ГЕНЕРАТОР СЛУЧАЙНЫХ СЛОВ

Практически у всех, кто следит за риторикой российского руководства, время от времени возникает недоуменный вопрос: каким образом оно собирается сочетать провозглашенный курс на научно-техническую модернизацию страны с непрерывным поощрением религиозно-фундаменталистских настроений в обществе? Убедительного ответа на этот вопрос никто из независимых наблюдателей не нашел.

А вот для Владислава Суркова, которого аппаратная судьба забросила в кресло главы аппарата правительства РФ, тут никакой проблемы нет. В недавнем интервью «Ведомостям» на вопрос, не тяжело ли ему одновременно курировать инновации и комиссию по вопросам религиозных объединений, он ответил так: «Я считаю, что любое знание человеческое изначально религиозно, так как в основе научного метода лежит аксиома — постулат, то есть то, что принимается без доказательств, актом веры». И добавил, что научно-техническая революция является «восстанием человека против собственной слабости, а первым, кто призвал к восстанию, был Христос».

Комментируя такое заявление, очень легко впасть в благородный просвещенческий пафос и начать на полном серьезе объяснять сановному науковеду, что в отличие от математики  и некоторых сведенных к ней дисциплин прочие науки имеют иные основания — в частности, все естественные основаны на наблюдении и опыте. И что даже в тех науках, где аксиомы есть, принятие их не имеет ничего общего с актом веры и специалисты по геометриям Римана и Лобачевского не ведут между собой священных войн за истинную формулировку пятого постулата. И что...

Вероятно, такой комментарий, попадись он на глаза самому Владиславу Юрьевичу, доставил бы ему несколько веселых минут. Для любителя стеба, всегда готового с серьезным видом сплетать любые слова в грамматически корректные, но заведомо бессодержательные конструкции, нет лучшей награды, чем простодушный слушатель, который будет старательно искать в этих плетениях смысл — хотя бы и с целью опровержения. Всерьез спорить с заявлениями г-на Суркова все равно что полемизировать со знаменитой «Элизой», которая могла неограниченно долго поддерживать разговор с любым собеседником на любую тему, и те даже не догадывались, что переписываются с компьютерной программой

И это не личное свойство данного чиновника (хотя, надо признать, в публичных высказываниях Суркова этот подход возведен в степень истинного искусства), а общий стиль всего нынешнего российского начальства. Как метко сформулировал журналист Иван Давыдов, «нынешняя власть — это не про слова».

Поэтому уместней будет, оставив пафос, обратиться к конкретным результатам такого подхода — в частности в области государственной научной политики. В конце концов, евангельский герой не только призывал к восстанию (на него, кстати, еще не завели дело о призывах к массовым беспорядкам?), но и резонно указывал: «По плодам их узнаете их».

Примерно в те же дни, когда глава аппарата правительства делился своими представлениями о сущности науки, любимое детище российских державных инноваторов — фонд «Сколково» — анонсировал на своем сайте не более не менее как презентацию вечного двигателя. Дескать, молодые российские ученые сумели на основе биотехнологий создать энергетическую установку с КПД больше 100%. При этом все эвфемизмы, обычно сопровождающие антинаучные разработки российских бюджетных учреждений, были на сей раз отброшены — чудо-установка без обиняков именовалась вечным двигателем, а ее противоречие законам физики не только не затушевывалось, но, напротив, настойчиво подчеркивалось. Научная революция должна была свершиться в Центре международной торговли в присутствии ряда известных российских и зарубежных ученых (в том числе нобелевского лауреата Жореса Алферова), чьи научные регалии гарантировали бы, что происходящее — не дешевый трюк.

Дешевым трюком, однако, оказалась сама затея. Собравшиеся в ЦМТ маститые ученые мужи вяло обсуждали перспективы развития мировой энергетики — по большей части склоняясь к мнению, что никаких радикальных изменений в ней в обозримом будущем не произойдет (им, конечно, виднее, но такая позиция экспертов делает несколько странным инновационный пафос организаторов мероприятия). Никто никаких установок не демонстрировал, об отмене законов природы и прочих обещанных в анонсе чудесах никто не обмолвился ни единым словом. Единственным за все время упоминанием о вечных двигателях стала итоговая фраза ведущего: «Самый лучший вечный двигатель — это вот такие люди, которые здесь сидят, и их мысли и идеи». Насколько можно было судить, никто из «таких людей» даже не догадывался, в каком наглом надувательстве он невольно участвует.

Конечно, подобный креативный пиар был популярен еще у провинциальных импрессарио позапрошлого века, уверенно обещавших почтеннейшим зрителям, что на спектакле будет присутствовать автор пьесы — «любимец местной публики г-н Шекспир» или что в конце представления граф Калиостро съест живого человека. Но чтобы подобными милыми розыгрышами занимался крупнейший национальный центр научно-технологических инноваций — такого, пожалуй, еще не бывало ни в российской, ни в мировой истории. Впечатление такое, что авторов затеи больше всего тревожит вопрос: а вдруг, несмотря на все уже предпринятые усилия, в стране все еще остались люди, полагающие, что в Сколкове происходит что-то, имеющее отношение к серьезной науке?

Но настоящие чудеса были еще впереди. На следующий день программа «Вести» как ни в чем не бывало показала... репортаж о той самой презентации вечного двигателя и дискуссии о нем. То и другое, оказывается, успешно прошло накануне в ЦМТ. Авторы репортажа даже продемонстрировали саму чудо-установку и обсудили с ее изобретателем некоторые технические подробности устройства (для этого реальные съемки с мероприятия в ЦМТ были прихотливо перемешаны со съемками из квартиры «изобретателя» —  очередного фрика из тех, что в последние годы стадами пасутся на центральных телеканалах). О том, что успешная демонстрация революционного изобретения прошла незамеченной для всех участников встречи (см., например, свидетельства здесь и тут), в репортаже, естественно, не сообщалось.

Это уже выглядит буквальным воплощением старого советского анекдота про Наполеона, с завистью говорившего, что, будь у него такое телевидение, мир до сих пор был бы уверен, что он выиграл зимнюю кампанию в России. Похоже, то, что в советские времена составляло сюжет анекдота, для нынешних эффективных менеджеров стало руководством к действию. А в чем, собственно, проблема? Если в разоблачительном фильме о происках оппозиции можно показывать «документальные съемки» никогда не происходивших событий — почему этого нельзя делать в репортаже о научном форуме?

Я не знаю, имел ли г-н Сурков какое-то отношение к мероприятию в ЦМТ или к репортажу «Вестей» (хотя как куратор инноваций вполне мог быть в курсе). Но его пониманию науки подобные акции соответствуют как нельзя лучше. Действительно, если в основе науки лежит акт веры, то для того, чтобы сделать любую чушь (хотя бы и тот же вечный двигатель) предметом науки, достаточно заставить в него поверить. И при чем тут какие-то факты, истина, реальность? Реальность — это то, что показывают по ТВ. А по ТВ показывают то, что велит (или, по крайней мере, одобряет) начальство.

В разные эпохи в разных странах государственной идеологией становились самые разные доктрины, но, пожалуй, пока нигде в этой роли не выступал последовательный солипсизм. Пожалуй, у нас есть шанс посмотреть, как это выглядит — если, конечно, старомодный провинциальный балаганчик «суверенной демократии» просуществует еще хотя бы пару лет.