Битва за Британию

В 5 часов 45 минут 1 сентября 1939 года немецкие дивизии пересекли немецко-польскую границу: Гитлер перешел свой Рубикон, Вторая Мировая война началась. Под напором вермахта, стремительно совершавшего "аншлюс", одно за другим капитулировали европейские государства — Польша, Франция, Бельгия, Голландия. 

К лету 1940 года у гитлеровской Германии оставался только один европейский соперник — Великобритания, которую спасало до сих пор только ее островное положение. Английский экспедиционный корпус едва успел избежать уничтожения под Дюнкерком, правда, при эвакуации пришлось бросить огромное количество боевой техники, вооружения и имущества. Немецкая авиация не смогла помешать эвакуации англичан из-за ухудшения погоды, поэтому летчики люфтваффе горели желанием наверстать упущенное — и такая возможность вскоре им была предоставлена. 

Уинстон Черчилль позднее вспоминал: "Известно было, что наши армии в Англии почти совершенно безоружны, если не говорить о винтовках. Фактически во всей стране насчитывалось 500 полевых орудий всех типов и 200 средних и тяжелых танков. Потребовались бы месяцы, прежде чем наши заводы смогли восполнить хотя бы то вооружение, которое было потеряно в Дюнкерке. Можно ли удивляться тому, что во всем мире были убеждены, что настал час нашей гибели?". 



Немецкий бомбардировщик в небе над Англией

В оправдание английских генералов нужно отметить, что, несмотря на огромные потери материальной части, они сумели спасти войска, которые позднее сыграли не последнюю роль в разгроме немцев в Африке, Италии и на западе Европы. 

Еще раньше быстрыми ударами немецких войск были оккупированы Дания и Норвегия. Теперь все Атлантическое побережье Европы от Нарвика до франко-испанской границы оказалось в руках немцев. Без сомнения, это был апогей Третьего рейха — его пространство протянулось от Бреста на западе до Бреста на востоке. Теперь перед Гитлером стояла первостепенная задача: уничтожить Англию.

Датой начала битвы за Англию можно считать 28 мая 1940 года, когда группа бомбардировщиков "Дорнье-17" совершила практически безнаказанный полет над Францией, не встречая особого противодействия со стороны французских ВВС, которые практически перестали существовать. На следующий день, 29 мая, 27 самолетов люфтваффе вылетели на север. С высоты почти трех километров немецкие летчики отчетливо видели горящий Дюнкерк и забитое солдатами и техникой побережье. 

Немецкие бомбардировщики еще не успели обрушить свои бомбы на эту цель, как в эфире прозвучало предупреждение о том, что в атаку идут английские истребители. Буквально через несколько секунд немецкие самолеты были атакованы эскадрильей "Спитфайров". Это были первые британские истребители, с которыми пришлось столкнуться немецким летчикам. Несмотря на сильный огонь немецких бортовых стрелков, англичане не прекращали своих атак, и таким образом им удалось отогнать Do-17 от цели. 

В этот день немецкие пилоты узнали, что у британских летчиков-истребителей, оказывается, был вполне высокий боевой дух: вскоре после столкновения эфир стали наполнять сообщения типа "Я подбит. Иду на вынужденную посадку". Командир немецких бомбардировщиков не менее пяти раз был атакован одним и тем же "Спитфайром"; при этом после приземления в его фюзеляже насчитали не менее 85 пулевых пробоин. Это свидетельствует не только о высокой живучести бомбардировщика "Дорнье", но и о настойчивости английских пилотов.

Из этого налета на Дюнкерк один из самолетов 3-й группы бомбардировщиков не вернулся на свой аэродром, а два были серьезно повреждены. 

Бомбардировщики стали появляться над Англией практически каждую ночь, впрочем, группы их не были очень большими — не более 60-70 машин. Вначале такие налеты вызывали у англичан серьезное беспокойство: при каждом появлении в небе вражеского самолета объявлялась воздушная тревога, все горожане немедленно уходили в бомбоубежища. Но со временем к налетам привыкли, и тревоги стали объявляться все реже. 



