О вере и суеверии

Так получилось, что в последнее время мои френды-атеисты то и дело рассуждают о суеверии и религии, причем, как правило, не понимая, чем одно отличается от другого. Я решил расставить точки над ё. Об этом писали многие поумнее меня, но мои френды этих многих не читали, и читать не станут, так вот я и решил вкратце объяснить разницу, чтобы люди не говорили о том, чего не знают. Этот пост я готов обсуждать, дополнять и исправлять, если кто-то более сведущий меня поправит.

Митрополит пишет о мракобесии на телевидении:

http://www.gazeta.ru

Вот зуб на холодец даю, атеисты – не те, что спокойно себе считают, что Бога нет, предоставляя окружающим верить в то, во что им заблагорассудится, а активные борцы с религией, - и тут скажут что-то вроде: да, конечно, попам не нравится конкуренция! (Разумеется, честным, порядочным и искренним может быть только атеист, священник по умолчанию корыстен и лелеет далеко идущие коварные замыслы…)

Но, говоря о том, что, пытаясь бороться с мракобесием, попы пилят сук, на котором сидит и сама православная церковь, люди как-то не задумываются о том, что сами слова «суеверие» и «мракобесие» выдумали именно зловредные попы (их церковнославянское происхождение настолько очевидно, что не надо даже быть филологом, чтобы его разглядеть; впрочем, нет, со словом «мракобесие» я наврал, там все куда интереснее. Суеверие (то есть пустая, ложная вера) противоположно религии не менее, чем науке. При этом явление это совершенно естественное, настолько естественное, что оно свойственно не только человеку, но и высшим животным, будь то Лоренцева гусыня, которая твердо знает, что подниматься по лестнице надо строго определенным образом, или хрестоматийные овцы, которые старательно прыгают через отсутствующее препятствие (кстати, интересно: кто-нибудь пробовал самостоятельно проводить этот опыт? У меня как-то в последнее время не было под рукой достаточного количества овец…)

Суеверие – это нормальное поведение существа, которое не видит связи между явлениями; точнее, знает, что связи существуют, но не способно отличить подлинные связи от мнимых. Его механизм состоит в том, что, если какое-то действие завершилось удачно, следует воспроизводить его и впредь; а если какое-то действие завершилось неудачно, воспроизводить его не следует. Предыдущая овца прыгнула – и благополучно прошла дальше; если следующая овца будет каждый раз раздумывать о том, почему предыдущая овца прыгнула, и стоит ли прыгать ей самой, у нее есть все шансы далеко не уйти (как убедился герой книги про Дерсу Узала, беспечно зацепивший ветку, под которой проводник прошел пригнувшись, - и растревоживший осиное гнездо, которого он не заметил). Наши отцы и деды так делали – и благополучно прожили, и нас вырастили; будем и мы так делать. Надо вешать над дверью ветки рябины, иначе в дом заберутся эльфы и украдут младенца; возможно, эльфов не существует – вам охота это проверять, если это ваш младенец? Будучи помножено на определенные психологические механизмы («Систематические ошибки в рассуждениях» , суеверие расцветает пышным цветом («Нет ничего глупее и неосторожней, как глядеть на молодой месяц через левое плечо. Старый Хэнк Банкер один раз поглядел вот так да еще и похвастался. И что же? Не прошло двух лет, как он в пьяном виде свалился с дроболитной башни и расшибся, можно сказать, в лепешку…»). Образованные и интеллектуальные люди над суевериями обычно потешаются… ровно до тех пор, пока не окажутся в ситуации, когда они сами чувствуют себя неуверенно, где им самим грозит реальная опасность, и связь между явлениями далеко не так очевидна, как в уютном кабинете. А тут уж и самые ученые головы оказываются не менее суеверны, чем деревенские бабки: кто его знает? А вдруг? Мало ли что? Мы еще многого не знаем… «У знаменитого Главного конструктора Сергея Королёва был "счастливый" оператор, который всегда нажимал по команде на кнопку "старт", капитан Смирницкий. Ни один пуск ракеты не обходился без Смирницкого. Даже когда у того была экзема, он всё равно нажимал на кнопку, потому что Королёв считал, что у того человека "лёгкая рука". Генеральный конструктор всегда переносил дату, если она выпадала на понедельник», и т.д. И атеисты они там, или верующие – роли не играет… Хотя нет. Как раз вера играет роль.

