СЕНОКОС

 

Mowing 

There was never a sound beside the wood but one, 
And that was my long scythe whispering to the ground. 
What was it it whispered? I know not well myself; 
Perhaps it was something about the heat of the sun, 
Something perhaps, about the lack of sound— 


And that was why it whispered and did not speak. 
It was not dream of the gift of idle hours, 
Or easy gold at the hand of fay or elf: 
Anything more than the truth would have seemed too weak 


To the earnest love that laid the swale in rows, 
Not without feeble-pointed spikes of flowers 
(Pale orchises), and scared a bright green snake.

 
The fact is the sweetest dream that labor knows. 
My long scythe whispered and left the hay to make 

 

Не было в роще ни звука, помимо того –
Шепчущей, в землю сырую, протяжно, косы.
Что это было? Не понял я сам ничего:

Что-то о зное, что жаркие ждут нас часы,
Может, и просто, поскольку здесь нет никого - 
Видно, шептала поэтому, не говоря.

Не было сна на часок или лени, с тоски.
Золота лёгкого феи и эльфа руки:
Что больше правды, нам кажется слабым не зря,

Верной любви, что рядами в трясине почти,
Не обошлось без цветов и шипов по пути,
Страху набраться, зелёную  змейку сгрести. 

Дело и в том, сладкий сон достаётся, творя,
Мы пошептались с косой, сена чтоб запасти.