Сбитый над Англией итальянский бомбардировщик

Нужно учесть, что в это время немецкая боевая авиация находилась в таком расцвете своих сил, какого ей не удалось потом уже достичь за годы войны. Два воздушных флота — под командованием фельдмаршалов Кессельринга и Шперрле — подчинялись непосредственно главнокомандующему немецкими ВВС рейхсмаршалу Герингу. На оккупированных территориях и северо-западе Германии были сосредоточены 11 истребительных эскадр самолетов "Мессершмитт-109" общей численностью 1300 машин и две эскадры двухмоторных истребителей "Мессершмитт-110" численностью 180 машин, а также 10 бомбардировочных эскадр общей численностью 1350 машин "Хейнкель-111", "Юнкерс-88" и "Дорнье-17". 

Немецкие ВВС располагали опытным летным составом, хорошо знакомым с тактикой боевой авиации, которую он на практике постиг в Польше и во время французской кампании. При этом боевой дух немецких пилотов благодаря активной нацистской пропаганде был очень высок, и они практически не сомневались в своей победе, хотя и знали, что им еще предстоят немалые испытания. 

Королевские военно-воздушные силы (РАФ) могли противопоставить только 534 истребителя типа "Спитфайр" и "Харрикейн", а также 213 бомбардировщиков и вспомогательных самолетов. 

2 июля главный штаб Германии отдал приказ воздушным силам о начале кампании против Соединенного Королевства; завершиться эта кампания должна была вторжением в Британию. Основными задачами, стоящими перед люфтваффе, были уничтожение английской боевой авиации, воспрещение торгового судоходства в Ла-Манше, уничтожение портовых сооружений и установка мин на подходах к главным портам. 

4 июля произошло первое крупное нападение немецких самолетов на британские конвои в проливе, атаке также подверглась морская база в Портленде. 

Утром 10 июля германская воздушная разведка обнаружила вражеский конвой "Брэд", на бомбардировку вылетела группа "Дорнье-17" под прикрытием двадцати "Мессершмиттов". На перехват поднялись шесть "Спитфайров". Вскоре на подмогу с обеих сторон прибыли еще истребители. В этом бою было много стрельбы и воздушной акробатики, но результатом схватки стал только один "Дорнье", который так изрешетили пулями, что он разбился при посадке. 

Однако это было только начало. С этого дня группы немецких бомбардировщиков под прикрытием истребительной авиации начали наносить регулярные удары по морским конвоям, направляющимся через пролив Ла-Манш в лондонский порт. В это же время во французских, бельгийских и голландских портах шла активная подготовка к вторжению на британские острова: непрерывно отрабатывались варианты высадки солдат с кораблей на сушу. 

Английские самолеты-разведчики, осуществлявшие регулярные полеты от Норвегии до Испании, уже на второй неделе августа стали привозить снимки, где ясно можно было различить большие скопления десантных барж на побережье Ла-Манша — это, несомненно, указывало на подготовку к вторжению.

Многие офицеры сухопутных войск разделяли "сухопутную" доктрину войны на континенте и, соответственно, относились к планам Гитлера о захвате британских островов с известной долей скептицизма. Они не без основания считали, что британский флот после Дюнкерка остался почти невредимым, противостоять ему слабые германские ВМС вряд ли смогли бы. В то же время большинство летчиков были увлечены "доктриной Дуэ", которая преобладала среди военных теоретиков 1930-х годов. 

Это была доктрина ведения войны путем уничтожения промышленно-экономической базы в глубоком тылу и прифронтовой полосе массированными авиационными бомбовыми ударами. Такие идеи исповедовал и сам Геринг, поэтому нет ничего удивительного в том, что многие немецкие генералы верили в возможность нанесения решающего удара в битве за Британию одной только авиацией. 

Так или иначе, но 16 июля 1940 года Гитлер подписал секретную директиву №16 для верховного командования о начале подготовки к операции "Морской лев". Там были такие слова: "Так как Англия, несмотря на всю безнадежность своего положения, не проявила до сих пор желания пойти на компромисс, я решил начать подготовку вторжения в Англию и в случае необходимости осуществить это вторжение. Цель вторжения — предотвратить возможность использования Англии в качестве базы для продолжения войны против Германии. Подготовка к операции должна быть закончена к середине августа".



Итальянский летчик, сбитый над Англией 

Командование флота предлагало создать в наиболее узком месте пролива Ла-Манш в районе Дувра коридор, огражденный с обеих сторон минными полями, охраняемый подводными лодками, и высадить крупный десант. Предполагалось перебросить не менее 280 тыс. человек, 30 тыс. единиц транспорта и 60 тыс. лошадей. Главнокомандующий военно-морскими силами Германии гросс-адмирал Редер полагал, что флот сможет выполнить поставленную перед ним задачу, но при условии, что люфтваффе завоюют господство в воздухе над Ла-Маншем.  

