План войны, план мира

Конец января 2015 года. Чуть больше месяца до очередных выборов президента Украины. Отказ от ассоциации с Евросоюзом и непрекращающиеся, но мирные акции оппозиции подорвали рейтинг Виктора Януковича. Во власти — раскол. Наряду с действующим президентом на выборы идут кандидаты от нескольких влиятельных провластных группировок.

Единого кандидата от оппозиции тоже нет, ее лидеры конкурируют между собой так же жестко, как и с претендентами на высший государственный пост из лагеря оппонентов. Все воюют со всеми, равно как все готовы со всеми договариваться. Экономика неуверенно растет — свое дело делают скидка на газ и межгосударственный кредит от России в 15 миллиардов долларов.

Курс гривны стабилен. Запад делает ставку на второй тур и поддержку того кандидата от оппозиции, который выйдет в финал президентской гонки. Москва готова сделать ставку на любого из провластных кандидатов, которые выйдут во второй тур. Битва за Украину — грязная, жесткая, но без огнестрела.

Тем временем мир продолжает разогреваться. В Сирии — ад. Россия и Иран договариваются о военном сотрудничестве. Заседания стран БРИКС проходят все чаще, а риторика повестки дня организации носит все более антиамериканский характер. Китай фактически аннексирует север Мьянмы с ее огромными запасами платины. Газпром строит газопровод в КНР, тогда как США ускоренно раздают лицензии на экспорт сланцевой нефти в Европу и Азию. Цены на нефть снижаются до 80 долларов за баррель. Турция, устав от переговоров о будущем членстве в ЕС, идет на обострение отношений с Грецией в кипрском конфликте. Растет число приграничных столкновений между Азербайджаном и Арменией, грозящее перерасти в следующую карабахскую войну. Япония арестовывает очередное рыболовецкое судно с российским флагом в своих территориальных водах — это новый дипломатический скандал. Японского посла высылают из Москвы.

Венесуэла — главная точка нестабильности в Южной Америке…

Так могла бы выглядеть альтернативная картинка реальности для нашей страны и мира. Она не то чтобы очень разнится с той, которую мы видим сегодня. Но есть все же одно важное отличие. Тектонический разлом выползающего наружу цивилизационного и геополитического конфликта прошел не по Украине. К несчастью для нас, из бесконечного числа вероятностей развития событий нам досталась та, которая привела к краху украинской экономики, потере территорий, войне, смертям и язве ненависти, срок лечения которой — десятилетия.

Да, мы не верили, что Янукович уйдет сам. Мы боялись превратиться в Белоруссию, где, похлопав в ладоши на центральной площади, рискуешь быть упакованным в автозак. И мы не хотели судьбы Еревана, который понуро пошел в Евразийский Союз, опасаясь азербайджанского реванша за Карабах. Мы всего этого не хотели, но то, что мы получили, — еще хуже.

Могли ли мы знать? Вряд ли. Был ли наш выбор осознанным? Не был. Но обиднее всего то, что мы не понимаем, какая великая цель способна затмить собой понесенные потери. У медали нет обратной стороны. Жизнь без Януковича не стоит жизней тысяч украинцев и обеднения миллионов. Если мы платим за шанс для новой Украины, то где план ее построения? Два самых масштабных проекта новой власти — люстрация и судебная реформа — вот-вот обанкротятся. Правды о событиях годичной давности на Майдане как не было, так и нет. Кабмин пестрит иностранцами, выходцами из инвесткомпаний, отлично смотрящимися в кадре, но мало что решающими. Президент прекрасно выступает за границей, а мы продолжаем ощущать «поддержку всего цивилизованного мира». В благодарность за это мы удерживаем Пески, в которых никто не живет, донецкий аэропорт, где ничто не летает и никогда не взлетит. Да, это наша земля. И все же, каков план?