Христианство как политический бренд

Клайв С. Льюис, автор историй о Нарнии, писал в эссе "Размышление о третьей заповеди": "Что же будет делать христианская партия? Благочестивый Филарх убежден, что хорошей может быть только христианская жизнь, а ее должна насаждать сильная власть, уничтожая последние следы
душепагубного либерализма. По его мнению, фашизм просто исказил верную идею, а чудище демократии, дай ему волю, пожрет христианство;
и поэтому он готов принять помощь даже от фашистов, надеясь, что он и его соратники их в конце концов переквасят. Статив не уступает Филарху в благочестии, но он глубоко убежден, что падшему человеку нельзя доверять столь опасную силу, как власть, он не надеется на вождей и видит единственную надежду в демократии. Тем самым он готов сотрудничать со сторонниками status quo, хотя их мотивы лишены и призвука христианства. Hаконец, Спартак, не менее честный и верующий, хорошо помнит, как обличали богатых и пророки и Сам Спаситель, и склоняется потому к сторонникам левой революции. Естественно, и он готов сотрудничать с теми, кто прямо называет себя воинствующими безбожниками."

На российских просторах примерно такая картина и сложилась.

Одни повторяют: "Русский - значит, православный".

Православие для них - не более чем атрибут русской культуры. Нерусских, принявших православие, они подозревают в ненадежности. Другим, как Спартаку из примера Льюиса, импонирует равенство, они притягивают за уши христианство и коммунизм, старательно не замечают гонений на церковь, которые были при советской власти и уверяют, что царство Божие вот-вот было бы построено в отдельно взятой стране, перестройка вот помешала.

Третьи о гонениях помнят. Для них христианство равно антисоветизму, причем самому оголтелому, когда отрицается не только идеология, но даже то симпатичное, что было при СССР - например, детские книжки и мультфильмы.
Есть и представители "мейнстрима" - для которых христианство неотъемлемо от правительственного курса.

И таких убежденных множество. Представители любого направления считают, что именно их "христианство" - самое правильное и обвиняют несогласных с ними не только в политической слепоте, но чуть ли не в ереси. Отличие от персонажей Льюиса у персонажей, населяющих Россию, увы, в том, что льюисовские - он это подчеркивает, - действительно верующие. Нынешние политики от религии, похоже, Христа из своей программы вычеркнули.