Пора валить
Пора валить
Чиновники увидели пользу от вступления России в ВТО: теперь есть на кого списать упадок сельского хозяйства
На прошлой неделе президент провел расширенное совещание Совета безопасности, посвященное проблемам, связанным с вступлением России в ВТО. Примечателен сам факт, что тема рассматривалась как касающаяся безопасности страны. Но важнее другое: собравшиеся не раз и не два обращались к проблемам помощи аграриям и производителям сельскохозяйственной техники. Говорилось об ошибочности снижения пошлин на ряд товаров и сокращения финансовой поддержки аграриям на закупку отечественных сельхозмашин.
----------------------<cut>----------------------
Тон обсуждения позволял предположить, что чиновники будут отныне аргументировать не очень эффективную аграрную политику внешними факторами, а пропагандисты — изливать злобу на торговую организацию.
Между тем стоит прояснить ряд существенных моментов. Известно, что и в развитых странах аграрный сектор не существует без господдержки. При этом большинство оказывающих эту помощь стран — давние члены ВТО. США, например, ежегодно тратят на поддержку своих фермеров $18 млрд, а Европейский союз — более €58 млрд. В 2010 г. доля этих средств составляла 7,8% совокупной выручки американских фермеров и 24,1% — европейских.
В ряде секторов поддержка более значительна. Так, к примеру, в Техасе и некоторых других южных штатах производителям хлопка доплачивают по $560 на каждую тонну выращенного сырья, в то время как ее цена на мировом рынке не превышает $1400. Даже в Австралии и Новой Зеландии фермеры получают дотации, несмотря на то что условия для ведения сельского хозяйства в этих странах признаны экспертами одними из самых благоприятных на планете.
Зачем правительства помогают фермерам? По двум основным причинам.
Во-первых, потому что успешность фермерских хозяйств — основа выживания сельских территорий. А доля сельских жителей составляет в США около 16% населения, в ЕС-27 — более 23%, и никто не намерен допускать превращения большей части своих государств в пустыню.
Во-вторых, потому что относительно низкие цены на продовольствие — одна из основ социального благополучия и спокойствия. И поэтому, несмотря на высокие доходы фермеров и значительную зарплату переработчиков, продукты питания сегодня в большинстве стран Европы не превосходят по ценам продаваемые в Москве, а по многим позициям остаются даже дешевле.
Поэтому само значение поддержки государством собственных производителей не может вызывать сомнений. Проблема в том, как эта поддержка осуществляется и какие дает результаты. Заметим: вопреки распространенному в обществе мнению в России аграрии тоже не обделены вниманием. По официальным данным, ежегодно в 2010—2011 гг. на эти цели выделялось более 143 млрд руб. Если учитывать, что валовая продукция сельского хозяйства составила в России в 2011 г. 3,45 трлн руб., то уровень поддержки достигает 4,2% — заметно ниже, чем в Европе и США, но положение поправимо, о чем немного ниже.
При этом стоит обратить внимание на две наших «особенности».
Прежде всего это характер помощи. В большинстве стран власти финансируют закупки готовой продукции по ценам, превышающим рыночные, или выплачивают своего рода премию в момент реализации фермером той или иной партии товара. Иначе говоря, существует гарантированная система закупки сельхозпродукции; производитель оказывается свободен от диктата перекупщика и не страдает от неожиданных перепадов цен. На этот вид помощи в Америке и Европе приходится от 55 до 71% общего объема сельскохозяйственных дотаций.
В России такой подход не получил достаточного распространения — наши чиновники предпочитают финансировать отдельные программы «впрок», в надежде на будущий результат. В Программе развития сельского хозяйства до 2035 г. прописаны более полутора десятков подобных направлений, но можно ли быть уверенным в том, что, например, купленный за рубежом племенной скот принесет ожидаемые результаты, а не будет неожиданно пущен под нож в случае экономического кризиса (поголовье крупного рогатого скота в России в 2008—2010 гг.
сократилось на 1,16 млн голов, или на 6%)?
