Платные школы в СССР

Неформальная плата

Школа должна быть светской, единой и бесплатной: так в октябре 1918 года в своем декрете большевики сформулировали базовые характеристики системы начального и среднего образования новой республики. Система действительно стала светской — уроки закона Божьего не без препятствий были отменены. Стала и единой — гимназии и разделенные училища упразднили, из начальной школы ученики стали переходить в среднюю. А вот для полной отмены платы за обучение потребовалось почти 40 лет.

В первые годы советской власти школьное образование столкнулось с большими трудностями: это и обнищание материальной базы, и разброд в учебных программах, и ухудшение социального положения учителей. 

Финансировались школы не только Наркоматом просвещения и региональными бюджетами и организациями, но и напрямую родителями школьников. Народный комиссариат просвещения (Наркомпрос) в 1921 году разъяснял: «Введение платности означает, что Государство временно не может целиком и полностью взять на себя расходы по народному образованию и вынуждено частично возложить эти расходы на население, предоставив широкие льготы трудящимся и переложив большую тяжесть на плечи имущих и хорошо обеспеченных родителей». Получалось, что платы были необязательны – в виде самообложения, но без них школы просто не смогли бы работать. 

Зависело это от региона и тех, кто занимался курированием школы. Сколько нужно отдать на нужды образования, решали на местах, поэтому особой ретивости избежать не удавалось. Партийным и правительственным органам приходилось уточнять, что плата добровольная, из-за ее отсутствия выгонять из школ учеников нельзя, так как это обесценивает «завоевания Октября». В 1924 году был выпущен декрет, освобождавший от платы за среднее образование рабочих и служащих, чья зарплата меньше 50 рублей: за неимущих приходилось платить обеспеченным. В некоторых школах существовали комитеты содействия, которые определяли, на что потратить собранные средства. При благоприятной ситуации они могли даже предоставить бедным ученикам бесплатные учебники и питание. В то же время, в учебных заведениях при фабриках и заводах взимать плату запрещалось.

Меры по сборам назывались "временными" — пока государство и учреждения просвещения не окрепнут — но продлились долго. В 1930-х в среднем и начальном образовании была проведена реформа, призванная унифицировать систему образования. Ввели четкие перечни предметов и программ, подняли зарплату преподавателям, но необязательную финансовую помощь школе напрямую от родителей не отменили. 

Все ради заводов

В 1940 году уже официально было введено платное образование в масштабе всего Советского союза. По постановлению Совнаркома от 2 октября, бесплатное обучение отменялось в последних трех классах школы и в специальных учреждениях среднего образования. Полное среднее образование засчитывалось по окончании 10 классов, а среднее — по окончании семи. Платить должны были все, исключений в постановлении не было. Впрочем, вскоре они были определены: от платы освобождались дети пенсионеров-инвалидов с единственным источником дохода и детдомовцы. Чуть позже появилась возможность избежать платы и детям учителей. Другие льготы касались высшего образования, которое тоже становилось не бесплатным: отмена постановления для военных факультетов, авиационных учебных заведений, а также национальных студий в художественных вузах (хотя в них плата должна была быть самой большой).

Цена обучения в выпускных классах школы на первый взгляд была не столь высока: в столицах союзных республик, Москве и Ленинграде — 200 рублей за год, в других городах и селах — 150. По статистике, в 1940 году средняя зарплата у рабочих и по всему народному хозяйству равнялась 340 рублей. В сельском хозяйстве она была значительно ниже — 229 рублей, но зависела от трудодней и натуральных выплат, что практически ограничивало в возможности платить за обучение.

В других сферах плата тоже серьезно ударяла по кошелькам. В преамбуле указа было сказано о «возросшем уровне материального благосостояния трудящихся». Но, например, по официальным данным, потребление продуктов качественно уступало показателям второй половины 1920-х. При сохранении общего уровня покупательной способности выросло материальное неравенство населения.

