О Чубайсе (Эхо)

М.Ганапольский― Идем дальше. Поехали. «Возвращение блудного Киселёва».

А.Соломин― Кстати, мне кажется, что со словами Сечина, с которыми я сегодня имел честь согласиться, был бы согласен и наверняка согласен другая наша персона, известный чиновник в прошлом, сейчас уже глава управляющей компании «Роснано» Анатолий Чубайс, у  которого на этой неделе был день рождения, и  я его даже лично поздравить успел на форуме. В общем, человек подходящий под это определение. Но мне кажется, что в реплике Евгения Киселева, который сегодня говорит об Анатолии Чубайсе поздравление достаточно ехидное. И после этой реплики я бы серьезно задумался.

Е.Киселев― Чекисты пороли Чубайса на кухне «Вороньей слободки», более известной как дачный кооператив «Озеро» — за неправильное обращение с электрической энергией. Заодно — и за все прочие грехи.

И покуда его пороли, Анатолий Борисович сосредоточенно думал о значении русской интеллигенции, а равно — о трагедии русского либерализма. А может, так надо, — думал он, дергаясь от ударов и разглядывая темные, панцирные ногти на ноге одного бывшего министра и соучредителя «Озера». — Может, именно в этом искупление, очищение, великая жертва?...

Примерно такая картина, навеянная мгновенной литературной ассоциацией, предстала у меня перед глазами, когда я прочитал интервью Чубайса радиостанции Business FM на Петербургском экономическом форуме.

Если кто не помнит или вовсе не читал «Золотого теленка» Ильфа и Петрова, в этом романе есть глава «Васисуалий Лоханкин и его роль в русской революции», героя которой, карикатурного псевдоинтеллигента, секут розгами малосимпатичные — мягко говоря — соседи по коммунальной квартире, а он пытается найти философское оправдание своей неспособности дать отпор торжествующему хаму.

Более того, когда на пороге «Вороньей слободки» вдруг появляется Остап Бендер, прерывая экзекуцию, и спрашивает у Лоханкина, хороши ли его соседи, тот отвечает: «Прекрасные люди!» — Но ведь они, кажется, ввели в этой квартире телесные наказания? — замечает Бендер (кстати, единственный вызывающий симпатию герой книги, не лишенный ума и интеллекта, который честно признается, что ему не нравится жить при советской власти).

— Ах, — отвечает Лоханкин проникновенно, — ведь в конце концов кто знает! Может быть, так надо! Может быть, именно в этом великая сермяжная правда! С тех пор Васисуалий Лоханкин с его «великой сермяжной правдой» стал синонимом советского и постсоветского интеллектуала, готового не только сносить всевозможные унижения от ликующей гопоты и вельможного быдла, но и оправдывать неспособность — или нежелание — постоять за себя высшими соображениями, вроде «неизбывной вины интеллигенции перед простым народом». Порой самооправдание иных «лоханкиных» приобретало весьма наступательный и агрессивный характер.

По мне, так Анатолий Чубайс ведет себя в интервью Business FM именно таким образом. Особенно — когда, явно обращаясь к былым соратникам, оказавшимся, как он отлично знает, в эмиграции не по своей воле, заявляет: «Если тебе не нравится этот народ — так, дорогой, тогда и не пытайся заниматься этим народом, этой страной, а занимайся другой страной и другим народом. А если ты занимаешься этой страной, тогда будь добр исходить из того, что есть вещи, которые поважнее, чем ты и твоя идеология, и это — народ этой страны».

Тут же Чубайс делает чудесное открытие: оказывается, действующая власть в России реально опирается на поддержку большинства, не важно — в 86 процентов, больше или меньше. Ну да, соглашусь я немедленно, власть Сталина, Гитлера или Муаммара Каддафи тоже опиралась на поддержку большинства народа. Только вот стоило вождю умереть или быть убитым, как от поддержки народной не оставалось и следа. У нас любили и Хрущева, и Брежнева, и Горбачева, и Ельцина — и как же мимолетна оказывалась эта любовь! И к Путину народная любовь тоже когда-нибудь быстро развеется, как будто и не было ее вовсе. Но пока она еще жива, Чубайс спешит оставаться 
«в тренде» и рассуждает о том, что нужно создавать национальный российский, настоящий либерализм, который отличался бы своими ценностями от ценностей либертарианских, которые являются по сути своей космополитическими.

