Прекрасная ахинея

Петр Николаевич Мамонов повторил прошлогоднюю авантюру – концерт, состоящий из песен 1980-х годов (помнится, несколько лет назад он буквально отрекся от того, что сочинял и во что играл, будучи лидером группы «Звуки Му») и стишков, которые он называет «закорючки». Крохотные четверостишия из последних сборников «Закорючки» называть стихотворениями так же странно, как цыплячий писк считать птичьей трелью

В прошлом году Мамонов вновь стал певцом – в честь 25-летия творческой деятельности. Юбилейная затея оказалась настолько успешной и своевременной, что пришлось отправиться тем же маршрутом с той же программой. «Давненько мы еще раз тебя не видели» – следствие неудавшейся попытки поставить точку в музыкальной карьере.

На этот раз вроде бы все. Просветленный лицедей уверяет, что петь больше не будет, и ощущения от прошедшего в Мюзик-холле концерта соответствующие: прыгать по сцене с гитарой ему неинтересно. Ему хочется играть свои психопатические моноспектакли (в Москве до сих пор вспоминают, как во время премьеры «Шоколадного Пушкина» некоторые зрители сбегали после первых десяти минут), сниматься в кино и нести в мир истину (после съемок «Острова» актер даже ездил в своеобразное турне, чтобы, по его словам, «говорить людям правду»). Также ему хочется писать прозаические зарисовки и рифмованные «закорючки». А танцевать, петь, колотить по струнам электрогитары... Бог не запрещает, но сердце не велит.

Танцевал, пел, играл на электрогитаре полтора часа. И еще час выступал как артист разговорного жанра (делал вид, что случайно разоткровенничался).

Драматическое дарование Мамонова не скроют ни комический внешний облик, ни абсурдные фразы, сквозь которые то и дело просвечивают жалобные нотки (и к зрителям обращается, как к сироткам: «Мои родные, хорошие мои...»).

Сначала в режиме нон-стоп исполнил свои старые песенки от первого лица. Петру Николаевичу все еще к лицу прежний образ Темного Му (из одноименного шлягера), несведущего, глуповатого, пьяненького, пугливого. Стенания брошенного на произвол судьбы алкоголика начинаются с «Шуба-дуба блюз», плавно переходят в «Источник заразы», продолжаются «Великим молчанием вагона метро» и завершаются в «Досуги-буги» (здесь лирический герой бросил пить, курить, в результате легче слагаются стихи и появилось больше свободного времени).

В 1980-е годы, на пике популярности «Звуков Му», персонаж, воспетый Мамоновым, напоминал какого-нибудь непутевого родственника. Эти музыкальные анекдоты и сегодня звучат, как воспоминания о голодной молодости – трогательно и честно.

Наверное, стоит повторить, что Петр Мамонов прежде всего артист разговорного жанра. Петь он не умеет, на гитаре себе подыгрывает разве что для антуража, уморительно пританцовывает, кувыркается на полу, приседает на тоненьких ножках. Маленький, лысенький, «беззубенький»... Примерно так, по мнению большинства, и должны выглядеть блаженные старцы. А этот к тому же бегает по сцене с гитарой наперевес и со словами: «Я самый ненужный, я гадость, я грязь! Зато я умею летать!». Зал хохочет.

«Я вообще-то позиционирую себя как писатель», – скромно признался Петр Николаевич после того, как на экране показали фрагменты моноспектаклей, в которых степень необъяснимых логикой действий превышает пределы театра абсурда.

Петр Мамонов – самый успешный юродивый отечественного шоу-бизнеса; как и положено, его не совсем понимают и к его странностям относятся с благоговением.

Во второй части концерта артист (точнее, писатель) надел для солидности пиджачок и вышел к микрофону с пачкой листов в руках. Главное не что читал (уверяю вас, бред), но с какой интонацией. Мастерство Петра Мамонова именно в умении безошибочно найти нужную интонацию. Благодаря этому дару и песни поются по-особому; крохи-стишки-смешки выглядят озарением мудреца, а нравоучительные строки – нелепой шуткой юмориста. Талант Мамонова – превращать смешное и жалкое в прекрасное.

Это из лирики: «Смотрю на бабочку огромными глазами. А та, крошечными, смотрит на меня». Поделился бытовыми зарисовками: «Я бы с удовольствием поставил вариться цветную капусту, но мгла покрыла все руки». Многое из того, что пишет, читает и исполняет Петр Мамонов, иначе чем ахинеей не назовешь.

«Сижу. Смотрю в окно – жена идет по тропинке. Думаю, куда это я пошел?». Тоже ахинея. Но ведь о любви.

Перед тем как попрощаться, знаменитый отшельник вспомнил, как трехлетняя девочка сказала, что Бога надо сильнее всех любить. Теперь он это всем советует. И добавляет: «Будьте как дети». Сам, в сущности, совершенный ребенок.