и Звягинцев с Могучем.

Правота власти заключена в той крохотной части, где она хочет на свои деньги иметь ту «музыку» которую хочет. К сожалению, государство устроено так, что от лица власти всегда говорит некая персона. Бывает умная, а бывает так себе и даже сверх того - раздувшаяся от своего величия как та жаба на болоте во время брачных игр.

Правота художника в том, что он хочет реализовать свое видение правды: эстетической, этической, политической и так далее. Этот внутренний вопрос к самому себя – я прав да? Всегда решается в пользу собственной правоты. Иначе и быть не может - он и на самом деле творец и как всякий творец не терпит насилия над собой. Ну, вот тянет иного на сексуальность, так тянет, что все у него получается как-то так.

Был у меня друг-товарищ который видел мир как бы изнутри унитаза и так мастерски описывал увиденное, что я поражался сочности и ёмкости его образов.

Почему у одного больше света в произведениях, а у другого мрака – это вопрос отдельный без рассмотрения мировоззренческих предпочтений даже не стоит и касаться.

Художник – это хищное создание, поглощающее всё, до чего дотянется его рука, всё чего коснется его воображение, все, что окажется подвластным его разуму.

Как сказал Достоевский:  «Нет, государи мои, настоящий писатель - не корова, которая пережевывает травяную жвачку повседневности, а тигр, пожирающий и корову и то, что она проглотила!»

В мире  «потреб бляди» художнику надобно найти источник жизни, источник ресурсов из которых он может чего-либо сотворить. Ему нужен, по меньшей мере Каррарский мрамор для своего творения – меньшее уже компромисс. Ему, как и всякому человеку, нужно в этом обществе  потребления продать себя! Желательно так, чтобы это случилось по взаимной любви, но сойдет и обычная форма терпимости, привычки, как бы сказали нынче – толерантности. Стерпится - слюбиться. Художник требует от государства толерантного отношения к собственному творчеству за счет государства!

Понятно, что бюджет Минкульта является для художника таким же ресурсом, как и все окружающее его, но кроме того -  «живой водой», которая только способна дать жизнь его замыслу.

В этом проблема, как художника, так и власти.

И вот что удивительно, ни у кого художника не вызывает сомнение правота частного заказчика, но он дико, до остервенения восстает против  правоты государства, когда оно выступает как заказчик.

Объясняется это очень просто – государство не является моральным и нравственным авторитетом ни для кого!  Персоны власти, как например тот же депутат Железняк, или Песков  и так далее, много разглагольствуют, о патриотизме, о морали, но детей своих не хило пристроили за бугром!

Конечно и какой-нибудь денежный мешок ни ахти какой моральный тип, а уж про его эстетические вкусы и говорить не стоит.

Помнится, Гео́ргия  Жжёнова  спросили: «Вам предлагают роли?»

- Да предлагают, но за такие роли морду бьют!

Как это созвучно, скажем с таким мастером холста, как Александр Бушуев из Турочака:

- Я изображаю в своих работах исключительно то, что мне нравится, и не работаю по заказу. Я просто не умею писать на заказ.

 Что же говорить о художнике, который готов ради своего замысла сожрать, не только отца и мать ( «ради красного словца…»), но и государство, если получится!

На самом деле мир не черно-белый, а пестренький, весь окрашен в переходные тона разной интенсивности.

Мы вступили в цивилизацию «потреб блядства», а оно  разделено по принципу: у кого больше денег, или власти (часто это одно и то же!) тот и правее всех, Еще раз подчеркну: такая цивилизация и ею образованные государства,  не могут претендовать на роль правового общества, в котором главенствует моральность, корнями своими уходящая в традицию!

Вот и получается пестрота жизни, где нет ничего отчетливого, однозначного, а все не только подвижно, но и колышется в такт биению сердца, охваченного помыслами, обуреваемого чувствами, мировоззренческими миражами и предпочтениями.

Какой выход? Не стану измышлять своего, уподобляясь интернетовским всезнайкам. Приведу слова профессора Гюнтера Рормозера  из Хоэнхаймского университета Штутгарте: «Слишком много либерализма в сфере культуры и политики и слишком мало - в экономике».

Но и от своих трех копеек не удержусь и добавлю к сказанному, что сия мера урезания-обрезания свобод в означенных сферах полезна в правовых государствах! Потому что она – эта мера диктуется правом! Вот в чем фокус!

Но если оно – государство стоит  на фундаменте голого юридизма, где на каждый чих человека выставлен закон с его инструментарием принуждения,  то  этом случае  художник начинает задыхаться от недостатка жизненных сил и ресурсов для творчества. В таком случае  любое «обрезание свободы» губительно!

Художник, поступая по природе своей, то есть свободно, несет ответственность за свой выбор! Вот о чем не стоит забывать ни Райкину, ни Звягинцеву, ни Могучему никому либо еще  из когорты само выражающихся!

В каком-нибудь исламском государстве за портрет могут и камнями побить! Такое у них правосознание! Весьма дикое на взгляд  людей, выросших в греческой культурной традиции и впитавших римское право с молоком матери.

В России правосознание таково, что ходить голым – вызывающе и оскорбительно для всех  у кого есть совесть и стыд, как и сожительствовать со скотом, или с человеком одного пола!

И, следовательно, любая гомосятина на сцене, да еще за государственный счет – похабень великая! И нет ничего удивительного, что за это и побить могут.

Совесть велит это сделать, а закон… А что он закон против совести? Люди идут на костер, если совесть велит.

Так что нормальное дело, если государство пресекает разнообразные провокации чреватые насилием. И интересы свои за свои денежки обязана блюсти везде и в строительстве космопорта на Дальнем Востоке и в строительстве дорог, зданий и так далее. Это её святая обязанность.

P.S. Труфальдино из Сатирикона дали деньги и куда подевался его пафос обличителя власти. Хитрый бестия!

 

Михаил Анохин, член СП РФ.