Колбаса при свете юпитеров

Победа над сердцем в колбасном формате

Билеты на спектакль «Ганс Вурст и любимая жареная колбаска» можно приобрести, позвонив по телефону в Музей жареных колбасок в тюрингском городке Хольцхаузен.
Пьеса, написанная драматургами-любителями, рассказывает о том, как мясной продукт помог Гансу завоевать сердце любимой девушки и вызволить ее из женского монастыря в Арнштадте.
Спектакль проходит своеобразно. Сочувствуя героям, зритель ест горяченькие колбаски, которыми уставлен стол в центре зала. Так он скорее проникается аппетитной идеей победы над сердцем красавицы в колбасном формате.

Сосиска по системе Станиславского

Однако немцев, при всем их колбасном приоритете, нельзя считать пионерами в создании сценического образа продукта. Первыми все же были наши соотечественники. Причем не сейчас, а более 70 лет назад.
Свидетельство того, что колбасу можно не только есть, но и играть, сохранила подшивка газеты «За мясную индустрию», органа Московского мясокомбината имени Микояна. Дорогого стоит признание работницы предприятия: «Мне поручили роль сосиски. Я работала над ролью по системе Станиславского. Тема моей роли – советские сосиски питательные, они вкусны, и их в достатке. Я работаю над этой ролью, очень интересно».
Речь идет о спектакле «Изобилие», где рабочие играют роль сосисок и колбас.

Большего вживания в образ представить себе невозможно. Сам Станиславский не мог мечтать о таком перевоплощении: производитель играет свой собственный продукт. Мало того, он его славит хором:

«Мы, советские колбасы,
Широко проникли в массы.
Нас 125 сортов,
Ждем мы только ваших ртов.
Можно мазать нас горчицей,
Можно нас сварить в водице,
Жарить на сковороде,
А уж кушать – так везде.
Режьте, режьте,
Ешьте, ешьте».

Германия забыла, а Россия вспомнила

Первая партия колбасы «Докторская» была выпущена в ночь с 29 на 30 апреля 1936 года. Она была подарком от комбината имени А. Микояна «больным, подорвавшим здоровье в результате Гражданской войны и царского деспотизма».
Тогда же, в 1930-х, Микояновский мясокомбинат совершил мощный русско-немецкий прорыв. Он стал выпускать, как говорилось тогда, новую, а именно сырокопченую колбасу. Новизна покоилась на рецептах брауншвейгских колбасников, которые три века назад приехали с готовыми технологиями в немецкую слободу в Москве.
Любопытно, что, как утверждал не так давно директор службы маркетинга Микояновского мясокомбината Андрей Хиршняк, в Германии таких колбас не производят.

То ли с говядиной, свининой или хребтовым шпиком напряженка, во что слабо верится, то ли еще что.
Факт остается фактом: одна из самых популярных московских колбас носит немецкое название «Брауншвейгская», тогда как Германия напрочь забыла про свою блудную, с корицей и мускатным орехом, изысканно-сырокопченую «дочь», оставив ее себе лишь в виде фарша для бутербродов. Родина превратила подсушенную мясную гордячку в настоящую размазню.

Вкус, знакомый с детства

А ведь колбаса давно нашла свое место в документах и литературных произведениях.
Считается, что первое упоминание о ней в мировой классике принадлежит Гомеру. В «Одиссее» (песня 20, строфа 25) говорится о главном герое, который, обуреваемый суровыми думами, не мог заснуть. Все время переворачивался он с боку на бок, будто поджариваемый на мощном пламени козий желудок, набитый кровью и салом.
Эта метафора, которая создает не очень привлекательный образ Одиссея, – прообраз будущего фарша, запечатанного в кишечную систему животного.
А каким он, фарш, должен быть? В 1432 году гильдия мясников Веймара приняла закон о чистоте колбас, то есть о том, что считать колбасой для поджаривания, ливерной, кровяной, сырокопченой.
Безупречно чистой колбасой принято было называть продукт исключительно из свинины. Побывавший в 1800 году в Нюрнберге великий Гете до того восхитился местными колбасками, «начиненными майораном и слегка подкопченными», как он указал в письме, что не удержался и отправил родным в Веймар посылку.

Стандарты и поклонники

Тяготение к колбасным стандартам задокументировано не раз. 20 января 1404 года Иоханн фон Зибелебен, эконом монастыря в Хольцхаузене, сделал запись в бухгалтерской книге. Она касалась покупки свиных кишок для изготовления блюда под названием Brаtwuеrstin.
Это было первое письменное упоминание о ставшей знаменитой тюрингской жареной колбаске. На той же странице бухгалтерской книги указывалась стоимость белого пшеничного хлеба и горчицы. Поэтому можно смело утверждать, что шесть веков назад немцы ели жареную колбаску точно так же, как и сейчас.
Тюрингский стандарт – один из сотен, бытующих в Германии. В каждой местности готовят колбасу по-своему: с майораном, мускатным орехом, лимоном, чесноком, кориандром, тмином, вином.
А вот едят обычно одинаково – со свежей булкой и приправой: горчицей, хреном, кетчупом.
Но история создания колбас не ограничилась эпохой Средневековья. В 1943 году первую партию колбасы «Олма» из телятины произвели в Санкт-Галлене (Швейцария), а в 1952 году мясник и трактирщик Лоренц Штарк придумал первую франконскую колбасу.

Даже Израиль внес в исконно немецкое искусство колбасотворения свою лепту: говорят, канонический свиной фарш здесь пахнет индейкой.