Путин или Кудрин?

На про­шлой не­де­ле "пря­мая ли­ния" свя­зи со­еди­ни­ла Пу­ти­на с мил­ли­о­на­ми рос­сий­ских граж­дан. Ди­а­лог Пу­ти­на с на­ро­дом транс­ли­ро­вал­ся по цен­т­раль­ным те­ле­ка­на­лам. Это дей­ст­во име­ло свою ре­жис­су­ру, свою дра­ма­тур­гию, сво­их глав­ных и вто­ро­сте­пен­ных ак­тё­ров, куль­ми­на­ци­он­ную сце­ну и мно­же­ст­во ми­зан­сцен. Это дей­ст­во, про­те­кав­шее в Гос­ти­ном дво­ре, бы­ло ор­га­ни­зо­ва­но по за­ко­нам ан­тич­но­го те­а­т­ра. Ког­да два глав­ных ге­роя де­мон­ст­ри­ро­ва­ли кон­фликт идей, тем­пе­ра­мен­та, по­ли­ти­че­с­ких тех­но­ло­гий, а всё ос­таль­ное: во­про­сы из за­ла и от­да­лён­ных мест, те­ле­фон­ные звон­ки и эле­к­трон­ные со­об­ще­ния, — яв­ля­ло со­бой ан­тич­ный хор, со­про­вож­дав­ший иг­ру ос­нов­ных ге­ро­ев.

Эти­ми ос­нов­ны­ми ге­ро­я­ми, пусть не в ту­ни­ках и не в лёг­ких сан­да­ли­ях, бы­ли пре­зи­дент Вла­ди­мир Пу­тин и экс-ми­нистр фи­нан­сов Алек­сей Ку­д­рин. Их для­ща­я­ся боль­ше го­да по­ле­ми­ка, про­те­кав­шая преж­де в за­кры­том ре­жи­ме на тай­ных встре­чах, в при­ват­ных бе­се­дах, на се­к­рет­ных со­ве­ща­ни­ях, те­перь, по за­мыс­лу ре­жис­сё­ра, об­ре­ла от­кры­тый ха­рак­тер, бы­ла вы­не­се­на на об­ще­ст­вен­ное обо­зре­ние. Эта по­ле­ми­ка раз­ви­ва­лась и раз­ви­ва­ет­ся на фо­не па­де­ния про­из­вод­ст­ва, рос­та ин­фля­ции, ос­ку­де­ния го­су­дар­ст­вен­ной каз­ны, сре­ди уг­ро­жа­ю­щих симп­то­мов на­род­но­го не­до­воль­ст­ва, глу­хих уда­ров вто­рой вол­ны гло­баль­но­го кри­зи­са.

Ку­д­рин пред­ла­га­ет свою про­грам­му пре­одо­ле­ния кри­зис­ной опас­но­с­ти. Она сво­дит­ся к рез­ко­му умень­ше­нии со­ци­аль­ных за­трат, к уре­за­нию рас­хо­дов на обо­ро­ну и ар­мию, к сни­же­нию за­ра­бот­ной пла­ты, ко­то­рая, по его мне­нию, не со­от­вет­ст­ву­ет низ­ко­му уров­ню про­из­во­ди­тель­но­с­ти тру­да.

Толь­ко та­кие мо­не­та­рист­ские ре­цеп­ты, на его взгляд, сбе­ре­гут эко­но­ми­ку от бес­смыс­лен­но­го про­еда­ния, поз­во­лят на­ко­пить сред­ст­ва для струк­тур­но­го из­ме­не­ния ар­ха­ич­но­го про­из­вод­ст­ва. Ку­д­рин дал по­нять, что го­тов при­сту­пить к ре­а­ли­за­ции этой про­грам­мы. Но не в ро­ли ми­ни­с­т­ра фи­нан­сов, где он был вы­нуж­ден об­слу­жи­вать по­лу­ме­ры пра­ви­тель­ст­ва, быть иг­руш­кой в ру­ках пре­мье­ра и пре­зи­ден­та. А лишь в том слу­чае, ес­ли ему бу­дет поз­во­ле­но уп­рав­лять всем эко­но­ми­че­с­ким, фи­нан­со­вым, по­ли­ти­че­с­ким про­цес­сом в Рос­сии — тем, чем за­ни­ма­ет­ся пред­се­да­тель пра­ви­тель­ст­ва.

