КОМАНДИРОВКА 5

Командировка 5. ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ КОМАНДИРА  

Мы привыкли делить людей на белых и красных, коммунистов и буржуев. Категоричность зашкаливает. Многие из "интеллигентов" во все времена российской истории катили баллоны на профессиональных военных. Мне, лично, это неприятно. Да, это люди, подчиняющиеся уставу. Да, у них своя психология. Армия - средство ликвидации кризисных ситуаций. Там не может быть по другому. Вы можете себе представить, чтобы рядовой и лейтинант стали бы обсуждать с вышестоящим руководством план крупной операции? Зачем ты шёл в армию? Чтобы вести дискуссии? Ты знал, что армейский человек всегда готов умереть. И чего ты в эту армию попёрся? Дубы там тоже есть. Это хорошо описано в "Швейке". Но я вас уверяю, что если бы не армия, в Чернобыле был бы совершенный бардак. Помню, как меня вызвали к генералу на консультацию. Я ему и про то, и про это: вот если бы так, а может и нет, есть такие научные данные, а есть другие. Генерал мне сказал так: "Саша, ты можешь тут рассуждать, а мне надо принимать РЕШЕНИЕ". И среди наших военных очень много профессионалов, умных людей. А подонки? Да, встречаются везде.

Вот таким профессионалом был Женя Кутаков. Военная косточка. Он закончил политехнический институт, а потом ушёл в армию. Это было его призвание.Помните Руцкого? Женька с ним – одно лицо, только Руцкой плюгавенький, а у Женьки рост метр девяносто. Уже к концу рабочего дня его достали девчонки из вернувшейся на вахту родной припятской смены ЧАЭС: слезно просили свозить в Припять. Они же там практически всё оставили в квартирах, даже деньги и документы. Уважил их Женька. Набил с десяток в освинцованный изнутри «броник» и доставил по назначению. В благодарность одна барышня подарила ему трехлитровую банку самодельного вина, которую нашла забытой в серванте.

Мы тоже времени зря не теряли. На этикетке бутылки из-под минералки перекрасили берёзки оранжевым фломастером в «рыжий лес». Написали: «ЧЕРНОБЫЛЬСКОЕ ЛУЧИСТОЕ». Пополам разбавили спирт «пепси-колой». Зам. по тылу Толик Туруло притаранил классную закусь из «стекляшки», где размещалась «генеральская» столовая.

Приехал Женя, сели за шикарно накрытый стол. Постарался майор Туруло! Начали, как водится, повышая градус, с вина. Мы, это – два разведчика, адъюнкты академии химзащиты Миша Лукьянович и Женя Кутаков, два гражданских «научника» (я, собственно, и мой напарник Володя), прибившиеся к разведчикам, майор-дозиметрист и Толик (как же без него!).

Когда банку прикончили, запели. Голоса у всех хорошие, громкие, только слегка охрипшие от обожженной слизистой. И песни пели славные: «Раскинулось море широко», «Ой, мороз, мороз», про ямщика, который замерзал в степи.

Вроде и выпили ещё немного, а дозиметриста вдруг затрясло в рыданиях. Неприятное это, между прочим, зрелище – мужские слезы. Мы как могли стали успокаивать его. Репертуар сменили на что-то типа «На Дерибасовской открылася пивная». И тут в стенку из соседней комнаты: «бух-бух» кулаком. Поначалу притихли. А как приняли ещё по стакану «лучистого», вновь песняка вжарили. И опять: «бух-бух» в стенку. Повторялось это ещё раза три. Хорошо посидели.

Утром выстраивает начштаба всю Оперативную Группу Начальника Химвойск в коридоре. Стоим мы в шеренге в кальсонах и нательных рубахах (жаркое лето ведь было!) и маемся: с чего бы это нас собрали? Оказалось, командир Группы сменился. Ну, и начал нас генерал чистить: «Я, - говорит, - этих гражданских раздолбаев (показывает на нас с Володей) ещё могу понять. Но вы, товарищи офицеры, что себе позволяете?! Вас Советская власть послала свой гражданский долг выполнять, а вы тут пьянку устроили. И это при абсолютном сухом законе!». Ну, и так далее. Видать, перебздел генерал, когда подлетая к Чернобылю увидел на аэродромном поле кучи отработанной спецодежды величиной с двухэтажный дом. Нас с Володей это тоже, как первое впечатление, потрясло. Потом оказалось, что это генерал и стучал вчера в стенку.

Думали, генерал репрессии устроит. Нет, ничего, обошлось. Всё своим чередом пошло. С утра на станцию едем мимо наваленных на обочине горой ржавых автомобильных остовов. Вечером измерения проводим, данные обрабатываем, протоколы пишем. Потом телевизор смотрим со светящимися точками на экранном изображении. Через неделю меня начштаба к генералу приглашает. Захожу. Генерал, смущенный такой, говорит мне: «У тебя, Саша, спирт, говорят, есть. Не мог бы ты… А то я, старый мудак, даже бутылки водки с собой не захватил». Нет проблем! Мы с Володей ещё в институте 10 литров замаскировали в банки с надписями: «реактив №1», «реактив №2». Профессионалы! Нас же ещё на втором курсе преподаватели  (между прочим, резиденты нашей разведки в МАГАТЭ) учили: «Перед тем как идти в Зону, прими 50 мл».

Майор-дозиметрист, который и на станции-то ни разу не был, но записал себе сразу 50 с лишним рентген, по возвращении перескочил сразу через звание и Красную звезду получил. Вот, что значит папа – генерал!

С Мишей я контакты потерял.

Женя Кутаков закончил аспирантуру в академии, получил очередную звезду на погоны и стал зав. кафедрой провинциального военного училища. Была у него красавица жена и приёмный сын. Не знаю, как там у него дальше жизнь сложилась.. Лез, дурак, в самое пекло, а дозиметриста заставлял не приписывать, а убавлять дозы.

А мы с Володей и Толиком перезваниваемся каждый год 26-го апреля.