Медведев навсегда

В прессе появились сообщения о том, что Дмитрий Медведев может возглавить предвыборный список «Единой России» на досрочных выборах в Государственную Думу в сентябре 2016 года. Для Медведева как человека это уже второй подобный опыт — четыре года назад в ходе скандальных выборов в Думу шестого созыва он уже вел правящую партию к победе. Но для Медведева как премьер-министра подобное происходит в первый раз. Президент Путин продолжает хранить подчеркнутую дистанцию по отношению к «Единой России», не желая разменивать высокие личные рейтинги на думскую кампанию. Справятся малыми силами, и даже если не справятся — есть запасные варианты.

Если Дмитрий Медведев официально возглавит списки «Единой России» (а другие сценарии пока всерьез не обсуждаются), это будет означать две вещи. Прежде всего, несмотря на то, что ситуация в стране с 2011 года изменилась радикально, электоральная стратегия нынешней политической элиты осталась неизменной. Она вкратце заключается в продвижении относительно слабой «Единой России» на роль парламентского большинства при поддержке разнообразного политического обвеса, призванного ее подстраховать. Это ОНФ и три партии-близнецы из так называемой системной оппозиции, различающиеся между собой сегодня лишь тончайшими степенями сервильности. Если у Медведева что-то пойдет не так, его прикроет ОНФ. Причем с учетом смешанной системы голосования, когда половина депутатов избирается не по партийным спискам, но по одномандатным округам, эта помощь может быть весьма существенной. ОНФ готовится использовать и партийные списки других партий — в итоге именно эта структура, созданная персонально под фигуру Путина, может оказаться реальным парламентским большинством седьмой Думы, и в союзе с единороссами — конституционным большинством.

Как и в 2011 году, власти страхуются: в том случае, если патриотические переживания насчет Крыма поутихнут, а реальные проблемы в экономике, напротив, еще больше вырастут, «Единой Россией» можно будет жертвовать без особенных последствий для всей конструкции. Формально она может просто проиграть выборы ОНФ — и ничего не случится. Тем не менее главные жертвы подобной тактики — это, конечно, в первую очередь КПРФ, ЛДПР и «Справедливая Россия» — им в посткрымской России все труднее отличаться друг от друга и от правящей партии, а следовательно, и привлекать голоса избирателей. В последнее время дискуссий даже в российском правительстве, которое вроде бы состоит из единомышленников, ведется больше, чем в Думе.

По аналогии можно предположить, что и все прочие атрибуты выборов 2011 года, в частности массовые фальсификации, останутся на своих местах. Кстати, видеокамеры на избирательных участках, которые были установлены в 2012 году для того, чтобы никто не сомневался в победе Путина, на этот раз будут демонтированы — якобы из-за нехватки денег. Медведев как глава предвыборного списка «Единой России» в этом контексте фигура более чем удобная — он снова собирает риски, в то время как его патрон коллекционирует победы.

Второй вывод из появления Медведева во главе списка состоит в том, что он никуда не уйдет со своего нынешнего поста. Как минимум до 2016 года — и на это вроде бы уже умеренно позитивно отреагировали инвесторы, которые после «русской весны» панически боятся любых перемен. Но с политической точки зрения присутствие Медведева как электорального агента в цикле 2016–2018 годов может означать и нечто гораздо более серьезное. Правительству Медведева, которому пророчили отставку в течение всех последних лет и чуть ли не ежемесячно, по всей видимости, нечего опасаться. Медведев — это единственный живой, и кроме того, все еще молодой экс-президент Российской Федерации. В нынешней политсистеме такого человека просто невозможно убрать с его поста, полученного после «рокировки» в 2012 году, не столкнувшись с неприемлемым уровнем политических рисков. Если можно уволить или отправить на синекуру одного президента России, то под ударом оказывается и второй, ныне действующий. Поэтому вполне реалистичным выглядит вариант, при котором Медведев остается премьер-министром как вплоть до 2018 года, так и после этой даты — при условии, что неожиданностей не произойдет и электоральные машины отработают четвертый срок Путина без сбоев.

Проблема этого сценария заключается в том, что Медведев как неприкасаемая фигура может де-факто делать на своем посту все что угодно. Из последних его ярких инициатив, например, всем запомнилось предложение развивать в России яхтинг. Это сидя на дне кризиса, возле дефицитного бюджета, в эпицентре торговых войн и раздутого военного бюджета, наш председатель правительства думает о самом важном. Так динамика новейшего авторитаризма фактически привела к тому, что должность премьер-министра, функции которого записаны в Конституции, уничтожена и поглощена прямым президентским правлением. А человек, который ее все еще занимает, не может быть уволен за профнепригодность — чтобы чего не вышло.