Буквально через несколько дней на заседании рейхстага по случаю победы над Францией Гитлер снова призвал Великобританию прекратить сопротивление. Но и это предложение было отвергнуто британским правительством. Впрочем, многие немецкие мемуаристы свидетельствуют, что Гитлер сам не был уверен в реальности своего плана, а некоторые современные военные историки и вовсе полагают операцию "Морской лев" одной крупномасштабной игрой, затеянной германской разведкой с целью ввести английское командование в заблуждение. Тем не менее люфтваффе уже вступили в сражение. 

При атаке на морские суда немецкие пилоты применили новую тактику: их истребители связывали боем английские самолеты еще до того, как бомбардировщики выходили для удара по кораблям. Теперь англичане оказались в сложном положении: для того, чтобы своевременно поднять самолеты прикрытия в воздух, нужно было подтянуть аэродромы ближе к проливу, но такой шаг одновременно сделал бы их более уязвимыми при налетах. Но как бы то ни было, а маршалу Даудингу, командующему ВВС Великобритании, пришлось пойти на это. 

На море положение складывалось тоже против Англии: все больше и больше судов гибли в водах пролива. К 8 августа британское адмиралтейство уже потеряло 2 эскадренных миноносца и 18 транспортных и вспомогательных судов. Днем Ла-Манш стал настолько опасен для судоходства, что боевые суда были выведены из него. Германская пропаганда поспешила заявить, что Дуврский пролив полностью закрыт для Британии.


В начале августа началась новая фаза воздушной войны над Британией: теперь основные удары немцев были направлены на цели, имеющие непосредственное отношение к английским ВВС — авиационные базы, аэродромы и авиационные школы. Второй по важности задачей стало разрушение предприятий по производству самолетов. При этом командование люфтваффе было извещено, что приказ о боевых задачах при проведении операции "Морской лев" оно получит непосредственно перед началом десантной операции. Иначе говоря, текущей задачей для немецких пилотов стала подготовка к ожидающемуся вторжению путем уничтожения английской авиации, также необходимо было нарушить снабжение английского населения и помешать реорганизации и перевооружению британских сухопутных частей после их эвакуации из-под Дюнкерка. 

Но первые же недели воздушных боев показали, что расчеты германских штабов несколько, мягко говоря, отличаются от реальности. В частности, по подсчетам немцев, английская истребительная авиация уже вроде бы должна перестать существовать, но каждый день навстречу "Мессершмиттам" и "Хейнкелям" поднимались британские "Спитфайры" и "Харрикейны". Британские пилоты хорошо осознавали, что от них в этот момент зависит судьба нации, поэтому дрались отчаянно. 



Впрочем, нужно отметить, что, несмотря на ожесточенность воздушных схваток, за первый месяц обе стороны потеряли больше летчиков в результате несчастных случаев, чем в боях. Здесь потери англичан были выше, поскольку у люфтваффе была прекрасно работающая спасательная служба. 

Зато больших успехов добилась британская служба радиоперехвата. Прослушивая радиообмен немецких летчиков, англичане установили, что немецкие штабы запрашивают метеорологические условия для конкретных районов — нетрудно было догадаться, что это районы предстоящих ударов. Кроме того, немцы перед боевым вылетом беспечно проверяли радиостанцию каждой машины; анализируя такие сигналы, разведка смогла довольно точно устанавливать количество самолетов, которые будут подняты в воздух. 

Самой неприятной неожиданностью для немцев в этой кампании было применение англичанами радиолокационных станций обнаружения — они давали возможность заблаговременно узнавать о приближении вражеских самолетов и концентрировать на опасных направлениях максимальное количество истребителей ПВО. При этом командование немецких ВВС и в первую очередь сам Геринг посчитали, что нанесение бомбовых ударов по РЛС не имеет смысла — это была одна из наиболее серьезных ошибок германского руководства. 

На самом деле налеты на радиолокационные станции Британии нанесли гораздо больший вред, чем предполагали штабы люфтваффе. 