Значительно большие средства направляются на софинансирование покупки техники, компенсацию процентов по кредитам и иные, преимущественно финансовые инструменты (до 80% совокупного объема государственной помощи аграриям). Это, конечно, хорошо, но понятно, что купленная в кредит или полученная по лизингу техника оказывается намного дороже. К тому же вопрос, кому именно оказывать поддержку, решается чиновниками и не всегда связан с получаемыми результатами. Достаточно вспомнить «поддержку» Цапков и коррупцию, присутствующую в этой сфере, как и везде в стране…
Не менее важен и реальный объем помощи. Как мы уже говорили, ежегодно из федерального бюджета России на нужды аграриев выделяется 140 млрд руб. В США — $18,3 млрд. Затраты на эти цели составляют 1,1% расходной части российского бюджета и 0,5% — американского. И что говорит ВТО про эти российские расходы?
Может, это прозвучит неожиданно, но, согласно условиям вступления России в эту организацию, объем дотаций сельскохозяйственным производителям до 2017 г. ограничивается… $9,1 млрд, или 288 млрд руб., — суммой, более чем в два раза превышающей текущее финансирование. А это значит, что все слезные рассказы о невозможности помочь нашим селянам — ложь, продуцируемая бюрократами. Заявляя, что ВТО препятствует развитию российского аграрного сектора, они бессовестно перекладывают ответственность с больной головы на здоровую.
ВТО не мешает России сократить финансирование МВД (1,8 трлн руб. по бюджету на 2012 г.) и «перекинуть» всего 6—8% от этой массы денег аграриям. И тогда мы получим даже больший относительный уровень поддержки, чем в США! Нашим патриотам надо критиковать не тот Белый дом, что расположен на Пенсильвания-авеню, а тот, что на Краснопресненской набережной.
Пока мы преследуем не экономические или социальные, а идеологические цели, не следует надеяться на аграрное благополучие. Замечу: разрушение нашего сельского хозяйства приняло особо массовые масштабы в начале 2000-х годов, уже после «лихих 1990-х»: с 1995 по 2010 г. поголовье крупного рогатого скота в стране упало на 19,7 млн голов (или на 49,3%), овец и коз — на 6,8 млн, свиней — на 5,4 млн; мы стали выращивать меньше картофеля, льна, кормовых культур. Площадь обрабатываемых земель сократилась на 27,3 млн га, или на 26,7%...
И не нужно винить в этом природные условия. Достаточно сравнить Калининградскую область — а Восточная Пруссия была в свое время житницей Германии — с соседними с ней регионами. Здесь в 2010 г. собрано 186 тыс. т зерна и бобовых, 150 тыс. т картофеля, произведено 37 тыс. т мяса и птицы, 57 тыс. т молока. В соседней Гродненской области Беларуси в том же году — 1,35 млн т зерна и бобовых, 1,25 млн т картофеля, произведено 227 тыс т мяса и птицы, 887 тыс. т молока.
Проехав этим летом 30 километров от Калининграда до Светлогорска, я увидел в середине пути, помню — справа от дороги, если ехать из города к побережью, — одно (!) картофельное поле. Все остальное — запущенный бурьян. Это, что ли, «вставание с колен», которое переживает Россия?
Если мы хотим поднять наше сельское хозяйство, надо понять, что единственные ответственные за его нынешнее положение — это мы сами. Сегодня в той же Польше у фермера остается до 60% цены, которую потребитель платит за продукты в среднем варшавском магазине. У российского крестьянина — около 25% от цены московского супермаркета.
Виноваты в этом не ВТО, а отсутствие нормальной сбытовой цепочки, засилье торговых сетей и неумение государства платить «по результату», а не в соответствии со своими собственными представлениями об эффективности. Надо повсеместно совершенствовать политику государственных закупок, стимулируя крестьян наращивать объемы производства. И не нужно считать, что связанные с этим расходы будут бесполезной тратой бюджетных денег.
Они будут в этом случае использованы с куда большей пользой, чем при очередной закупке техники и спецсредств для ОМОНа. Потому что, чтобы что-то охранять, надо сначала что-то производить. Но эта простая мысль последней приходит в голову российским чиновникам. Особенно тем, кто решает экономические проблемы на заседаниях Совета безопасности…
Комментарии
22 июня двадцать первого века. Мы ничему не учимся но при этом поддаемся дрессировке не хуже чем обезьянки в цирке...http://maxpark.com/community/politic/content/1682602