Напомните, где и когда мы это уже слышали — нет, не про «либеральную империю» — про то, что пора начинать борьбу с безродными космополитами? Тем временем Чубайс доносит до высочайшего сведения, что у тех либералов, которые собираются на всякие зарубежные сходки вроде мартовского «Форума свободной России» в Вильнюсе, либерализм вообще носит маргинальный, антинародный характер. «Это я бы определил одним словом — вырождение», говорит Чубайс.

А вот я определил бы этим же самым словом — «вырождение» — эволюцию самого Анатолия Борисовича. Можно сформулировать и по-другому. «Сдача и гибель советского интеллигента» — так называется книга, которую написал полвека назад покойный Аркадий Белинков, писатель, литературный критик, бывший лагерник с 58-й статьей, диссидент, а под конец жизни — невозвращенец, добровольный эмигрант.

После книги Белинкова, как это порой случается, тема конформизма и коллаборационизма, уничтожающих трусоватых и ни в чем не твердых интеллектуалов, пусть даже бесконечно ярких и талантливых, закрыта едва ли не навсегда. Формально эта книга — про драму писателя Юрия Олеши, погубившего себя как личность и как литератора после того, как он принял правила игры, диктовавшиеся системой. Но по сути, это книга — про всех. И про Олешу, и про его блестящих современников — Эйзенштейна, Шкловского, Эренбурга, Алексея Толстого. В некотором смысле — и про Чубайса тоже.

Аркадия Белинкова ругали: зачем он ведет огонь по своим? Зачем с такой яростной бескомпромиссностью обличает далеко не самых плохих и не самых подлых представителей советской интеллигенции, когда — куда не плюнь — есть куда как более отвратительные типы? Ставили ему в пример Пушкина, который называл Александра I «властителем слабым и лукавым», «плешивым щеголем, врагом труда», «нечаянно пригретым славой», но незадолго до смерти написал:

Он человек! им властвует мгновенье. 
Он раб молвы, сомнений и страстей; 
Простим ему неправое гоненье: 
Он взял Париж, он основал лицей.

На что Белинков отвечал: «Проливаемая кровь, растоптанная демократия, растление народа совершаются с помощью попустительства тех, кто всё понимает, или сделал вид, что его обманули, или дал себя обманутьCначала нужно победить предателей, которых так много под схимой страдальцев и чистоплюев, тех, кто испугался борьбы, застеснялся, струсил, перебежал и сдался». Согласитесь, ведь сказано это про нынешнего Чубайса — пусть и почти за пятьдесят лет до наших сегодняшних грустных дней.

«Я прихвостень действующего режима» — кокетничает Анатолий Борисович. Но иногда бывает, что человек, пытаясь вот так ерничать, выносит себе очень точный, я сказал бы даже, беспощадный приговор. Вот только интересно: когда в один прекрасный день режим рухнет, как крыша «Вороньей слободки», подожженной собственными обитателями сразу с шести концов, в чью дверь Чубайс постучит и скажет: «Я к вам пришел навеки поселиться»?

А.Соломин― Это Евгений Киселев, который разнес новое интервью Анатолия Чубайса, сделанное на полях Петербургского экономического форума.

М.Ганапольский― «Редиска» недели?

ССЫЛКИ

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%91%D0%B5%D0%BB%D0%B8%D0%BD%D0%BA%D0%BE%D0%B2,_%D0%90%D1%80%D0%BA%​D0%B0%D0%B4%D0%B8%D0%B9_%D0%92%D0%B8%D0%BA%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87

[править | править вики-текст]

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

 

 

Аркадий Белинков
Дата рождения:	29 сентября 1921
Место рождения:	Москва, Московская губерния, РСФСР
Дата смерти:	14 мая 1970 (48 лет)
Место смерти:	Нью-Хейвен (Коннектикут)
Гражданство (подданство):	СССР
Род деятельности:	прозаик, литературовед
Язык произведений:	русский язык

Арка́дий Ви́кторович Белинков (1921—1970) — русский литературовед и прозаик.