В то же время главный штаб вооруженных сил Германии и командование ВВС не имели четкого представления о том, чего же они, собственно, хотят добиться. Четких указаний от Гитлера не было: он никогда не был твердо уверен в успехе возможного вторжения, и теперь снова начал колебаться. Масла в огонь подливали также командующие сухопутных сил и ВМС, постоянно высказывавшие свое сомнение в целесообразности операции "Морской лев". 

Немецкие летчики проявляли всевозможные уловки, чтобы прорваться к целям на Британских островах. Например, вечером 16 августа два "Юнкерса", воспользовавшись сильной облачностью, проскользнули незамеченными в глубь воздушного пространства Великобритании и оказались над аэродромом Брайз-Нортон, неподалеку от Оксворда. 



Как раз в это время британские бомбардировщики возвращались из рейда, поэтому немецкие самолеты были приняты за свои. "Юнкерсы" выпустили шасси, чтобы их силуэты стали больше похожи на английские "Бленхеймы", и спокойно сделали круг над аэродромом, как бы готовясь к посадке, а потом неожиданно сбросили бомбы на ангары, уничтожив много боевых машин. Атака была столь неожиданной, что немецким самолетам удалось совершенно спокойно уйти.


Несмотря на то, что вследствие оккупации Голландии, Бельгии и Франции немецкая территория большой дугой охватывала Англию, британские ВВС находились в достаточно выгодном положении. Английские пилоты вели бои над своей территорией, где имелись отличные авиационные базы, поэтому все боевые возможности истребительной авиации были использованы. Но все равно потери РАФ были крайне велики. Согласно штатному расписанию в истребительных эскадрильях полагалось иметь 26 летчиков на 18 самолетов, то есть в боевых вылетах должны были участвовать 12 экипажей, что позволяло им действовать в две смены и тем самым поддерживать боеспособность своих подразделений.

Однако уже в начале сентября в эскадрильях начитывалось в среднем по 16 пилотов. Из строя выбыли почти 80 процентов всех командиров эскадрилий, а на их место были назначены офицеры, многие из которых даже не имели боевого опыта. Такая же ситуация наблюдалась и с летным составом — у большинства пилотов налет составлял не больше 10 часов. 

Чтобы хоть немного поправить положение, командование истребительной авиации организовало ускоренные курсы пилотов, на которые направлялись летчики вспомогательной авиации и выпускники летных школ; курс обучения составлял всего две недели. Нетрудно себе представить, какие реальные шансы на победу в воздушном бою имел такой летчик. 

С 19 августа командованием РАФ была резко изменена тактика действий истребительной авиации: главной задачей стала защита своих аэродромов. Летчикам предлагалось по возможности избегать вступления в бой с немецкими истребителями сопровождения, любой ценой отвлекать их от прикрываемых бомбардировщиков и в первую очередь уничтожать именно бомбардировщики. На английских аэродромах стали выделяться дежурные эскадрильи, чтобы по тревоге немедленно подняться в воздух и перехватить немецкие самолеты как можно раньше, не давая им возможности перестроиться в боевой порядок. 

И все равно силы английских ВВС были на исходе: над южной Англией люфтваффе фактически смогли завоевать полное господство в воздухе, большая часть аэродромов была сильно повреждена бомбежками, а летный состав, и без того в основной своей массе не имевший хорошей подготовки, был совершенно вымотан непрерывными боевыми вылетами. 

Но и состояние частей люфтваффе было ненамного лучше. В частности, командованию пришлось даже расформировать целую эскадру, все летчики которой отказались подниматься в воздух. 

В связи с большими потерями истребителей в конце августа командование люфтваффе решило перейти к третьей фазе "Битвы за Британию" — оставить замысел уничтожить английскую боевую авиацию и начать активные ночные бомбардировки с целью выведения из строя объектов промышленности. Основные удары немецкой бомбардировочной авиации были направлены в основном против Лондона, хотя бомбардировкам подверглись также Ковентри, Ливерпуль, Гулль, Портсмут, Манчестер. Однако задачи не ограничивались только ночными налетами на заводы — отдельные части минировали с воздуха подходы к портам и устья рек. Целей было слишком много, и такое распыление сил привело в конечном итоге к тяжелым потерям в бомбардировщиках. 

