Алла Гербер: осознать позор

С 22 по 28 апреля по приглашению Института Гете я была в Германии. 

Это не первая моя ознакомительная поездка в Германию, а уже вторая, но, если раньше меня интересовало все, что было связно только непосредственно с историей Холокоста, то сейчас задача была другая – история национал-социализма: как, почему и на каком трижды проклятом месте… 

В Берлине мы встречались с профессором Хансом-Фредом Раттенау и редактором журнала «Уроки истории» Ингольфом Зейделем, мы были в музее «Топография террора» и, конечно же, внимательным образом осмотрели экспозицию музея. 
Побывали на встрече в Федеральном агентстве политического образования, встречались с Анеттой Кахане – председателем правления фонда имени Амадеу Антонио. 

Мы были в Музее истории Германии, где в разделе, посвященном XX веку, широким образом представлена история национал-социализма. 
В Нюрнберге мы побывали в их знаменитом документальном центре НСДАП и, конечно же, встречались с его директором доктором Александром Шмидтом. В Мюнхене мы были в еврейском общинном центре, где встречались с доктором Шарлоттой Кноблаух. И другие музеи и другие выставки. 

Важно понять результат всех этих встреч, экскурсий, просмотров. 
Это, пожалуй, самое главное, о чем бы я хотела сказать. Я поняла, что Германия прошла этот сложнейший для себя период и сумела осознать и позор, и трагедию. Это главное, о чем рассказывают выставки, и главное, о чем говорила наши собеседники. На выставках, в музеях - везде нам показывают образно, подробно и документировано – с чего и как это все началось. 

Ты понимаешь главное: жертвами гипноза могут оказаться все. 
Гипнозом была пропаганда – продуманная, талантливая, яркая, нацеленная на каждого в отдельности и на все общество в целом. Гипноз, сама форма подачи этой пропаганды – увлекательная, театральная, праздничная. Гипноз, рассчитанный на то, чтобы люди почувствовали себя объединенными, защищенными, уверенными в том, что есть власть, есть фюрер, который все видит, все знает и который их защитит. Есть враг, он очевиден и им его показали на многочисленных плакатах, в образных речах Геббельса и его свиты. Этот враг – еврей – носатый, противный, грязный, жадный, омерзительный с потными деньгами в потных руках, вот он – всему виной. Это мировое бедствие, а спасти от него может только великая Германия во главе с великим фюрером, и не только себя, а все человечество.

Убей еврея – спаси себя. 

Впрочем, не только евреи виноваты в бедах Германии, есть еще и цыгане, гомосексуалисты, коммунисты и социал-демократы, и просто демократы, и либералы и все непохожие, и все, у кого есть своя голова на плечах, свои мысли, свое мнение, от них тоже надо спасти человечество… 

Теперь в Германии об истории национал-социализма с младших классов в школе рассказывают детям для того, чтобы они никогда не допустили повторения этого кошмара. 
Мы видели десятки экскурсий, во всех музеях, о которых я говорила– школьников и молодежи – пусть знают, пусть думают. Для этого проект «Уроки истории», в котором выпускают книги и журналы для школ. Для этого – музей «Топография террора», где сотни людей, в основном молодежь, ежедневно проходят по бывшим подвалам гестапо, от которых остался только фундамент, но вся экспозиция приближает их к тому страшному времени. Различные фонды и их десятки, если не сотни. Вся их деятельность направлена на то, чтобы не устаревала память у старшего поколения, а юность чтобы знала и не боялась этого знания. 

Слушая, рассматривая, проходя по залам этих выставок, я думала только об одном – почему же у нас нет таких музеев? 
Нет музеев, посвященных эпохе сталинизма, нет полноценного музея ГУЛАГа? Главное – не произошло покаяния и нет его до сих пор. Вот почему у нас неонацисты, вот почему русские марши, вот почему эти фашистские лозунги – «Россия для русских»… 

Вы спросите, есть ли неонацисты в Германии? 
Да, есть, в основном, в Восточной Германии, их немного, но они есть. Их немного, но они тоже выходят на улицы, но, в отличие от нас, в Германии – гражданское общество, которое немедленно реагирует на это, которое немедленно дает им отпор в самом прямом и косвенном смысле этого слова. Выйдут на улицы сто нацистов – в ответ тысячи антифашистов. Радио, газеты, телевидение – реакция моментальная. 

Конечно, в Германии много проблем, связанных с миграцией, особенно это касается турецкого населения. Конечно, есть антисемитизм, конечно есть все, что и у нас… 
Не в таких размерах, не в таких масштабах, но есть. Но нет нашего равнодушия. Нет нашего нежелания давать отпор. Я очень благодарна институту Гете за эту поездку, но я жалею лишь о том, что тысячи моих соотечественников не увидели того, что увидели мы.