Никита Кричевский: что написано пиаром

Указ Путина о долгосрочной экономической политике как блестящий образец ни к чему не обязывающего словоблудия.

Череда постинаугурационных путинских указов в бесчисленный уже раз поставила вопрос о компетентности президентских советников по экономике и социальной сфере. К тому, что консультанты эти безымянны, мы давно привыкли. Поражает другое: первые программные акты, вместо того чтобы стать основополагающими, содержат лишь ориентировочные подкорректированные мантры, многократно произнесенные и в годы предыдущих правлений нового старого президента, и во время предшествующей путинскому избранию статьеобразной предвыборной кампании.

Указ «О долгосрочной государственной экономической политике», направленный, как написано в тексте, на повышение темпов экономического роста, увеличение реальных доходов населения, достижение технологического лидерства (!) российской экономики, ставит перед медведевским правительством несколько общих задач, показатели выполнения которых либо взяты с потолка, либо получены в результате долгих ковыряний в носу.

Словоблудие — этот термин, похоже, отныне применим не только к популизму или демагогии, но и к донельзя конкретной экономике. Составлять указы, не несущие в себе никакого практического смысла, — дорогого стоит. Было бы экономическое словоблудие отдельным предметом в вузовских программах, кремлевские стратеги получили бы по нему твердый зачет.

Создание и модернизация 25 млн высокопроизводительных рабочих мест к 2020 г.Ключевое слово в этой задаче — не «создание», как ошибочно комментируют первый путинский наказ правительству эксперты, а «модернизация». Зарубите себе на носу: никто никаких новых 25 млн рабочих мест создавать не собирается. Следовательно, ни о каком нашествии гастарбайтеров можно не беспокоиться. Модернизация рабочих мест — вот тот ключик, что позволит легко и непринужденно выполнить президентское указание.

В феврале 2012 г. в экономике страны без учета малого предпринимательства насчитывалось 36,1 млн замещенных рабочих мест, в том числе работниками списочного состава (без внешних совместителей) — 34,4 миллиона. Создание новых 25 млн рабочих мест означает рост числа рабочих мест, опосредованно — экономики в целом, на 69,3%. Кто-нибудь может назвать хотя бы одно прорывное направление экономической деятельности в России, способное за 8 лет создать столько новых вакансий?

Для справки: в феврале этого года больше всего замещенных рабочих мест было в обрабатывающих производствах (6,1 млн), образовании (5,7 млн), а также в здравоохранении и предоставлении социальных услуг (4,5 млн). Госуправление, обеспечение военной безопасности или торговля остались далеко позади. Так что не извольте тревожиться.

Как будет осуществляться модернизация «высокопроизводительных рабочих мест»? Вы не поверите, но она уже происходит. Заменили демидовский станок на послевоенный — вот вам и модернизация. Поставили врачу или учителю компьютер — снова модернизация. Поменяли торговые стеллажи — опять модернизация. На заметку бухгалтерам: вскоре вам придется заполнять еще одну форму статотчетности, на этот раз связанную с модернизацией рабочих мест на вашем предприятии.

Увеличение объема инвестиций не менее чем до 25% ВВП к 2015 г. и до 27% — к 2018 г. И вновь непонятно, что имели в виду авторы путинского указа (да и сам президент, будучи кандидатом экономических наук, мог бы озадачиться). О каких инвестициях идет речь? О частных? Государственных? Иностранных? Подразумевали ли писарчуки инвестиции в основной капитал или приплюсовывали инвестиции в финансовые активы? А может, президентские острословы мыслили категорией валового накопления, отличающегося от инвестиций (долгосрочных вложений) тем, что в него включаются товары, приобретенные, но не использованные в отчетном периоде?

Очередная уточняющая информация: по Росстату, в 2011 г. объем инвестиций в основной капитал составил 10,8 трлн рублей, в то время как ВВП — 54,6 триллиона. Итого объем инвестиций только в основной капитал (без финансовых активов) достиг 19,7% ВВП. Поддать газку за счет увеличения государственных вложений (а с этим никаких проблем нет — только на гособоронзаказ до 2020 г. предполагается выделить около 20 трлн рублей), и задача «увеличения объема инвестиций» будет успешно решена.

Теперь о показателях. Почему 25% (27%) ВВП? Кто обосновывал необходимость достижения именно этих рубежей? Или кремлевские мечтатели держат экономических экспертов за идиотов, не имеющих возможности получить данные об инвестиционной активности в других странах, хотя бы в тех же странах БРИКС?