Необходимо учитывать и то, что среднее количество детей у одной женщины в довоенные годы варьировалось от 3,5 до 6,8. Конечно, не все они доживали до старшей школы и желали в ней учиться, но факт в том, что в одной семье могло быть больше одного ребенка-старшеклассника. Если в вузах плату могла покрыть стипендия, которую стали начислять только тем, кто хорошо учился, то в школах расходы полностью ложились на родительские плечи. 

Постановление о введении платы за обучение не могло не потревожить население страны. Во-первых, оно появилось в октябре, вводя плату задним числом за уже начавшийся учебный год. На то, чтобы внести сумму за первое полугодие отводилось меньше месяца — до 1 ноября. Далеко не каждый мог срочно выделить средства, а о кредите или отложенных платежах в постановлении не говорилось ни слова. 

Во-вторых, оно было опубликовано в один день с указом «о государственных трудовых резервах СССР», по которому альтернативой платного обучения для молодежи могло стать рабочее образование. Колхозы и городские советы обязывались мобилизовать в ремесленные, железнодорожные и фабричные училища определенное количество молодых людей в возрасте 14-17 лет. Выпускники таких учебных заведений должны были проработать как минимум четыре года подряд на государственных предприятиях. Не скрывалось, что это делается для «притока новой рабочей силы на шахты, рудники, транспорт, фабрики и заводы». Учеба в училищах в 1940 году начиналась 1 декабря: таким образом, незаплатившие школьники запросто могли начать трудовую карьеру в том же году. Кроме того, годом ранее был понижен призывной возраст, поэтому многие бедные студенты вполне могли теперь отправиться в армию. 

Вот какое письмо о ситуации в Минске было перехвачено сотрудниками НКВД в октябре 1940 года: «Целые бунты. Лекции не слушают, идут наперекор ассистентам, шумят, кричат. На общей лекции пишут такие записки, прямо ужасно. Например: “Как Вас теперь назвать — товарищ профессор, или господин профессор, ведь мы идем к старому?”». Официальные же митинги были посвящены горячему одобрению не ввода платы за обучение, а объявлению о мобилизации в рабочие училища. Как писала советская пресса, они проходили на предприятиях с радостными приветствиями и лозунгами о готовности принять новые кадры на работу.

Возможно, чтобы избежать настоящих бунтов, вскоре правила были изменены для жителей некоторых южных республик. В 1942-1943 годах вышли постановления, которые не афишировались на союзном уровне: отменить плату для представителей коренных народов в Киргизской, Таджикской, Казахской, Узбекской, Азербайджанской и Туркменской республиках. Им были предоставлены значительные квоты для получения высшего образования. Хотя это и противоречило Конституции, по которой запрещалась дискриминация по этническому признаку. 

Полностью бесплатно

Платное школьное образование пережило самого Сталина. Отменили его в 1956 году вместе с введением государственных пенсий по старости. Причем двумя годами ранее вопрос поднимала прокуратура, усмотревшая нарушение закона в неравном праве на компенсацию затрат на обучение в разных республиках. В последующие годы появлялись попытки сэкономить бюджетные деньги за счет учащихся. Например, сокращение обслуживающего персонала вроде уборщиц — порядок в зданиях школ наводили сами ученики. Или же школьников отправляли на кратковременную работу в колхозы и на заводы. Но школа отныне считалась бесплатной, то есть существующей на деньги государства.

В разных концах страны условия для школ в использовании инфраструктуры и материальном обеспечении были различными. Неформальные сборы с родителей могли решить мелкие хозяйственные проблемы и дополнительно поощрить работу учителей. Нельзя забывать и о тратах на форму, питание и канцтовары. Непременный школьный атрибут — учебники — тоже необходимо было покупать. Государственное решение вопроса о них датируется 1978 годом, когда вступило в силу постановление правительства о переходе на бесплатное пользование учебниками. Получали литературу в школьных библиотеках и через них же передавали по «наследству» — срок годности был определен в четыре года. В случае потери или серьезной порчи книг школьников ждали санкции — им угрожали неаттестацией.

К распаду Советского союза система среднего образования сохранилась в своем бесплатном виде.

Александр Успенский