Гороховый суп.

Эта история случилась на одной из баз отдыха, возле Еревана, за год до начала перестройки.

Профсоюзная организация предприятия, на котором работал Володя, устроила двухдневную поездку в Ереван на экскурсию и прогулку по магазинам армянской столицы. Желающих приобрести товары знаменитой на весь Союз фабрики «Масис» оказалось так много, что билет на поездку было достать сложно. Но Володя оказался в числе счастливчиков.

Во время хождения по ереванским магазинам,  близко сошёлся с сорокалетней Олей. Она его просто очаровала. Весь день он только и мечтал поскорее добраться до базы отдыха, где они расположились, и уединиться в укромном месте с аппетитной Олечкой. Разглядывая её привлекательные формы, он просто мурчал, как кот, от удовольствия, представляя, как через несколько часов станет обладателем всего этого добра.  Оля, судя по её поведению, тоже не могла дождаться возвращения на базу отдыха.

Так как вся группа целый день находилась в городе, то вечером они и обедали и ужинали одновременно. В этот день на первое был подан любимый Володей гороховый суп, которого он наелся до «не хочу».

После ужина-обеда произошла какая-то авария на электроподстанции, и в половине коттеджей исчезло электричество. Администрация базы быстро переселила людей в другие домики, даже не забрав ключи от тех, в которых они ранее находились. Володя торжествовал, есть надёжное место для уединения!

Вся база отдыха была засажена огромными елями, лапы которых опускались до самой земли.  И вот по одной из совершенно тёмных аллей, окружённой этими елями, направились Володя с Олей к заветному коттеджу.

По мере приближения к цели Володю начало охватывать беспокойство. В желудке творилось что-то невероятное - съеденный гороховый суп буквально бурлил. Он невольно ускорил шаг, пытаясь быстрее добраться до туалета. Оля по-своему поняла его нетерпеливое движение и, весело засмеявшись, побежала вперёд, чтобы открыть двери.

Воспользовавшись её отсутствием, Володя нырнул под ближайшую ель, но всё равно опоздал...

Не удержавшись, он выдал горячую и жидкую струю прямо в свои джинсы. Остатки съеденного горохового супа тёплой волной разлились по его ногам прямо в кроссовки. Как назло, в это время Оля вернулась назад, и ему пришлось присесть под елью, даже не успев спустить  обгаженные джинсы. Ощущение было не из приятных. К тому же гороховый суп рвался наружу с громким урчанием.

«Только бы она меня не увидела.

Только бы она меня не увидела» - думал Володя, глядя  при слабом лунном свете на Олю, стоявшую в двух шагах от его прибежища.

Оля, по-видимому, слышала странные звуки, но не могла понять, что это такое.

Стоя почти в полной темноте, она звала его слёзным голосом:

- Володя, ты где? Володя!

А в ответ тишина...

Простояв так минут пятнадцать, женщина закрыла двери коттеджа и, плача, ушла.

Не буду описывать с каким «удовольствием» горе-любовник снимал свои джинсы.  Обтёршись какими-то листьями, начал он продвигаться в сторону своего коттеджа, но не тут-то было - гороховый суп давал о себе знать через довольно короткие промежутки времени. В такие моменты приходилось Володе нырять под ближайшую ель и просиживать там несколько минут в мрачном расслаблении.

Вот такими короткими партизанскими перебежками, с вынужденными «перекурами» добрался, наконец-то, он до своего домика.  К счастью все ещё гуляли, и Володя с облегчением заскочил в душевую.

Горячей воды, разумеется, не было. Несмотря на лето, вода в кране была ледяная. Из душа он вышел посиневшим от холода. Замочив свои обделанные джинсы, трусы и носки в ведре с водой, нырнул под одеяло, чтобы согреться...

Вернувшиеся с гулянки друзья, застали Володю за капитальной стиркой.

- Что, Вовик, занимался любовью с Олечкой на чьём-то дерьме? - учуяв характерный запах, смеялись товарищи.

- Да, что-то в этом роде, - с горечью и неопределённо ответил Володя.

Джинсы до утра не высохли, но один из хозяйственных и предусмотрительных товарищей одолжил Володе свои запасные брюки.

Весь следующий день Володя держался на расстоянии от Оли, пресекая любые её попытки заговорить с ним. В конце концов, женщина оставила его в покое.

В автобусе они, не сговариваясь, сели раздельно. Всю дорогу Оля, периодически, оборачиваясь в его сторону,  бросала укоризненные и недоумённые взгляды.

Володя смотрел на неё с полным равнодушием и думал: - «Ну, что ты, дурочка, на меня уставилась? Думай обо мне всё, что хочешь, но я никогда в жизни не скажу тебе настоящую причину своего исчезновения...»

После этого случая, Володя не то, чтобы кушать, смотреть не мог на некогда любимый гороховый суп.