Процесс ушел

Почему Россия наложила вето на резолюцию Совета Безопасности ООН по трибуналу.

29 июля Совет Безопасности ООН поставил на голосование одну из самых скандальных за последнее время резолюций, предусматривающую создание международного трибунала с целью поиска виновных в катастрофе малайзийского «Боинга» 17 июля 2014 года. Авторы резолюции называют падение «Боинга» в Донбассе угрозой международному миру и безопасности. Резолюция набрала 11 голосов при трех воздержавшихся (Венесуэла, Ангола и Китай), однако не прошла из-за наложенного Москвой вето. «Лента.ру» попыталась разобраться в причинах российского вето и его последствиях для Москвы. 

В ООН так не принято

Голосование действительно стало неуважением к членам Совета Безопасности, однако проявила его отнюдь не Россия. Согласно негласным правилам, действующим в этом органе, резолюции проходят внутреннее обсуждение, и на голосование не ставятся те из них, которые собирается ветировать один из постоянных членов Совбеза. В общем-то, и сейчас постоянный представитель России в ООН Виталий Чуркин не просто на внутренних заседаниях, а публично на камеру говорил, что Москва воспользуется своим право вето, и рекомендовал не выносить резолюцию на голосование, дабы не вносить разлад между членами Совета Безопасности, однако его не послушали. Авторам резолюции важно было как раз создать скандал, довести резолюцию до российского вето, чтобы потом использовать эту ситуацию для новых обвинений против России (этот момент отметил и Чуркин, который заявил, что политико-пропагандистские цели оказались важнее).

Еще до самого голосования на Украине и на Западе говорили о том, что Москва не должна блокировать принятие резолюции, поскольку это будет автоматическим признанием вины России (прямой или косвенной — якобы из-за поставок оружия ополченцам) в катастрофе малайзийского «Боинга».

«РФ, как государство-агрессор, которое аннексировало Крым, оккупировало часть Донбасса и превратило своих военнослужащих в кровавых террористов, не имеет ни морального, ни юридического права блокировать решение Совета безопасности ООН по созданию указанного международного трибунала», — говорится в заявлении Верховной Рады (киевские власти обвиняют Россию в том, что она прямо или косвенно участвует в боестолкновениях в Донбассе, российские политики и военные многократно заявляли, что предположения Киева не имеют под собой оснований — прим. «Ленты.ру»).

Между тем у Москвы было и юридическое, и моральное право блокировать создание этого трибунала. Потому что он изначально незаконен и необъективен.

С правовой точки зрения, никакого голосования по резолюции и быть не могло, поскольку создание международного трибунала в связи с катастрофой «Боинга» не подпадает под компетенцию Совета Безопасности ООН. Совбез должен заниматься вопросами, являющимися «угрозой миру и безопасности», однако, по словам Чуркина, «Малайзия и другие страны сами признают, что это уголовное преступление, а Совет безопасности никогда не принимал никаких решений по расследованию уголовных преступлений».

Тут можно даже не теоретизировать, а вспомнить прецеденты с ликвидацией других авиалайнеров (иранского вооруженными силами США в 1988 году и российского, сбитого украинскими войсками в 2001 году), — никакого трибунала по расследованию инцидентов не созывали.

Объективное невероятное

С моральной же точки зрения Москва имеет полное право блокировать создание трибунала, вердикт которого считает однозначно предвзятым.

По сути, решение трибунала будет базироваться на выводах международной комиссии, расследовавшей инцидент. В эту комиссию входят пять стран (Австралия, Бельгия, Малайзия, Нидерланды и Украина), из которых одна является как минимум косвенным виновником трагедии. Вопрос лишь в степени вины Киева — даже если абстрагироваться от предъявленных аргументов России о том, что самолет был сбит украинской системой ПВО или самолетом, нежелание Украины закрывать воздушное пространство над зоной конфликта, дабы не терять деньги за транзит, является как минимум преступной халатностью. Позицию же остальных стран-участниц комиссии по отношению к Москве можно считать как минимум несбалансированной, — еще до окончания расследования чиновники ряда этих государств назначили Россию и ополчение виновными в ликвидации «Боинга». Причем, что важно, каким-то образом повлиять на результаты расследования или хотя бы донести до комиссии свою точку зрения Москва не может.

«Российским специалистам, по сути, отказано в равноправном и полном доступе к материалам, имеющимся у международной группы по техническому расследованию», — поясняет российский МИД. При этом оспорить решение этого трибунала у России не было бы никакой возможности: согласно проекту резолюции, вердикт трибунала должен быть приоритетным по сравнению с вердиктами национальных судов.

Россию, конечно же, такой подход категорически не устраивает, и министр иностранных дел Сергей Лавров требует допуска к результатам расследования, которые есть на сегодняшний день, без какой-либо дискриминации. «Исходим из того, что только после этого может состояться предварительное рассмотрение вопроса об ответственности виновников и можем советоваться о том, в каких формах оптимально это сделать, чтобы не злоупотреблять функциями, прерогативами и авторитетом СБ ООН», — заключает глава МИД. А до тех пор Россия будет ориентироваться на собственное расследование инцидента (по словам министра транспорта Максима Соколова, Москва готовит специальный доклад), и намерена сотрудничать с теми силами в международном сообществе, которые настроены на конструктивный поиск виновных и привлечение их к ответственности.

«Россия готова продолжать содействовать проведению полного независимого и объективного расследования причин и обстоятельств гибели малайзийского авиалайнера с опорой на положения резолюции СБ 2166 в целях выявления виновных и их последующего наказания», — подчеркнул Чуркин.

Дипломатическая война

Однако в реальности никакого сотрудничества, скорее всего, не будет. По крайней мере, со странами Запада. Правовые и моральные аргументы Москвы не принимаются во внимание на протяжении года, и оснований верить, что ситуация изменится, нет. Скорее, напротив, имеет смысл быть готовым к полноценной дипломатической войне.

Апофеоз давления, по-видимому, наступит после публикации итогового доклада пятисторонней комиссии, где на основании косвенных улик вину за трагедию возложат на ополченцев, которые якобы без технических специалистов и без наличия полного комплекта системы «Бук» (то есть системы наведения) наугад сумели сбить летящий в верхних эшелонах пассажирский лайнер.

Впрочем, с правовой точки зрения России напрямую ничто не грозит, — любые решения по искам в западных судах не будут приниматься Россией в расчет. Однако возможен новый виток эпопеи вокруг российской госсобственности за рубежом, а кроме того, западные СМИ уже сообщили, что «партнеры» потребуют наказания России, в частности, введения против нее новых экономических санкций.