Для того чтобы пробиться сквозь плотную сеть британской ПВО в районе английской столицы, немецкие пилоты применили такой тактический ход: в то время как одна группа бомбардировщиков двигалась прямо на объект атаки и отвлекала на себя истребители противника, другая тем временем кружным путем, через устье Темзы, выходила к Лондону и наносила удар. 

7 сентября немецкое командование решило нанести особенно мощный удар. Около 16 часов Ла-Манш пересекли не менее 348 бомбардировщиков под прикрытием 617 истребителей — самое большое количество самолетов с начала "Битвы за Британию". По свидетельству очевидцев, с земли эта армада была похожа на огромное черное штормовое облако, двигавшееся на высоте около 3 километров. Англичане не были готовы к такому налету. 

Руководство РАФ вначале думало, что немцы решили за один раз полностью подавить боевую активность всей 11-й авиагруппы, базировавшейся в южной Англии, поэтому большинству эскадрилий был отдан приказ оборонять свои аэродромы. Только после того как "Юнкерсы" и "Хейнкели" спокойно отбомбились по докам Вест-Хэма, Вуличскому арсеналу и другим промышленным объектам Лондона, штаб РАФ понял свою ошибку и бросил вдогонку все имеющиеся в наличии истребительные эскадрильи. 

В завязавшемся грандиозном воздушном бою британские летчики потерпели серьезное поражение: немецкие самолеты прикрытия не позволили английским истребителям прорваться к уходящим через пролив бомбардировщикам. Но это было еще не все. Примерно в 20 часов на Лондон обрушилась вторая волна бомбардировщиков, которые прекрасно ориентировались по горящим кварталам. Всего за эту ночь 250 "бомберов" сбросили на город не менее 300 тонн фугасных бомб, а в дополнение к ним еще почти 13 тысяч зажигательных.

15 сентября наступил день перелома — он вошел в историю как "день битвы за Британию". Перед этим немцы активно заменяли вымотанных в непрерывных боях пилотов, что позволило командованию РАФ не только дать своим летчикам возможность немного отдохнуть, но и выкроить несколько часов для тренировок пилотов-новичков. К воскресному утру 15 сентября Англия снова была готова достойно встретить противника. 

Около полудня первая волна бомбардировщиков "Дорнье" в сопровождении множества истребителей прикрытия вошла в воздушное пространство Великобритании в районе Дандженесса. Почти сразу их встретила группа "Спитфайров", к которым вскоре подошло еще подкрепление. К тому моменту, когда первые немецкие бомбардировщики оказались над пригородом Лондона, прикрытия у них уже не было — у истребителей кончилось горючее, и они повернули назад. 

Пять британских эскадрилий 13-й авиагруппы пошли в лобовую атаку на "Дорнье". В это же время еще шесть истребительных эскадрилий начали окружать немецкие самолеты. Среди немцев возникла паника: одни экипажи поспешно сбрасывали груз бомб и старались быстрее покинуть опасную зону, другие пытались противостоять британским истребителям с помощью бортового оружия. 

Немногие уцелевшие самолеты в беспорядке уходили за Ла-Манш. Спустя два часа атака повторилась — и снова самолеты люфтваффе не смогли совершить прицельное бомбометание. В тяжелых боях люфтваффе потеряли 56 самолетов сбитыми, 22 машины были сильно повреждены. Британская авиация потеряла 20 истребителей сбитыми и 16 поврежденными. В этот день эскадрильи РАФ впервые получили тактическое преимущество над немецкой авиацией, а в некоторых случаях было и количественное превосходство. 



Жители Лондона пережидают бомбардировку в 

Через день Гитлер официально еще раз отложил день начала операции, а 12 октября решил вовсе отказаться от вторжения в этом году. Операция "Морской лев" была перенесена на весну 1941 года. Гитлер возлагал надежды на то, что ночные бомбардировки в сочетании с активными действиями подводных лодок смогут ослабить сопротивление англичан. 

Теперь основной задачей стало уничтожение британского торгового флота и военной промышленности. Германское командование рассчитывало, что их ВВС все же смогут добиться господства в воздухе и тем самым обеспечить успех при вторжении с моря. 

За месяц воздушных налетов ВВС Германии не смогли нанести серьезного ущерба промышленным и военным объектам в районе Лондона. Кроме того, сделав ставку на массированные бомбардировки английской столицы, руководство люфтваффе допустило большой просчет: королевские военно-воздушные силы получили передышку и использовали ее, чтобы активно наращивать свои силы. 

