Жаба Мании

Сенсацией минувшей недели стало заявление российского президента о необходимости прислушаться к рекомендациям ЮНЕСКО и ограничить высоту небоскреба в устье Охты. Ранее петербургские чиновники сравнивали защитный статус международной организации с эдаким «бантиком» на теле города – излишние, на их взгляд, ограничения мешают развитию мегаполиса. Однако при правильном подходе к делу охранный статус ЮНЕСКО не мешает, а развивает уникальные регионы. И ведь за примерами не надо далеко идти.


Есть в Балтийском море (точнее, в Пярнуском заливе) два маленьких острова – Мания и Кихну. На первом – одна деревня, на втором – четыре. И знали бы об этих кусочках суши лишь родственники местных жителей, если бы не одно «но»: Мания и Кихну включены в Список всемирного наследия ЮНЕСКО.

Мании охранный статус достался благодаря местной фауне: здесь обитает на редкость удивительный вид жаб. Теперь на островке возможен исключительно экологический туризм, и даже уборка территорий от мусора разрешена лишь с применением специальной техники: только бы жаба не пострадала! Благо и технику, и прочие расходы по содержанию острова оплачивают специальные фонды и гранты. Дотации идут как из-за рубежа, так и от собственного эстонского правительства.

А вот на Кихну постарались люди: 600 лет здесь живут рыбаки, по сей день сохранившие и традиционный промысел, и культуру, и диалект. За это международная организация включила остров Кихну наравне с Сетумаа (районом, где компактно проживают представители народа сету) в Список объектов мирового наследия. Для поддержки традиционного уклада жизни и местных промыслов создан специальный фонд, пользующийся поддержкой как Евросоюза, так и эстонских ведомств. В результате ежегодно на 600 кихнусцев приходятся 10 тыс. туристов.

Особенность этнотуризма в том, что он приносит деньги не крупному бизнесу, не гостиничным сетям, а местным жителям. Гости острова живут на хуторах и фермах, едят рыбу, пойманную местными рыбаками, и покупают сувениры, сделанные местными ремесленниками. В итоге удалось приостановить отток людей с острова. Многие же, кто переехал с Кихну в города, не продают родовые дома на острове, предпочитая проводить там максимум свободного времени. Благо инфраструктура позволяет: паром с Кихну на «большую землю» ходит 4 раза в день (не считая дополнительных рейсов в сезон и теплоходов до Пярну), устойчиво работает сотовая связь и беспроводной Интернет.

По оценкам экспертов, этнотуризм становится все более модным в Европе. Выигрывают от этого регионы, где удалось сохранить или реконструировать коренной уклад жизни – от промыслов до одежды и песен. Кихнуские женщины по сей день считают домотканые юбки лучшей повседневной одеждой, а песни – лучшим экспортным товаром. Народный коллектив Kihnumua («Страна Кихну») недавно вернулся из гастролей в Японии. Был он и в России: кихнусцы с теплотой вспоминают участие в фольклорном фестивале в Архангельске в далеком уже 1989 году.

«Мы почувствовали близость культурных традиций, – сказала один из лидеров фольклорного движения острова Катрин Кумпан. – Даже столетние ивановские платки архангельские бабушки хранят с таким же трепетом, как и мы. Правда, в отличие от поморских красавиц у нас такой материи на сарафаны не хватит».

Особая гордость кихнусцев – центр острова, где находятся православная церковь (таких много в южной Эстонии), новые школа и клуб с библиотекой, а также краеведческий музей. Последний открыт в отреставрированном здании старой школы.

«Наш клуб – наша гордость, – рассказала Катрин. – Когда старый сгорел, средства на строительство нового собирали всем миром». И это не преувеличение: деньги на культурные объекты острова Кихну выделяет все тот же фонд.

Возможно, приведенный пример не столь убедителен для Петербурга, где есть много возможностей найти деньги помимо международных фондов. А вот для некоторых из 4700 исторических памятников Ленинградской области охранный статус ЮНЕСКО мог бы стать не простым «бантиком» поверх красивой обертки, а настоящим спасательным кругом.

Сейчас немногие из них имеют статус объектов мирового культурного наследия – несколько фортов Финского залива и дворцово-парковых ансамблей. Из древних крепостей лишь Орешку посчастливилось обрести охранный статус. Сейчас ведется работа по присвоению такового Старой Ладоге.

Кроме того, в списке объектов Петербурга и Ленинградской области, находящихся под защитой ЮНЕСКО, есть архитектурные и природные памятники, но нет ни одного достойного примера, где бы предметом охраны стала живая народная культура. И это в регионе, где на протяжении столетий бок о бок жили носители самых разнообразных традиций. Неужели не заслуживают внимания деревни, где до сих пор живы древнерусские (новгородские), водские, ижорские, вепсские, карельские или ингерманландско-финские традиции?

И ведь такие места есть: в последнее время на слуху водские деревни Кроколье и Лужицы, что расположены в зоне строительства порта Усть-Луга. Пока у этих поселений нет охранного статуса ЮНЕСКО, и добраться туда из Петербурга не проще, чем на остров Кихну. Но ведь строительство порта – прекрасный повод обратить внимание международного сообщества на необходимость сохранения культуры очень древнего и очень малочисленного финно-угорского народа. Уж если на острове Мания свято берегут жаб, то почему бы нам с тем же усердием не спасти от вымирания целый народ?

Другой потенциальный объект в Списке культурного наследия ЮНЕСКО – вепсский край на востоке Ленинградской области. Кстати, там уже есть охраняемый природный памятник «Вепсский лес» – почему бы к экологическому туризму не добавить этнографический? Ведь культура древнего народа, чей язык лингвисты называют не иначе как «санскритом финских языков», тоже достойна охранного статуса.

Смысл подобных новаций прост: для большинства удаленных районов области этнографический туризм – именно тот, как сейчас говорят, «драйвер», что способен раскрутить экономический механизм гостевой отрасли. Сперва на восток и юго-запад Ленинградской области потянутся финны (они «делают кассу» на Кихну и в Пярну), за ними пойдет и наш турист, благо краеведческая тема становится все более популярной.

Сейчас Ленинградская область при населении около 1,7 млн человек принимает лишь 1,5 млн туристов в год – меньше одного гостя на каждого жителя. При этом туризм дает работу немногим более 12 тыс. человек – этого явно мало. Если учесть, что львиная доля объектов областной туриндустрии сосредоточена в Выборгском, Всеволожском и Приозерском районах, становится ясно: до отдаленных уголков региона турбизнес просто не дошел.

В итоге на юго-западе и на востоке области закрываются школы, музеи, оттуда уезжают люди. Вдохнуть туда жизнь, построить дороги и пустить регулярные автобусные маршруты может только этнотуризм. А охранный статус ЮНЕСКО – это не столько сами деньги, сколько мощнейшая реклама, эти деньги привлекающая.