Знайте, ребята, это не так. Вот вам страновые показатели валовых инвестиций к ВВП по итогам 2011 г. (данные The World Factbook): Бразилия — 19,0%, Индия — 30,7%, Китай — 54,2%, Южная Африка — 18,4%. Уровень 25—27% характерен для таких ни к чему не стремящихся стран, как Гаити (25,0%), Танзания (26,1%), Ботсвана (26,6%) или Мавритания (27,4%). Если же вы хотите проводить модернизацию не на словах, а на деле, то уровень инвестиций должен быть не менее 35—40%. Это мировой опыт, господа.

И еще. Бразилию или ЮАР можно отнести скорее к развитым, чем к развивающимся странам. Потому и показатель инвестиционной активности в них соответствует странам Евросоюза (18,7% ВВП).

Увеличение производительности труда к 2018 г. в 1,5 раза относительно уровня 2011 г. О какой производительности труда нам все время талдычат? О производительности общественного труда как об одном из обобщающих показателей общественного производства —  или о производительности конкретного труда, показывающей эффективность трудозатрат в шахтах, металлургических цехах или в фермерских хозяйствах?

Поясню: производительность общественного труда определяется отношением ВВП в рыночных ценах к среднегодовой численности экономически активного населения (ЭАН). Если при неизменной численности ЭАН ВВП растет — значит, увеличивается и производительность. Справедлива и обратная комбинация: ВВП остается константой, при этом численность ЭАН, например вследствие демографического кризиса, снижается — а производительность все равно возрастает. Вывод очевиден: с выполнением и этой задачи никаких проблем не будет.

Если же говорить о производительности конкретного труда, то прежде всего нужно уточнить структуру российской экономики. В 2011 г., по данным The World Factbook, ВВП России округленно состоял из следующих компонент: сельское хозяйство — 4,2%, промышленное производство — 37,0%, сфера услуг — 58,9%. В каком из секторов предполагается увеличивать производительность? В сельскохозяйственном? В индустриальном? В сфере услуг?

Повышение производительности труда в сервисном секторе, занимающим без малого 60% российской экономики, выглядит нонсенсом: очень сложно представить полуторакратное повышение эффективности труда таксиста, официанта, парикмахера, хирурга, преподавателя или банковского клерка. Если, конечно, измерять производительность в единицах продукции, а не в деньгах, как это принято в России.

Ускорение социально-экономического развития Сибири и Дальнего Востока. Предыдущие путинские задачи особого бюджетного напряжения не требовали. Но широко анонсированное создание госкомпании по развитию Сибири и Дальнего Востока (проект Федерального закона «О развитии Сибири и Дальнего Востока» можно без труда найти в Сети) пробьет ощутимую фискальную брешь в казне и потребует многомиллиардных госвложений, значительная часть которых, скорее всего, будет разворована.

В чьих интересах создается новая госкомпания? Кому в первую очередь будут выгодны планируемые организационные, административные и налоговые преференции? Ответ на поверхности — высшим федеральным чиновникам и приближенному к власти, имеющему значительные интересы в регионе олигархату. Это и Абрамович, и Зюзин, и Прохоров, и Усманов, и конечно же Дерипаска.

Проиллюстрируем заинтересованность олигархов на примере Дерипаски. Как известно, 84,0% всей алюминиевой продукции РУСАЛа производится на сибирских заводах группы. Структурам Дерипаски частично принадлежат ОАО «Красноярская ГЭС» и ОАО «Иркутскэнерго» (три ГЭС ангарского каскада и несколько угольных разрезов). Наконец, в Нижнем Приангарье (Красноярский край) РУСАЛ совместно с компанией «РусГидро» уже много лет пытается достроить Богучанское энергометаллургическое объединение (БЭМО), в состав которого войдут алюминиевый завод мощностью 600 тыс. т и ГЭС на 3000 МВт. Создание новой госкомпании придется Дерипаске как нельзя кстати.

Не станем впадать в занудную экономическую наивность: вышеперечисленные задачи — не более чем неуклюжий пиар-ход, призванный показать темным россиянам масштаб и величие целей, поставленных Путиным перед новым правительством. Главное — пустить пыль в глаза и прежними темпами удовлетворять собственное корыстолюбие. Для тех же, кто слишком много понимает, всегда готовы автозаки и судебные приговоры об административном правонарушении или уголовном преступлении.