Воз­ра­же­ния Пу­ти­на Ку­д­ри­ну бы­ли ос­то­рож­ны и де­ли­кат­ны. Со­про­вож­да­лись не­пре­рыв­ны­ми ком­пли­мен­та­ми в ад­рес "луч­ше­го ми­ни­с­т­ра фи­нан­сов". Опи­ра­лись на мне­ния, до­но­сив­ши­е­ся из про­ст­ранств ог­ром­ной, труд­но жи­ву­щей стра­ны. Пу­тин го­во­рил, что нель­зя сни­жать рас­хо­ды на со­ци­аль­ные про­грам­мы и на за­ра­бот­ные пла­ты бю­д­жет­ни­кам. Ибо зар­пла­ты и пен­сии, по­со­бия боль­ным и увеч­ным столь низ­ки и ни­чтож­ны, что их до­пол­ни­тель­ное умень­ше­ние при­ве­дёт к со­ци­аль­ной ка­та­ст­ро­фе.

Пу­тин да­вал по­нять, что в ми­ре су­ще­ст­ву­ют кон­флик­ты, мно­гие из ко­то­рых на­пря­мую уг­ро­жа­ют Рос­сии. И для их сдер­жи­ва­ния, для за­щи­ты стра­ны не­об­хо­ди­мо мо­дер­ни­зи­ро­вать обо­рон­но-про­мы­ш­лен­ный ком­плекс, со­зда­вать но­вые ти­пы ору­жия, та­кие, как штур­мо­ви­ки Су-34, ле­та­ю­щие в не­бе над Ли­пец­ком. За­во­ды но­вей­ше­го ти­па, спо­соб­ные про­из­во­дить си­с­те­мы про­ти­во­ра­кет­ной обо­ро­ны. Эта схват­ка двух эко­но­ми­че­с­ких иде­о­ло­гий, двух кон­цеп­ций бы­ла цен­т­раль­ным со­бы­ти­ем ди­а­ло­га Пу­ти­на с на­ро­дом.

Ку­д­рин был очень спо­ко­ен, уве­рен и убе­ди­те­лен. И, ка­за­лось, эта убеж­дён­ность ба­зи­ру­ет­ся не про­сто на зна­ни­ях и опы­те ис­ку­шён­но­го уп­рав­лен­ца, но на под­держ­ке вну­т­рен­них рос­сий­ских элит. А так­же мо­гу­чей Аме­ри­ки, чьё уп­рав­ле­ние рос­сий­ской жиз­нью по­сле де­вя­но­с­то пер­во­го го­да про­дол­жа­ло со­хра­нять­ся, в том чис­ле бла­го­да­ря Ку­д­ри­ну с его эко­но­ми­че­с­ким бло­ком в пра­ви­тель­ст­ве, ко­то­рый пре­вра­тил эко­но­ми­ку Рос­сии в при­да­ток эко­но­ми­ки аме­ри­кан­ской им­пе­рии.

Пу­тин в этой дис­кус­сии не вы­гля­дел по­бе­ди­те­лем. Ему не­до­ста­ва­ло уве­рен­но­с­ти и во­ли. И сло­жи­лось впе­чат­ле­ние, что эта схват­ка да­ле­ко не окон­че­на, име­ет не­пред­ска­зу­е­мый итог. Ана­ли­ти­ки ут­верж­да­ют, что во­прос о на­зна­че­нии Ку­д­ри­на пре­мьер-ми­ни­с­т­ром уже ре­шён.

И вы­не­се­ние на об­ще­ст­вен­ное обо­зре­ние этой до­се­ле за­кры­той схват­ки яв­ля­ет­ся пре­лю­ди­ей к на­зна­че­нию Ку­д­ри­на.