Известен как автор книг оЮрии Тынянове (в серии «Жизнь замечательных людей») и о Юрии Олеше.

 

Содержание

  [убрать] 

• 1Биография
• 2Книги
• 3Примечания
• 4Литература
• 5Ссылки

 

Биография[править | править вики-текст]

Родился в семье экономиста, сотрудника Госплана СССР и начальника Центральной бухгалтерии Наркомлегпрома РСФСР Виктора Лазаревича Белинкова (1901—1980) и педагога, сотрудницы Научного центра детской книги Мирры Наумовны Белинковой (1900—1971), уроженцев Гомеля^[1][2][3]. В. Л. Белинков был автором «Практического руководства по учёту производства и калькуляции изделий шор­но-седельной промышленности» (1940).

В связи с болезнью получил домашнее образование. Белинков учился в Литературном институте, в частности, у В. Шкловского, и в Московском университете.

Во время Великой Отечественной войны был некоторое время корреспондентом ТАСС, входил в комиссию, занимавшуюся расследованием разрушений, причинённых немецкими войсками историческим памятникам.

В это время Белинков написал роман «Черновик чувств», который читал в кругу знакомых. Героиня романа — Литература, персонифицированная в образе Марианы — так звали девушку, в которую Белинков-студент был влюблён. Главный герой — его, как и автора, зовут Аркадий — прогуливается с Литературой по дождливой Москве, подобно Пигмалиону с Галатеей^[4]. Прототипом главной героини была соученица Белинкова М. Ц. Рысс, впоследствии жена математика Б. В. Шабата^[5].

Белинков был арестован за антисоветскую литературную деятельность 29 января^[6] 1944 года . По данным архивов, 5 августа 1944 года по обвинению по статье 58-10 ч. 2. (антисоветская агитация в военной обстановке) осуждён ОСО при НКВД СССР на восемь лет лагеря. Отправлен в Карлаг, где ему было поручено руководить драматическим кружком.^[7][8][9] В заключении написал три произведения: «Алепаульская элегия», «Антифашистский роман», «Утопический роман», за которые был арестован по доносу (А. И. Солженицын в «Архипелаге ГУЛАГ» раскрывает имя предполагаемого доносчика — Кермайер)^[10] 25 мая 1951 года в лагере Каралага в селе Самарка, а 28 августа 1951 года осуждён на 25 лет Военным трибуналом войск МВД Казахской ССР по статьям 58-8 (терроризм) и 58-10 (антисоветская агитация). По первому делу реабилитирован 5 июля 1963 года президиумом Московского городского суда, по второму — только 3 ноября 1989 года президиумом Верховного суда Казахской ССР^[11][12].

Осенью 1956 года Белинков был амнистирован, смог в Москве получить диплом о высшем образовании, некоторое время преподавал в Литинституте, затем занимался литературоведением, в частности, написал много статей для «Краткой литературной энциклопедии», например, статью об А. Блоке.Вольфганг Казак отмечал «дар Белинкова иносказанием превращать прошлое в современность». В 1968 году в журнале «Байкал» появились (с предисловием К. Чуковского) главы из книги Белинкова о Юрии Олеше. Данная публикация была «подвергнута идеологической порке»^[13] в «Литературной газете», что привело к переформированию редколлегии журнала.

