Выборы на троих

Миновал год с того момента, как на грузинском политическом Олимпе обосновался Бидзина Иванишвили. Предвыборная коалиция "Грузинская мечта" во главе с ним.

1 октября 2012 года одержала победу на парламентских выборах. Как лидер победившего блока, 16 октября он представил свой состав кабинета министров, в котором были только его соратники и единомышленники. Электоральный успех позволял ему не учитывать при формировании правительства интересов его главного оппонента Михаила Саакашвили. И высший представительный орган власти Грузии 25 октября утвердил большинством голосов именно этот состав.

Свою первую годовщину правительство Иванишвили и сам премьер-министр встречают не только подведением итогов. Они готовятся к президентским выборам, которые намечены на 27 октября. Эта кампания подведет черту под десятилетним периодом в истории страны, открывшимся "революцией роз" 2003 года и триумфом Михаила Саакашвили. Третий президент Грузии покинет свой пост. Но дело не ограничивается только сменой высшего должностного лица. После выборов в стране должен заработать исправленный Основной закон.

Еще в 2010 году стараниями Саакашвили в Грузии была запущена конституционная реформа. Парадокс состоит в том, что действующий глава государства замышлял ее для усиления своих позиций, а вовсе не для своего ухода из политики. С помощью внесения поправок в Конституцию он рассчитывал обосноваться в кресле премьер-министра. Ведь главной целью этой реформы было перераспределение полномочий в пользу правительства и парламента.

На тот момент возможности Саакашвили выглядели более чем внушительно. Даже поражение в "пятидневной войне" не сломило грузинского президента. Напротив, он сумел использовать потерю территорий и новые национальные травмы для консолидации власти и ослабления оппозиции. Своих противников Саакашвили обвинял едва ли не в сговоре с Москвой и потворстве интересам России. Сама же оппозиция была раздроблена, а ее лидеры боролись не только с властью, но и друг с другом. Запад поддерживал Саакашвили, потому что не видел никого, кто мог бы составить ему конкуренцию. Все эти факторы усыпили бдительность президента Грузии, проглядевшего угрозу со стороны миллиардера Бидзины Иванишвили, предпочитавшего до поры до времени не вмешиваться в политику.

Между тем, появление такого конкурента спутало Саакашвили все карты. Иванишвили сумел объединить разрозненную оппозицию. Его финансовые источники не имели критической зависимости от президентской команды. Попытки же организовать давление на олигарха стремительно подняли его популярность. Известно, что гонимых властью лидеров, особенно на постсоветском пространстве, воспринимают, скорее, положительно. К тому же Иванишвили удалось найти новые темы, которые и власть, и оппозиция ранее игнорировали. Речь идет, прежде всего, о социальной политике и аграрном вопросе.

Сыграть на этих темах попытался было "правая рука" Саакашвили Вано Мерабишвили, спешно брошенный в качестве политического пожарного на парламентскую кампанию правящей на тот момент партии "Единое национальное движение". Но было уже поздно. Иванишвили удалось перевести кампанию в плоскость

черно-белой конкуренции: "Единое национальное движение" против "Грузинской мечты". Парламентскую высоту Саакашвили не взял. И его идея мягкой пересадки в премьерское кресло на неограниченное время (Конституция не вводила ограничений на утверждение председателя правительства от партии – победительницы на парламентских выборах) не реализовалась на практике.

Кресло главы правительства было занято главным оппонентом Саакашвили, который за год, еще до реализации положений конституционной реформы, сумел сконцентрировать властные полномочия в своих руках. Иванишвили даже удалось принять временную поправку в Основной закон, которая запрещает президенту отправлять правительство в отставку без согласия парламента. Он установил контроль над дипломатическим корпусом, где ранее доминировали сторонники "Единого национального движения", а также над судьями и силовиками. Саакашвили стал "хромой уткой" на обе ноги. Фактически реальная власть выпала у него из рук еще весной нынешнего года. Таким образом, "Грузинской мечте" осталось лишь поставить последнюю точку – выиграть президентские выборы.

Накал у этой кампании совсем не тот, что был в ходе парламентской гонки прошлого года.