Те­ма Чу­бай­са, воз­ник­шая на фо­ру­ме, лишь от­те­ня­ла и вы­яв­ля­ла глу­би­ну схват­ки "Ку­д­рин—Пу­тин". Не­эф­фек­тив­ность Чу­бай­са в его ро­ли глав­но­го на­но­тех­но­ло­га, не­эф­фек­тив­ность в ка­че­ст­ве ре­фор­ма­то­ра РАО ЕЭС по­рож­да­ли в на­ро­де не­до­уме­ние: по­че­му этот не­эф­фек­тив­ный, и, быть мо­жет, зло­коз­нен­ный ме­не­д­жер, двад­цать лет на­хо­дит­ся в цен­т­ре эко­но­ми­че­с­кой жиз­ни Рос­сии?

Пу­тин за­щи­щал Чу­бай­са до­ста­точ­но стран­но. Он по­хва­лил его как от­важ­но­го и ве­ли­ко­го ре­фор­ма­то­ра и за­ме­тил, что в пе­ри­од ре­форм ря­дом с Чу­бай­сом на­хо­ди­лись ка­д­ро­вые офи­це­ры ЦРУ. Но ес­ли это так, то ста­но­вит­ся по­нят­ным, кто ру­ко­во­дил эти­ми ре­фор­ма­ми, кто в ве­дом­ст­ве Чу­бай­са унич­то­жал со­вет­скую во­ен­ную тех­но­сфе­ру, ра­зо­рял ра­кет­ные и ко­с­ми­че­с­кие про­из­вод­ст­ва, пу­с­кал аген­тов вра­га в свя­тая свя­тых се­к­рет­ных ла­бо­ра­то­рий.

И спра­ши­ва­ет­ся: ес­ли ря­дом с Чу­бай­сом ока­за­лось ЦРУ, то где в это вре­мя на­хо­дил­ся КГБ, его "бли­с­та­тель­ный" ка­д­ро­вый со­став? И быть мо­жет, к то­му вре­ме­ни КГБ и ЦРУ уже бы­ли не­от­ли­чи­мы од­но от дру­го­го и яв­ля­ли еди­ное це­лое, вме­с­те со­вер­ша­ли раз­гром, ко­то­рый по сей день име­ну­ет­ся ре­фор­ма­ми Чу­бай­са—Гай­да­ра.

Я по­ки­дал Гос­ти­ный двор, где за­дал Пу­ти­ну свой скром­ный во­прос, и у ме­ня бы­ло ощу­ще­ние смут­ной не­удов­ле­тво­рён­но­с­ти. Тре­во­жил не­пред­ска­зу­е­мый ха­рак­тер схват­ки Пу­ти­на с Ку­д­ри­ным, от­сут­ст­вие той аван­гард­ной ин­то­на­ции, ко­то­рая слы­ша­лась в пред­вы­бор­ных по­сла­ни­ях Пу­ти­на. Не бы­ло ре­чи о рыв­ке и раз­ви­тии, а толь­ко о му­чи­тель­ном вы­жи­ва­нии. Не бы­ло той кон­цен­т­ри­ро­ван­ной во­ли, с ко­то­рой Пу­тин вы­сту­пал на сво­их пред­вы­бор­ных ми­тин­гах.

Я ухо­дил под хо­лод­ным дож­дём и ду­мал: пусть в мо­на­с­ты­рях, в сво­их ве­ли­ко­по­ст­ных мо­лит­вах, мо­на­хи мо­лят­ся о ра­бе Бо­жь­ем Вла­ди­ми­ре. Что­бы Гос­подь не ли­шил его во­ли, от­вра­тил от не­го ча­ро­де­ев и ма­гов, а так­же офи­це­ров ЦРУ и ли­де­ров Бо­лот­ной пло­ща­ди. И он, пре­зи­дент Рос­сии, стал бы объ­ек­том чу­до­твор­ных мо­литв, ко­то­рые нис­хо­дят на рус­ских пра­ви­те­лей в пе­ре­лом­ные мо­мен­ты ис­то­рии.