В том же 1968 году Белинков воспользовался поездкой в Венгрию, чтобы вместе с женой (Натальей Белинковой-Яблоковой) сбежать оттуда черезЮгославию на Запад. Он поселился в США и преподавал в нескольких университетах. Объявил о выходе из Союза писателей СССР и вступил в ПЕН-клуб. Как вспоминает Омри Ронен:

Белинков пользовался литературой как орудием политической агитации. Он знал одну страсть — политическую. Аполитичная поэзия, «Я помню чудное мгновенье», была в его системе лишь результатом того, что Пушкину запрещали писать политические стихи. Но он попал в Америку во время университетских беспорядков. От него хотели лекций по истории или теории литературы. Он говорил о лагерях и о безобразиях в Союзе советских писателей. Студентам это не нравилось. 1 мая 1970 года он позвонил мне по телефону в Кембридж. В Нью-Хейвене под его окнами кипела многотысячная демонстрация с красными флагами. Я успокаивал его, говоря, что всё это к будущему учебному году пройдёт (так и случилось). Он не верил, а главное, был потрясён тем, что коммунизм нагнал его и там, где он надеялся найти от него убежище. Его больное сердце не выдержало. Через 12 дней он умер^[14].

В январе 1970 года на проходившей в Лондоне конференции, посвящённой цензуре в СССР, было принято решение о создании нового периодического издания «Новый колокол», призванного «выражать точку зрения новейших эмигрантов из Советского Союза на происходящие в политике и социуме события»^[15]. Главным редактором нового сборника был избран Аркадий Белинков. В редакцию также вошли А. Кузнецов, Л. Владимиров, М. Дёмин (Г. Трифонов), И. Ельцов, Э. Штейн и А. Якушев. Издание первого и единственного выпуска сборника состоялось в 1972 году уже после смерти Белинкова. Его подготовкой занималась вдова писателя.

Книга Белинкова об Олеше увидела свет под названием «Сдача и гибель советского интеллигента» на Западе в 1976 году, а в России — 21 год спустя. Роман «Черновик чувств» и лагерные произведения Белинкова, возвращённые из архивов ФСБ в 1990-х, также опубликованы.

Книги[править | править вики-текст]

• Юрий Тынянов, 1961, 2-е изд. — 1965
• Сдача и гибель советского интеллигента. Юрий Олеша, Мадрид, 1976.
• Сдача и гибель советского интеллигента. Предисловие Чудаковой М. А. — М.: РИК «Культура», 1997. — 539 с.
• Аркадий Белинков, Наталия Белинкова. Распря с веком. В два голоса. М.: Новое литературное обозрение, 2008
• Аркадий Белинков. Россия и чёрт. М.: Изд-во журнала «Звезда», 2000. ISBN 5-7439-0071-X

Примечания[править | править вики-текст]

↑ Показывать компактно

1. ↑ Надгробный памятник на Востряковском еврейском кладбище
2. ↑ Александр Малкин «Не сдавшийся русский интеллигент»
3. ↑ Наталья Белинкова-Яблокова «Учителя и ученик»
4. ↑ Берг, М. Черновик чувств.
5. ↑ Мурина, Е. Аркадий Белинков в 1943 году.
6. ↑ Архив НИПЦ «Мемориал», Москва
7. ↑ Марлен Кораллов «Последние дни Давида Гофштейна»
8. ↑ Дора Штурман «Две эмиграции Аркадия Белинкова»
9. ↑ Белинков Аркадий Викторович на сайте общества «Мемориал»
10. ↑ Солженицын, А. И. Архипелаг ГУЛАГ. — М.: АСТ-Астрель, 2010. — Т. 2. — С. 253.
11. ↑ Жертвы политического террора в СССР
12. ↑ Следственное дело Виктора Белинкова
13. ↑ Журнальный зал | Урал, 2008 N12 | Наум ЛЕЙДЕРМАН - Драма самоотречения
14. ↑ Омри Ронен. Правда историка // Лурье, Я. С. В краю непуганых идиотов. — СПб., 2005. — С. 8.
15. ↑ П. Матвеев «Тейч Файв» почти не виден".

Литература[править | править вики-текст]

• Казак В. Лексикон русской литературы XX века = Lexikon der russischen Literatur ab 1917 / [пер. с нем.]. — М. : РИК «Культура», 1996. — XVIII, 491, [1] с. — 5000 экз. — ISBN 5-8334-0019-8.
• Гаевский, В. Метод Белинкова // Новая газета. — М., 2014. — 17 октября. — № 117.
• Лобков Е. Радищев ХХ века. // Лобков Е. Откровенный разговор. Челябинск. 2012.