Интервью с Евгением Чичваркиным
А. ГУДОШНИКОВ: Хотелось бы обсудить тему с Банком Москвы. Сейчас Бородин в Лондоне находится. Последняя новость, что вместе они с Алалуевым продали 20.3 процента банка, которые принадлежали им. Что это за ситуация с Банком Москвы? Это зачистка команды Лужкова? Или это могло произойти и раньше?
Е. ЧИЧВАРКИН: Это отъем активов всех, которые ассоциируются с прежней властью в Москве. Мы почти полгода назад разговаривали об этом. Я предсказал, что будут пилить и спиливать все, что было, что, на их взгляд, плохо лежит. Просто разграбление идет. Вообще ВТБ славится такими вещами. Костин заявлял лично, что ему нравится Евросеть, когда она подешевела после того как на нее напали. Он в «Ведомостях» сказал прямым текстом, что мы будем скупать. Я уже об этом говорил, хочу еще раз повториться. Тем не менее, несмотря на то, что Банк Москвы сделал любимое народом IPO, до сих пор цена гораздо ниже, чем было размещение. Оно было 13 рублей, а сейчас около 10. Он пляшет. До сих пор те десятки и сотни тысяч пенсионеров, которые купили эти акции, рассчитывая, что государство их не кинет (а банк государственный), государство кинуло, и пока трети стоимости не хватает. Несмотря на то, что ВТБ набрало активов огромное количество.
А. ГУДОШНИКОВ: Просто существует такое мнение, что в принципе эти народные вклады, о которых мы сейчас говорим, это долгосрочная перспектива, что в принципе можно было на это рассчитывать, в будущем они, возможно, отобьют эти деньги. Как вы думаете?
Е. ЧИЧВАРКИН: Смотрите, несмотря на то, что в Роснефти актив «ЮКОСА», несмотря на то, что многие инвесторы смотрят на это косо, Роснефть торгует выше цены размещения. Там хоть люди за три года заработали меньше, чем если бы они просто положили в банк, процентов на 20 выросло бы за три года. На данный момент если срезать, все равно хоть в плюсе. Сбербанк тоже в плюсе. А ВТБ падало до 2 с чем-то рублей, до 15-17 процентов от цены. Кто-то продал же по этой цене, кто-то потерял 80 процентов от изначально вложенных денег. Вот такое вот народное IPO. Тем не менее, они продолжают скупать или собирать активы, которые, на мой взгляд, находятся в дистрессе согласованном, не просто.
А. ГУДОШНИКОВ: Костин как раз сказал, что 100-процентный пакет им не нужен. Кому тогда мог Бородин и Алалуев эти 20 процентов продать?
Е. ЧИЧВАРКИН: Две зарплаты нам не надо, дайте нам ключи от склада! Я не знаю.
Вообще отбирать чужую собственность – это отвратительно, это характеризует Россию плохо. Несмотря на огромный поток нефтяных денег (хочу напомнить, что сейчас выручка нефтяная огромная), бизнес достаточно шаткий. Очень многие испытывают проблемы, многие специалисты устроиться не могут.
А. ГУДОШНИКОВ: Кстати, насчет нефти, как вы думаете, в дальнейшем нам ждать повышения или нет? Сколько будет стоить нефть? Каковы перспективы?
Е. ЧИЧВАРКИН: Я рисовал графики. Абсолютный рекорд… Наверное, к осени она будет больше, чем 140. Она запросто может шагнуть за 200-250. Мне видятся крыши домов в Европе вместо черепицы с черными элементами солнечными.
А. ГУДОШНИКОВ: Панели солнечные!
Е. ЧИЧВАРКИН: Кстати, кто первый это сделает, получит 1 миллиард денег как минимум, а может 10 миллиардов денег, потому что сэкономит себе кучу. Просто так себе крыша нагревается и все. А так будет столько-то отсчета от Электрисити билд, которые здесь огромные. Либо тот, кто придумает мягкую кровлю, которая будет одеваться как колпачок на дом сверху на лето, пока солнышко.
А. ГУДОШНИКОВ: Но если нефть будет такая дорогая, для России это плюс или минус? Есть такое убеждение в народе: нефти много – должны быть богатыми.
Е. ЧИЧВАРКИН: Несколько человек обязательно будут богатыми в связи с этим. В столь коррупционной стране это проклятье. Если бы было это в Дубаи, когда всю выручку от нефти вложили в развитие нации, по всему миру арабы явились абсолютно иными людьми (цивилизованными, уважающими интересы других, развитыми, умными, интеллектуальными и открытыми). Шейх Мухаммед воспользовался нефтяными доходами как в Дубаи. У нас такая страшенная коррупция и воровство такое, как будто все живут последний день, это еще больше сыграет роль проклятья.
А. ГУДОШНИКОВ: Если все-таки вернуться к Бородину, как вы думаете, он вернется в Россию или нет?
Е. ЧИЧВАРКИН: Я с ним когда общался, он показался мне очень осторожным человеком. Поэтому я не буду делать выводов. Это его дело. Я не хочу никак напортить жизнь человеку своими высказываниями.
А. ГУДОШНИКОВ: Может, какой-то совет есть? Как ему в данной ситуации поступить? Или уже некуда поступать? Продал акции и все уже.
Е. ЧИЧВАРКИН: Я думаю, что правильнее всего все, что происходит, аккуратно фиксировать с первоклассными юристами и вкладывать в файлик.
Комментарии