Суеверие предполагает наличие связи между явлениями, внешне никак между собой не связанными. Наука находит связи там, где это возможно, и устанавливает отсутствие связей там, где это возможно (скажем, смотрение через левое плечо на молодой месяц никак не связано с падением с дроболитной башни: многие смотрели на молодой месяц через левое плечо, и ничего с ними не случилось; проще предположить, что смотреть на молодой месяц можно как угодно, а вот пьяным на дроболитную башню лучше не лазить…) Проблема в том, что многого наука еще не знает, и связи установить не может. Жили-были два человека, одинаково здоровых, оба заболели одним и тем же, обоим один и тот же хирург сделал одну и ту же операцию, один человек выздоровел, другой помер. Почему один выздоровел? Почему другой помер? Понятно, возникли осложнения. Почему у первого их не возникло? Может, оттого, что первый никогда не курил, а второй курил, а потом бросил? А может, оттого, что хирург не с той ноги в операционную вошел, а? То есть, в сущности, наука и суеверие друг другу не противоречат никак. Вроде и нет никакой связи между тем, с какой ноги войти в операционную – а вдруг есть? Мы ведь еще многого не знаем… До черта связей, которые в XVIII-XIX веке показались бы чистым суеверием, сейчас выявлены и объяснены наукой. Может, ветки рябины над дверью какие-то полезные фи-тон-циды распространяют, откуда мы знаем? Так что вешайте, вешайте рябину над дверью…

Религия (здесь я говорю о христианской религии, как я ее понимаю – только не забывайте, что христианин я весьма невежественный; - относительно других я ничего сказать не могу, хотя подозреваю, что в иудаизме и мусульманстве то же самое) предполагает, что над естественным ходом вещей, над всей путаницей причинно-следственных связей есть Бог, который этим ходом вещей управляет; что Бог – это личность, что Ему не все равно, что будет с каждым из нас, верующим или неверующим («Не две ли малые птицы продаются за ассарий? И ни одна из них не упадет на землю без [воли] Отца вашего; у вас же и волосы на голове все сочтены; не бойтесь же: вы лучше многих малых птиц»), и что Он, помимо всего прочего, в определении будущих событий учитывает и наши пожелания в виде молитв.

Понятно, что религия легче легкого переходит в суеверие, и религиозные обряды непринужденно превращаются в магические (поставил свечку – человек выздоровел, освятил магазин – отвадил рэкетиров…), но по сути они друг другу диаметрально противоположны. Магия – это та же наука, они выросли из одного корня, и магические действия отличаются от действий ученого только тем, что они не работают, но суть их одна, прямое и непосредственное воздействие на окружающий мир: если оперировать инструментом, прокаленным в пламени, раны реже гноятся (а механизм-то дезинфекции стал ясен только много веков спустя), если поплясать вокруг больного с бубном, он быстрее выздоровеет (да, бубен сам по себе ничего не лечит – но эффект плацебо тоже никто не отменял…) Короче: то, что работало – стало наукой, то, что не работало – стало магией (периодически одно переходит в другое, особенно в медицине). Молитвы не «работают», потому что молитва – это не воздействие на окружающий мир, это просьба к Тому, кто вне его. Если подойти к папе и попросить мороженого, папа либо купит мороженого, либо не купит: в зависимости от того, как ты себя вел, считает ли он мороженое вредным или полезным, можно ли тебе сейчас мороженое, или ты только что болел простудой, есть ли у папы деньги на мороженое… В любом случае, нельзя сказать, что просьба «работает»: просто папа принял решение с учетом обстоятельств, и твоих пожеланий в том числе. Он бы, может, и просто так купил тебе мороженого, потому что он тебя любит; но если ты хочешь мороженого прямо сейчас, лучше попросить, и не забыть поблагодарить потом (хотя, возможно, папа тебя поймет, если ты так обрадуешься мороженому, что забудешь его поблагодарить, потому что ты еще маленький и глупый). Вот и все. Точно так же Бог учитывает наши молитвы, вплетая их в ход имеющихся естественных обстоятельств; собственно, в известном анекдоте про еврея, который отказывался уезжать из зоны затопления, говоря, что ему Господь поможет, на эту тему сказано все, и добавить мне нечего .