Те выборы строились, как и многие постсоветские электоральные поединки, по принципам "голосуй или проиграешь" и "если не он, то кто же". Мотив "последнего шанса" или "последнего рубежа" был ведущим. Избрание президента, который вне зависимости от своей фамилии не будет обладать прежним объемом полномочий, выглядит, скорее, как техническая кампания, имеющая не самостоятельное значение, а являющаяся частью более широкого процесса. Это видно даже по кандидатам, принимающим в ней участие.

Так, "Грузинскую мечту" представляет Георгий Маргвелашвили, который до этого не был широко известен избирателю. В 1990-2000-х годах он работал в различных исследовательских структурах, занимал пост ректора в Институте общественных дел Грузии. И только в октябре прошлого года он был представлен на пост министра образования и науки в правительстве Иванишвили. Между тем, социологические опросы свидетельствуют о том, что именно Маргвелашвили сегодня является фаворитом. Объясняется это не тем, что кандидат в президенты представил какую-то новаторскую программу, а тем, что за его спиной стоит премьер-министр, который сохраняет высокий уровень популярности среди электората.

Среди других претендентов на президентское кресло стоит отметить, как минимум, еще двух политиков. Это Давид Бакрадзе и Нино Бурджанадзе. У обоих кандидатов известности намного больше, чем у Маргвелашвили. Больше у них и политического опыта. Бакрадзе в 2008 году занимал в течение полугода пост министра иностранных дел. В этом же году он возглавлял список "Единого национального движения" на парламентских выборах, после чего стал спикером высшего представительного органа власти. Этот пост Бакрадзе покинул как раз после прошлогоднего поражения своей партии.

После ареста "серого кардинала" грузинской политики Вано Мерабишвили и уголовного преследования (хотя и не поддержанного судом) мэра Тбилиси Гиги Угулавы, Бакрадзе остается ведущей фигурой в лагере уходящего президента. Однако все провалы Саакашвили теперь связываются с ним. И если голосование за Маргвелашвили – это поддержка Иванишвили, то голосование за Бакрадзе – это в реальности одобрение того курса, который проводился в Грузии после "революции роз".

Нино Бурджанадзе стоит немного особняком. За свою политическую карьеру она побывала и в команде Эдуарда Шеварднадзе, и в триумвирате "революционеров" в ноябре 2003 года, и на посту спикера парламента, и в кресле временного главы государства, и даже в роли оппозиционера, обвиняемого в связях с Россией. Сегодня за ней не видно каких-то больших фигур, которые рассматривали бы ее, как "своего президента". Отчасти это ослабляет Бурджанадзе, но в то же время превращает ее в самостоятельного игрока на президентских выборах. Однако чудес в политике, как правило, не бывает. И сегодня у Бурджанадзе не видно ни ресурсов, ни каких-то особых возможностей для галопирующего роста народной поддержки.

Таким образом, скорее всего, основная борьба развернется между этими тремя политиками. Главной же интригой предстоящих выборов будет то, во сколько туров пройдет голосование. Победа Маргвелашвили в первом же туре облегчит жизнь Иванишвили. Все другие сценарии создадут дополнительные проблемы, и не исключено, что и в первом, и во втором случае состоятся какие-то массовые акции. В постсоветской Грузии к этому имеют определенный вкус. Тема возможных фальсификаций выборов обсуждается уже сегодня. Остроты ситуации добавляет и сделанное Иванишвили заявление о том, что он не исключает своего ухода в отставку после победы над главным соперником.

В любом случае, выборы-2013 имеют помимо всех личностных раскладов один важный смысл и символическую нагрузку. После распада СССР в Грузии еще ни разу власть не передавалась от одного лидера страны другому на основе выборов, конституционным путем. Если выборы 27 октября пройдут мирно и цивилизованно, то Грузия имеет возможность вырваться из этого порочного круга, кто бы ни стал новым президентом, и какие бы силы за ним ни стояли. Ближайшее будущее покажет, насколько повзрослела политическая элита кавказской республики, и готова ли она к тому, чтобы ставить проблемы общенационального развития выше собственных рейтингов и тактических соображений.