Александр Васильевич Горбатов

  Вот  как  пишет  о  герое  Великой  Отечественной  войны, генерале  Красной  Армии  Горбатове  Александре  Васильевиче  маршал  Советского  Союза  Рокоссовский. События  разворачивались  на  Центральном  фронте  на  Белорусской  земле  после  Курской  битвы  и  Константин  Константинович  пишет:

  Александр  Васильевич  Горбатов - человек  интересный. Смелый, вдумчивый  военачальник, страстный  последователь  Суворова, он  выше  всего  в  боевых  действиях  ставил  внезапность, стремительность, броски  на  большие  расстояния  с  выходом  во  фланг  и  тыл  противнику. Горбатов  и  в  быту  вёл  себя  по-суворовски - отказывался  от  всяких  удобств, питался  из  солдатского  котла. 

  Суворовские  принципы  помогали  ему  воевать. Но  подчас  А.В. Горбатов  понимал  их  чересчур  прямолинейно, без  учёта  изменившихся  условий. В  наше  время  не  так-то  просто  выйти  во  фланг  и  тыл  противнику, когда  стали  массовыми, а  фронты  сплошными. Для  прорыва  вражеских  позиций  уже  бывает  недостаточно  сил  одной  армии, приходится  прибегать  к  операциям  огромного  масштаба, в  которых  участвуют  одновременно  несколько  фронтов. И  сейчас  вот  проводилась  такая  широкая  операция, в  которой  армии  Горбатова  выпала  довольно  скромная  роль  действовать  на  второстепенном  участке  и  отвлекать  на  себя  силы  врага, когда  главная  группировка  фронта  будет  наносить  удар  на  решающем  направлении.

  Горбатов - старый  командир, получив  приказ  наступать, прилагал  все  силы, чтобы  выполнить  задачу. Но  обстановка  складывалась  так, что  его  старания  не  приводили  к  тем  результатам, которых  ему  хотелось  бы  достичь. И  тогда  командарм  со  всей  своей  прямотой  заявил, что  его  армия  командующим  фронтом  используется  неправильно.

Я  прочитал  его  жалобу  и  направил  в  Ставку.

  Поступок  Александра  Васильевича  только  возвысил  его  в  моих  глазах. Я  убедился, что  это  действительно  солидный, вдумчивый  военачальник, душой  болеющий  за  порученное  дело. Так  как  ответа  из  Ставки  не  последовало, я  сам  решился, в  нарушение  установившейся  практики, раскрыть  перед  командармом  все  карты  и  полностью  разъяснить  ему  роль  его  армии  в  конкретной  обстановке. Александр  Васильевич  поблагодарил  меня  и  заявил, что  задача  будет  выполнена  наилучшим  образом.

  Однако  жалоба  генерала  Горбатова, которую  я  переслал  в  Ставку, по-видимому, всё  же  сыграла  свою  роль. Вскоре  Ставка  стала  полнее  информировать  всех  нас  о  своих  замыслах  и  месте  наших  войск  в  осуществлении  этих  планов.

  А  командарм  и  на  второстепенном  участке  фронта  сумел  показать  себя. Улучив  мемент, возглавляемая  им  3-я  армия  внезапным  ударом  опрокинула  противника  и  на  его  плечах  форсировала  Днепр."

  Генерал  Горбатов  был  человеком  дела  и  не  терпел  слепоты  в  своих  действиях  и  потому  прямо  высказывал  своё  мнение  по  недочётам  в  командовании  войсками  наверху. Он  не  спрашивал: "Чего  изволите?", а  просил  в  точности  и  своевременности  постановки  задачи. И  это  возымело  своё  действие, что  шло  на  общую  пользу  борьбы  с  врагами  с  наименьшими  потерями. И  маршал   Рокоссовский  и  маршал  Сталин  услышали  генерала   Горбатова  и  стали  более  чётко  ставить  задачи  не  только  перед  фронтами, но  и  перед  армиями, корпусами  и  дивизиями.