Ванкувер станет \"точкой дна\" нашего спорта

На модерации Отложенный

Слабые успехи российской сборной на Олимпиаде в Ванкувере уже привели к бурной дискуссии о будущем российского спорта, особенно в преддверии проведения следующих зимних Олимпийских игр.

Руководитель Союза конькобежцев России, предприниматель Алексей Кравцов в интервью РИА Новости рассказал, как он оценивает первые итоги Олимпиады, в чем причины неудач, а также о том, что федерация не намерена подавать протест на ошибку судьи, из-за которой российский конькобежец Дмитрий Лобков был в среду вынужден дважды стартовать на дистанции 1.000 метров. Интервью взял Максим Филимонов.

- Что произошло на дистанции, когда Дмитрий Лобков был вынужден дважды выходить на старт?

- Произошла совершенно идиотская ситуация. Судья дал старт, Дима стартовал, а потом японцу почему-то показалось, что произошел фальстарт, хотя никаких сигналов от судьи не было. Японец остановился, а Дима бежит. И он пробежал уже полкруга, когда они его остановили. А стартовал он очень хорошо, бежал в очень хорошем темпе. Если бы такое произошло в России, нам бы уже все газеты «размазали».

- Вы будете подавать протест?

- Это чисто судейская ошибка, судья говорил, что у него пистолет не сработал второй раз, чтобы дать фальстарт. Но у него есть флаг, у него есть свисток, он мог подать сигнал. Мы можем подать протест, но какой в этом смысл. Это для нас ничего не изменит.

- Какие в целом царят настроения в Олимпийской деревне?

- Нормальные настроения царят.

- Психологического давления от неудач нет?

- Да нет. Мы больше сосредоточены на том, что у нас происходит.

- Как руководитель одной из федераций, какие выводы на ваш взгляд, можно сделать из этой Олимпиады, где после семи дней у нас всего четыре медали?

- Результаты, которые мы видим, были предсказуемы, хотя какие-то ставки и не оправдались. То, что Иван (Скобрев, получил для России первую медаль - бронзу на дистанции 5.000 метров) выиграл, это большое достижение. В конькобежном спорте и в шорт-треке надо многое менять: и методы подготовки спортсменов, и способы работы с ними. Я и пришел для того, чтобы перестроить всю систему, привлечь новых тренеров, организовать работу, чтобы старые выдающиеся тренеры могли отдать свои знания.

- После победы Скобрева, который работает с итальянским наставником, вы говорили, что намерены привлечь иностранного тренера для работы со сборной. С кандидатурой еще не определились?

- Я считаю, что иностранного тренера привлечь необходимо. Но с кандидатурами еще не определился. Я уже встречался с разными тренерами здесь на Олимпиаде, планирую встречаться в Москве во время чемпионата мира среди юниоров 13-14 марта. Будет интересный чемпионат, на нем будут реально выступать те, кто будет выступать в 2014 году.

- Но если все будет складываться так, как оно складывается, то Сочи для нас может стать довольно грустной историей со спортивной точки зрения.

- Я уверен, что Ванкувер станет «точкой дна» для нашего спорта, низшей точкой. Сейчас понятно, что те ресурсы, которые были заложены в советский период, уже окончательно заканчиваются. А на смену не приходят ни новые спортсмены, ни новые тренеры.

- Но за четыре года, остающиеся до Сочи, чемпионов вырастить очень сложно.

- За четыре года вырастить чемпиона невозможно. Но, слава богу, мы будем действовать не с нуля. У нас есть резервы, есть юниоры, есть действующие спортсмены, которых можно при изменении методов подготовки вывести наверх. Я бы не хотел критиковать своих предшественников, но то, что происходило в эти годы в конькобежном спорте, нельзя сказать, что это было хорошо. Например, чехарда тренеров. Как спортсмен может показывать высокие результаты, если в течение долгого времени у него не было целенаправленной работы с одним тренером?

- Но смена руководителей федераций не гарантирует улучшения результатов. В биатлоне федерацией пришел руководить Михаил Прохоров, привел новых людей, предоставил ресурсы, а на Олимпиаде с биатлоном у нас все очень грустно.

- Когда пришли Прохоров и (Сергей) Кущенко (исполнительный секретарь Союза биатлона России)? Полтора года назад. За полтора года поменять все в такой запущенной ситуации невозможно. Это вообще не срок. Но я считаю, что то, что сейчас делают в биатлоне - это очень разумно.

- Даже несмотря на те результаты, которые они показывают?

- Часто у нас бывает - дают человеку год и говорят «давай, показывай результат». Не бывает такого. Нужно время. Чтобы собрать урожай, нужно посеять, вырастить и собрать. Надо терпеть. Если мы достаточно долго разрушали наш спорт в силу ряда причин: в стране перелом, кризис, не было финансирования, люди уходили, тренерский состав прорядился, - говорить о том, что за полтора года вернуть то, что разрушалось 15-20 лет, нельзя. За 15-20 лет мы съели тот запас, который был накоплен. И за полтора года с суперменеджментом и усилиями, которые вкладываются в том же биатлоне, что-то изменить невозможно. Но я уверен, что если они продолжат делать то, что они делают, они к Сочи подойдут совсем другими. За шесть лет можно успеть многое сделать. Я верю, что у нас в биатлоне все будет хорошо.

- Как вы относитесь к инициативе министерства спорта изменить законодательство и получить полномочия для того, чтобы напрямую влиять на процесс назначения главных тренеров сборных?

- Безусловно, министерство должно иметь возможность влиять на назначение тренеров. Кто платит деньги, тот и заказывает музыку. Если тренер приглашается на деньги, которые дает минспорта, то да.