Впрочем, 27 и 30 сентября немцы снова сделали попытки провести массированные удары по английской территории. Но оба налета были отбиты с большими потерями: потери 27 сентября составили 54 самолета, 30-го — 44 машины. Но и силам РАФ эти победы не дались без жертв. В первый день они потеряли 28 истребителей, во второй — 16. 

В октябре немцы вновь изменили тактику. Теперь массированные дневные рейды почти прекратились, лишь иногда появлялись небольшие группы дальних истребителей, чтобы держать противника в напряжении. В то же время ночные бомбардировки Лондона, Ковентри, Ливерпуля и других городов продолжались до мая 1941 года. Всего с середины ноября 1940 года до середины февраля 1941 года был произведен 31 массированный налет, из них 14 были направлены на морские порты, 9 — на промышленные центры в глубине Англии и 8 — на кварталы Лондона. 

Но в это же время Британия набирала силы. Противовоздушная оборона с каждым днем увеличивала свою численность и эффективность, в эскадрильи РАФ стали прибывать пилоты, подготовленные для ночных воздушных боев, модернизировались боевые самолеты и аэродромное оборудование, улучшались радиолокационные станции наведения. 

В феврале по предложению адмирала Редера, командующего немецкими ВМС, главная роль была отведена бомбовым ударам по морским конвоям и судостроительной промышленности — с целью максимально ослабить британский флот. 

В соответствии с планом "Барбаросса" в мае-июне 1941 года вермахту предстояло начать военные действия против СССР, поэтому предполагалось нейтрализовать Великобританию путем комбинированных операций авиации и флота. Подводные лодки должны были уничтожать английские суда в море, в то время как люфтваффе станет наносить удары по крупным морским портам и верфям. Эти основные направления борьбы с Британией были подробно изложены в директиве Гитлера от 6 февраля 1941 года. Но и в этом направлении действия немцев не увенчались успехом.

Напротив, чтобы ослабить ночные бомбардировки городов, уже с декабря 1940 года англичане начали регулярные удары своих бомбардировщиков по немецким аэродромам. 

Показательно, что только в марте 1941 года многие немецкие генералы узнали о возможной войне с СССР, которая означала бы окончательный отказ от попыток захвата Британских островов. В штабы немецких частей, расположенных во Франции, все чаще стали поступать приказы о передислокации на восток. Становилось совершенно ясно, что немногочисленные оставшиеся на побережье силы физически не смогут продолжать полноценные боевые действия. К концу июня две трети сил люфтваффе были переброшены на восточный и южный фронты. 



Британские солдаты несут части часть сбитого немецкого самолета

Несмотря на это, война в воздухе все еще продолжалась, хотя уже и не в тех масштабах, как раньше. Но все равно было совершенно ясно, что угроза немецкого вторжения миновала.

Среди основных факторов, обеспечивших Великобритании способность устоять под ударами германских ВВС, было отсутствие у руководства люфтваффе отработанной тактики истребительного прикрытия крупных сил бомбардировщиков, имеющиеся в распоряжении командования РАФ радиолокационные станции (которые, кстати, руководством люфтваффе долго не принимались всерьез), малый радиус действия немецких истребителей, способность английских самолетов быстро производить перевооружение и дозаправку (поскольку воздушные бои в основном происходили недалеко от мест базирования). 

Сюда же нужно отнести необычайно ненастную погоду и отсутствие у германского руководства четких планов ведения длительной войны с Британией. 

По мнению многих высших офицеров люфтваффе, в 1940 году немецкие ВВС были вполне в состоянии выполнить роль, отведенную им в операции "Морской лев", в то время как армия и флот, напротив, вовсе не были готовы к вторжению. Постепенно германское верховное командование потеряло почти всякий интерес к проведению этой операции. 



Британские пилоты

Решение о начале "Битвы за Британию" стало одной из серьезных ошибок Гитлера: люфтваффе, перед которыми не было поставлено четкой боевой задачи, понесли тяжелые потери, восполнить которые им удалось только к 1942 году. Тем не менее боевой опыт воздушной войны над Англией убедил военное руководство большинства стран превратить авиацию в наиболее мощное оружие, во многом определяющее исход войны. 

И все же немцы не смогли добиться стратегической победы — ущерб, причиненный налетами, не имел решающего значения для общего промышленного производства Великобритании.