Николай Зиновьев. Стихи

Зиновьев Николай Александрович родился на Кубани, в станице Кореновской (ныне г. Кореновск) в 1960 году. Родители: мать, Лидия Александровна Зиновьева — учительница начальных классов, отец, Александр Дмитриевич — рабочий. Н.Зиновьев учился в ПТУ, станкостроительном техникуме, на филфаке Кубанского государственного университета. Сменил несколько рабочих специальностей. Работал грузчиком, бетонщиком, сварщиком. В 1987 году вышла его первая книга стихов. Автор девяти поэтических сборников, вышедших в Москве и на Кубани. Член Союза писателей России с 1993 года. Лауреат международного конкурса "Поэзия третьего тысячелетия", международного конкурса поэзии "Золотое перо", лауреат премии администрации Краснодарского края в области культуры и искусства, Большой Литературной премии России. Стихи публиковались в журналах "Наш современник", "Всерусский собор", "Дон", "Москва", "Роман-журнал XXI век", "Родная Кубань", "Волга—XXI век", "Казаки", "Сибирь", "Сельская новь", "Подъём" и других, а также в газетах "Завтра", "День литературы", "Российский писатель", "Литературная газета", "Литературная Россия" и других. Женат, растит сына и дочь. 

 

* * *

В степи, покрытой пылью бренной,
Сидел и плакал человек.
А мимо шёл Творец Вселенной.
Остановившись, Он изрек:
“Я друг униженных и бедных,
Я всех убогих берегу,
Я знаю много слов заветных.
Я есмь твой Бог. Я всё могу.
Меня печалит вид твой грустный,
Какой нуждою ты тесним?”
И человек сказал: “Я - русский”,
И Бог заплакал вместе с ним.

 

ЦЫГАНОЧКА


Паренёк, а ну не кисни!
Не сиди, как истукан.
За здоровый образ жизни
Наливай полней стакан.

Ну-ка, Даша, выйдь парадом,
Всем фасадом покажись!
Покажи кремлёвским гадам,
Что жива в России жизнь.

Объясни им, шайке-сброду,
Что народ - не кучка тли.
Показать язык народу
Можно только из петли.

 

* * *
Как ликует заграница
И от счастья воет воем,
Что мы встали на колени.
А мы встали на колени –
Помолиться перед боем.

 

* * *
Я гляжу на стожки, на болотину,
На курган у реки, на поскотину.
И сильнее, чем прадед и дед,
Я люблю свою малую родину...
Потому что большой уже нет.

 

* * *
Опять мы ищем виноватых.
И я кричу с толпою: "В ад их!
Четвертовать на колесе!"

Но видит Бог: мы все - разини;
И в том, что рыщет смерть в России,
Мы виноваты.
Все.

 

РОССИЯ


Под крики шайки оголтелой
Чужих и собственных Иуд,
Тебя босой, в рубахе белой
На место лобное ведут.

И старший сын указ читает,
А средний сын топор берет,
Лишь младший сын ревмя-ревет
И ничего не понимает...

 

РУСЬ-ТРОЙКА

Сани быстры, кони бойки —
Дремлют в гривах их ветра.
Но, увы, к трактирной стойке
Пригвождён ямщик с утра.
Посидел он честь по чести —
Вышел в липкой темноте:
Тройка здесь, и Русь на месте,
Да фальшивые, не те.
Не заметил он подмены,
Не услышал хохотка,
И пошли тут перемены,
Русь пустили с молотка.
Что теперь искать причины?
Что искать следы беды?
Мало, что ли, чертовщины:
Водка, глупость, лень, жиды.

 

ВИДЕНИЕ

Солдат спускается с пригорка,
С семьёю встреча впереди.


Медаль "За взятие Нью-Йорка"
Я вижу на его груди.

Я вижу: дочка его Танька
На речку гонит двух гусей,
Где с башни натовскового танка
Сын Федька ловит карасей.

 

* * *
"Есть женщины в русских селеньях…"
Н.А. Некрасов


Вновь тешится ветер с ветлою.
Деревня стоит у ручья.
Прошлись по деревне с метлою
Чернобыль, сивуха, Чечня.

Вдов слезы остыли в соленьях,
Но в избах полно сквозняков.
Есть женщины в русских селеньях,
Но нету уже мужиков.

 

* * *
Не понимаю, что творится.
Во имя благостных идей
Ложь торжествует, блуд ярится:
Махнуть рукой, как говорится?
Но как же мне потом креститься
Рукой, махнувшей на людей?...

 

ПОБЕДА

 

Был День Победы взрывом счастья,

В нём гасла даже боль потерь.

Стучали радостно и часто

Сердца людские. А теперь?

 

Идут года, а с ними беды –

Как из прорвавшейся сумы.

И чем мы дальше от Победы,

Тем ближе к пораженью мы.

 

 *       *      *

Однажды после пьянки

Проснёшься, сер и хмур.

В окно посмотришь: янки

На завтрак ловят кур.

Чужим гортанным смехом

Буравят тишину.

И тащат на потеху

В сарай твою жену.

Взлетают крик и перья,

Кровавится рассвет.

А у тебя с похмелья

Подняться силы нет.

 

 МАТЬ

 

Там, где сквозь огнедышащий чад

Солнце на ночь в ущелье свалилось,

Сын погиб….  Чтоб  донянчить внучат,

Мать на время живой притворилась.

 

 *      *      *

Солнце встало. Как и надо,

Голубеют небеса.

Похмелённая бригада

С матом лезет на леса.

А прораб, сюнявя чёлку,

Плотью чуя блудный гон,

Голоногую девчонку

Тащит в вахтовый вагон.

Истопник глядит и злится,

И от зависти томится, -

Тлеет «Прима» на губе…

А в котле смола курится…

Глянь, Господь, что тут творится!

Это строят храм Тебе.

 

В  ХРАМЕ

 

Ты просишь у Бога покоя,

И жаркой молитве вослед

Ты крестишься левой рукою,

Зажав в ней десантный берет.

И с ангельским ликом серьёзным,

Неправый свой крест сотворя,

Вздыхаешь. Под городом Грозным

Осталась десница твоя.

Осталась она не в граните,

Не в бронзе, а просто сгнила…

Стоишь, и твой ангел-хранитель

Стоит за спиной. Без крыла.