тайна Эльзаса

111

 В прошлый раз мы обратили внимание на феномен некоторых регионов, о которых в современном контексте упоминают лишь вскользь, мимоходом, говорить о которых серьезно и углубленно считается нарушением политкорректности, мы говорили о том, что для того, чтобы получить о них правдивую информацию, приходится обращаться к серьезным трудам, читать не только русские, но и немецкие научные источники. Иначе объективной картины получить не удасться. В качестве примера мы рассказывали об Эльзассе, который в последние века был яблоком раздора между Германией и Францией.

То же самое относится и к Лотарингии, о которой мы хотим рассказать сегодня и которая теснейшим образом связана с судьбой Эльзаса. И об этом регионе справочники не дают достаточной информации, скрывают факты истории. Как мы уже писали, делается это самими немцами в угоду современной французско-германской дружбе, русскими, чтобы не раздражать французов, французами же в силу их убежденности, что Франция исторически всегда права. Победитель пишет историю по своему разумению. 

Лотарингия - один из регионов Франции, имеющий особый статус и также, как Эльзас, во всех главных политических вопросах подчиненный правительству в Париже. Она расположена рядом с Эльзасом, несколько северо-восточнее его, в верховьях рек Масс, Мозель и Саар. Часть Лотарингии граничит с землей Саарланд. Столица - университетский город Метц. 

В средние века Лотарингия входила в состав Восточного Франкского государства. В тринадцатом и четырнадцатом веках в рамках Священной Римской империи германской нации сформировалось герцогство Лотарингия со свободными городами Нанси, Тул, Метц, и Верден. Его границы соответствовали сегодняшним границам Лотарингии, но в отличии от Эльзаса часть территорий говорила по-немецки, другая по-французски. Благодаря герцогу Антону Доброму и его независимой политике в рейхе Лотарингии удалось избежать реформации и ужасов конрреформации. 

В 1552 году Мориц Саксонский продал Франции три в основном франко-говорящие территории. Остальные, прилегающие к Эльзасу, остались за Германией. Во время Тридцатилетней войны кардинал Ришелье оккупировал немецкоязычную часть Лотарингии и с тех пор она оставалась за Францией. 

В восемнадцатом веке из немецкоязычной Лотарингии по этой причине началась массовая эмиграция в Восточную Европу. Многие лотарингцы переселились на территорию современной Хорватии и

Сербии, слившись с дунайскими швабами, часть эмигрировала в Россию. 

В 1871 году после франко-прусской войны немецкая Лотарингия, вместе городом Метц и Эльзасом вошла в новообразованную германскую область Эльзас-Лотарингия. 
С 1918 года немецкая часть Лотарингии вновь перешла к Франции. Во время второй мировой войны она была занята вермахтом, но включения ее в состав германского рейха не последовало. 

С самых первых лет завоевания Францией Эльзаса и немецкой части Лотарингии оккупантами проводилась политика расселения немецкого населения. Уже в конце XVII века во внутрь Франции из Лотарингии ссылались священники и немецкие патриоты.

Если они сопротивлялись, то подвергались казни как враги Франции. Наполеон разрешил употребление немецкого языка в армии солдатам и генералам не потому, что был сторонником его употребления на французской территории, то был тактический шаг, имевший временный характер: в его армии на стороне Франции сражались солдаты и офицеры многих немецких государств и национальных немецких районов. 

Диалекты в Эльзасе и Лотарингии вновь расцвели, когда в 1871 году они вернулись в лоно немецкого языка. Несмотря на то, что в Эльзасе и Лотарингии говорили и говорят на разных диалектах (эльзасский – аллеманский, лотарингский – сродни рейнско-франкскому и мозельско-франкскому), уже в бисмаркские времена во многих районах произошло смешение диалектов, так что сейчас мы вполне можем говорить о своеобразном эльзасско-лотарингском наречии. 

После поражения Германии в первой мировой войне немцам Эльзаса и Лотарингии было обещано сохранение их народной жизни, но Франция отказалась гарантировать защиту меньшинствам в своей стране. Ландтаг в Страсбурге был распущен и превращен в Генеральный департамент, перед которым была поставлена задача интеграции региона во франкоязычие. Ни о какой автономии не могло быть и речи. Поэтому эльзасцам и лотарингцам пришлось самообразовываться. Был создан Народный фронт, который требовал федералистского решения вопроса. Его поддерживало большинство населения Эльзаса и немецкоязычной Лотарингии. Движение это французскими властями жестоко подавлялось. Его вождь, Карл Роос, был в 1940 году незадолго до объявления Францией войны Германии приговорен к смертной казни и расстрелян. 
После второй мировой войны население Эльзаса и Лотарингии потеряло все свои органы управления. Все было организовано по стандартному французскому образцу. Всеобщий запрет немецкого языка, насаждение самой разнузданной германофобии, по сравнению с которой послевоенная российская германофобия – детский лепет, привели к тому, что большинство немецкоязычного

населения Эльзаса и Лотарингии было полностью дезориентировано. Знание диалекта и немецкого литературного языка с каждым годом стало таять и в настоящее время находится в плачевном состоянии. В последние годы в связи с послаблениями в области изучения немецкого языка, то есть в связи со снятием с него полного запрета, появились структуры, призванные содействовать его изучению. 

Но кардинально изменить ситуации они не могут. Не могут ее изменить и различные общества интеллектуалов. Политические же партии и союзы эльзасцев и германоязычных лотарингцев настолько малы, что не играют в политической жизни никакой роли. 

И все же в конце статьи мне хочется привести небольшое объявление, взятое мной из Интернета. Это объявление напечатано одной литературной группой в Лотарингии и призывает всех пишущих на немецком в Эльзасе и Лотарингии, а также во всем мире, присылать свои литературные произведения, члены группы верят в будущее немецкого языка и призывают верить и нас.