Сац, Кац и Фарбер

«Роман, в результате которого я появилась на свет, произошел в Париже». Так начинается книга воспоминаний Натальи Сац, великого деятеля искусств, основателя и бессменного руководителя Детского Музыкального Театра (которой нельзя писать с маленьких букв) в Москве, и которой, к сожалению, уже нет.

Но остался ее театр, ученики и идеи. Один из них, Фарбер, московский художник и артист - в прошлом - этого театра, продал все свое имущество в Москве и уехал в тверскую глубинку сельским учителем творить новый мир для тамошних детей, а заодним и Дворец для округи. Учить детей выдумывать, пробовать и фантазировать, писать стихи, сказки, рисовать фантастические рисунки, овладевать ушу и не бояться ни бога, ни черта, ни даже местного начальства и темноты.

И залетел. В попытке «покушения на взятку» от местного стройподрядчика-предпринимателя, которому всегда не хватало денег на выполнение работ (работы у него явно не случились), и который брал у него взаймы с твердыми обещаниями вернуть вместо расписки. 150 тысяч рублей его долгов и на 1 млн недоделок, де-факто присвоенных подрядчиком средств, выросли у местного следователя в 941 тысячу, но уже ущерба, нанесенного государству Фарбером.

Суд творил известный «строгий и справедливый» судья Андреев, похоже, лучший в области исполнитель заказов Москвы и местного начальства, приложившем в свое время руку и к осуждению «виновников» в подрыве «Невского экспресса», о чем те узнали от следователя и долго соображали что это такое (впрочем, тоже понаехавшие, но из Чечни, хотя не все даже в тверскую область). Рекордсменом он является и по количеству отмен его решений, выполненных Верховным судом…

Он свое дело свершил и приговорил учителя ни много ни мало к 8 годам строгого режима и штрафу в 3,2 млн руб (хорошо, что хоть не пришили растление). Недавно Верховный Суд отменил это решение и направил его на новое рассмотрение. Новый суд в Осташкове начался. Посмотрим, как будет местная машина соблюдать пиетет между требованиями закона и заинтересованности «в своих» местного ФСБ.

Удивляет позиция еврейского сообщества. На первом процессе прокурор прямо заявил: не может лицо с такой национальностью не быть вором. Трудно сделать более откровенное заявление. А еврейской общине сделать заявление, не в пользу Путина, а наоборот, сложно? Или скинуться по рубчику, чтоб нанять достойных адвокатов? 100 с лишним лет назад за Бейлиса вступился весь цвет русской интеллигенции.
Н.Сац вспоминала: артисткой она стала уже в несколько месяцев. Папаша ставил «Синюю птицу», в которой по либретто есть крик младенца. Он умудрился утащить от жены (впрочем, тоже артистки) собственную дочь, причем не только на генеральную репетицию, но и на премьеру. Он клал ее в оркестровой яме рядом с собой и пюпитром, и когда по либретто требовался крик, сдергивал с нее одеяло и она орала.
Издевательство над ребенком, не менее десяти лет строго режима, с лишением родительских прав.

А когда, по замыслу автора, соло ребенка следовало завершить, он снова накрывал ее одеялом, и она замолкала.

Но это не смягчающее обстоятельство для нашего правосудия.

В 5 лет ее сильно избил во дворе мальчик, много старше ее. Она пришла жаловаться к своему отцу. Тот спросил: Ты знаешь, где живут его родители?.. Чуть не с радостью она ответила: знаю. Привела его к той квартире, дверь открыл, несколько смутившись, другой родитель. Отец спросил: Это ваш мальчик избил мою дочь? (Надо сказать, что жили они раз и навсегда по заведенному порядку: то несли что-то в ломбард, то обратно). Да, ответил тот. Отец протянул ему рубль и сказал: если ваш мальчик и дальше будет бить мою дочь, я каждый раз буду давать ему рубль.

На следующий день она так отделала того парня, что уже впору было тому отцу платить два рубля. А это уже разбой с большой дороги (и из-за несчастного рубля!), совершенный группой лиц по предварительному сговору. За это надо давать 15 лет и дочери, и отцу.

Я не путаю Сац и Кац. Кац – это основатель Ижевского музучилища. Она, похоже, души не чаяла в моих родителях, тогда начинающих преподавателей (правда, прошедших уже и войну, и консерваторию), что чуть не за свой счет таскала их, пусть не каждый год, «дикарями» в Ялту. А вот где она брала деньги, я не подумал, и ремонта у музучилища не было еще лет пятнадцать.

Через сорок лет уже ученица моей матери, как в девичестве, так и после, по все равно с нерусской фамилией (будучи замужем за моим школьным товарищем), звонила уже из Нью-Йорка и часами докладывала последние нью-йоркские сплетни и как подрастают их детишки, поступившие в колумбийский университет.

И за издевательство надо мной моих предков тоже наказывать надо. Я нещадно лупил нянек, детсада не было, и они таскали меня с трех лет на свои занятия в музучилище. Часами слушать как «немытые» студенты орут до-ми-соль-ми-до относится к особенно жестоким пыткам.

В 52-м в Казани разразилась страшная буря. Студент-дипломник консерватории жил у бабушки-старушки на последнем этаже. Потек потолок, и ему пришлось лезть на крышу прилаживать на место сорванный ураганом лист кровельного железа, при этом он повредил палец. Через день – дипломный концерт. Рояль возвышался на сцене, а зрительный зал с профессурой, как всегда в советские годы, был ниже. Сдал отлично, профессура, среди которой были еще дворяне, знавшие итальянский, как родной, осталась довольна, поставили пять. Только следующий студент заметил, что клавиатура была залита кровью, пришлось ее вытирать.

Национальности его я так и не знаю.

В конце 1960-х одна правая израильская газета писала: хватит нам скрипачей из Советов! Нужны были солдаты для борьбы с арабами. КГБ с радостью ее подхватило Израильтяне выстояли. Население по границе Израиля враждебных ему арабских государств в 18 раз превышало (и превышает) его население. Потери немцев на восточном фронте относительно русских составили 1 к 11 во вторую мировую, но Гитлер полностью сжег всех евреев, за исключением Шпеера, и зачистил от них страну.

Можно по-разному относиться к фактам, но они остаются неизменными.
Как и русский чиновник.