Поэтому нельзя сказать, что молитва, поставленная свечка, освящение машины или завода «работают». Это все просто разные способы обратиться к Богу с нашей просьбой: исцелить больного, избавить от беды, послать хороший урожай, уберечь машину и сидящих в ней от аварии (смешно? А почему нет? В чем принципиальная разница между споткнувшейся лошадью и машиной, которую занесло на гололеде? Только в том, что в головах смеющихся церковь – это что-то такое древнее и устаревшее, и рядом с лошадью и крестьянским плугом оно уместно, а рядом с автомобилем и заводом – нет). «Сработает» оно или нет – церковь гарантий не дает: не потому, что попы такие хитрожопые и хорошо устроились, а потому, что Бог принимает свое решение с учетом множества обстоятельств, никому из нас не известных – видимо, водителю было лучше погибнуть в той аварии, а почему – этого мы не знаем, и не наше это дело, в конечном счете. Разумеется, что думать так очень трудно, временами – неимоверно трудно (если водитель тебе знаком). Куда приятнее думать, будто ты можешь непосредственно влиять на события: освятил машину – и все, ничего с ней теперь не случится! Именно поэтому религия то и дело превращается в обрядоверие, и не только в глазах обычных людей, но и в глазах священников, священники ведь тоже люди. Увы, освященные машины тоже угоняют, после чего верящие в магические свойства освящения чувствуют себя идиотами, а попов – обманщиками. Но религия тут совершенно ни при чем.

Вера, кстати, тоже естественна не менее суеверия, и животным свойственна не менее, чем людям. Бывают такие собаки и кошки, которые в ветеринарке не шипят, не рычат, не огрызаются и не царапаются, и даже почти не вырываются. Многие процедуры довольно болезненны, и животные, конечно же, не понимают, зачем с ними это делают, но они верят в своих хозяев, верят в людей. Вот человек, который считает, что Бог не зря попустил, чтобы ему отрезали ногу, или чтобы он умирал от рака – такой человек, я думаю, действительно верит в Бога.

В общем и целом, религия и наука в чистом виде друг другу не мешают, просто потому, что их предметы не пересекаются. Религия занимается тем, что вне этого мира, и научному изучению не подлежит; в науку она суется только тогда, когда последняя задевает какие-то этические вопросы (например, является ли эмбрион человеком или вопросы клонирования…) Наука занимается изучением законов этого мира, которые, с точки зрения религии, созданы Господом, и потому изучение его законов есть познание Его творения; оно может быть как хорошим, так и плохим, но по умолчанию оно нейтрально. Поэтому нормальный ученый, на самом деле, свободно может быть как верующим, так и атеистом, точно так же, как он может быть рыжим, а может и брюнетом, это совершенно ни на что не влияет. А вот суеверие и мракобесие путаются под ногами у обеих. Потому что мракобесие может быть как научным (будь то создание псевдонаучных теорий, которые как тот самолет у самолетопоклонников: совсем как настоящий, только не летает и летать не может, или магическое заклинание «Это антинаучно!», которым можно припечатать как любое научное исследование, так и то, что к науке вообще отношения не имеет), так и религиозным, превращающим Господа в некоего языческого божка, которого надо задабривать и умасливать пожертвованиями, чтобы он оказал помощь в наших делишках, - да еще и в божка капризного и коварного, который того гляди надует (а тогда, по идее, надо выпороть икону кнутом и повернуть лицом к стенке, ага). Собственно, вот вам живой пример научного мракобесия, подхваченный мракобесами от религии, дискредитирующий, в результате, как науку, так и религию: http://www.miloserdie.ru Стоит ли удивляться, что мракобесие не по вкусу ни ученым, ни священникам?

P.S. Про “языческих божков” я, конечно, высказался весьма непочтительно, как будто христианство – это настоящая религия, а язычество – так, суеверие сплошное. На самом деле, язычество тоже может быть настоящей религией, а отличить их очень просто: если шаман “повелевает духами” – это магия и суеверие; а если шаман “разговаривает с духами”, “обращается к духам с просьбой”, как к существам высшим – это религия. И да, это тоже вполне может сочетаться в одном человеке – точно так же, как священник может вполне искренне и смиренно молиться Богу, и при этом советовать в лечебных целях надеть на младенца крестильную рубашечку и напоить его святой водичкой…