ГОТОВЬТЕ ЗАДНИЦЫ.

ГОТОВЬТЕ ЗАДНИЦЫ.

(Приношу извинения за такое название, оно точно отражает действительность. Случай на службе. Отрывок из повести «Вышка»).

1. Евгений Михайлович – шеф особого отдела дивизии, которая в советское время располагалась в Восточной Германии.
2. Виктор – сотрудник особого отдела.

   Из Дрездена Виктор возвращался вместе с женой. Удача сопутствовала ему. Виктору удалось завербовать Урсулу из Западного Берлина.   Кроме хороших личных качеств: симпатии, женственности, умения легко и быстро устанавливать контакты, она работала в полиции Западного Берлина. Часто выезжала в Западную Германию. Такие агенты, как говорил шеф Виктора, были на вес золота, но они были и опасными тем, что могли работать и на наших, и на своих. Двойные агенты.

   Машина мчалась по автобану. Виктор слегка подсвистывал. Жена молчала. Признак дурного настроения.

   «Скоро начнет, - подумал Виктор, - всыплет».

   Виктор попытался хоть на некоторое время оттянуть взбучку.

- Может, сядешь за руль. Сон наваливается от усталости.

- Не сломаешься, - отрубила жена.

- Ну, тогда начинай. Не тяни. Чувствую, что хочешь, что-то сказать.

-Вначале перестань свистеть.

-Ты не в настроении. А почему. Свою работу ты сделал отлично.

   Похвала не помогла.

-Сколько ты будешь мотаться? – раздраженно ответила жена. - То в одном городе, то в другом.

- А ты. То в одном городе, то в другом.

   Жена замолчала. Потом не выдержала.

- То одни бабы, то другие.

- А ты. То одни мужики, то другие.

   Жена снова замолчала. Потом снова не выдержала..

- Ты не обо мне говори, а о себе, - отрезала жена. – Как агентесса, так и симпатичная. А если симпатичная, то сразу в кровать.

-Перестань молоть чепуху. Ты что видела.

-Слышала кое от кого.

-Скажи от кого?

-В нашей работе это не принято.

-Ревнивая и скандальная ты стала. Пора тебе отдохнуть. Отправить в наш санаторий.

-Чтобы ты еще больше разболтался.

- Послушай. Ты своими словами уже всего меня просверлила. Одни дыры.

-Не только сверлить буду, но и убью, если докопаюсь до правды.

   Виктор остановил машину.

- Езжай одна. А я как – ни будь, поездом доберусь. Довези меня до вокзала.

-Буду еще с тобой возиться. Замолчи. На дорогу смотри.

   Совет оказался кстати. На автобан выскочила лиса. Свет ослепил ее, и она волчком закрутилась перед машиной. Виктор тормознул, но было поздно.

   Он вышел с машины. Посмотрел на лесу. Удар пришелся в лоб, но шкура была не испорчена.

   Лису он забросил в багажник.

- Скажу охране, пусть шкуру сдерут. Будет для детей типа пушистого ковра. Правильно?

   Жена не ответила.

   Машину Виктор оставил возле отдела, вытащил лису и сказал охране, чтобы сняли шкуру. После этого направился с женой домой. Шефа в отделе не было и можно было доложить о вербовке после.

   Не успел он принять душ, как прибежал охранник и сказал, что Евгений Михайлович срочно требует его к себе.

-А что случилось? – спросил Виктор, - Опять кто-то деру дал из дивизии..

-Не знаю, но он в таком состоянии, что мало не покажется.

-А почему он не позвонил.

-Да он телефон в дребезги разнес.

-О-хо-хо. Это что-то значит.

-Сейчас он тебе вкатит, - съязвила жена. – Неплохо было бы, чтоб ты от него ползком выбрался.

-Никак не успокоишься. А за что мне вкатывать.

- Да, может быть, когда ты с Урсулой в кровати валялся, тебе сфотографировали.

- Назвать тебя дурой – нельзя. Ты умная, но и назвать умной после таких слово тоже нельзя. Так кто ты?

- Потом узнаешь. Давай к шефу. Он тебе скажет, как меня называть.

     Разговор в отделе начался со штурма Евгений Михайловича. Он был бледным. Подрагивали даже руки. - Ты, что это делаешь?

- Сейчас ничего. Стою перед Вами и слушаю.

 Шеф, не выдержав спокойных слов Виктора, выскочил из-за стола и подбежал вплотную к нему. Виктору показалось, что он даже хочет его ударить, но Виктор не угадал. Речь зашла о могиле для шефа.

   - Ты же меня в могилу загонишь.

 «А неплохо было бы», - подумал Виктор.

   Направление разговора было пока не понятным. Виктор попытался его прояснить, но не таким был Евгений Михайлович. Он любил держать сотрудников в напряжении. Приходилось ждать и смотреть, как шеф бегает по кабинету.

   «Долго ты не пробегаешь,- думал Виктор, - здоровье уже не то».

   Так и вышло. Шеф прекратил свои пробежки и сел.

   - Что случилось, Евгений Михайлович? – спросил Виктор. – Я завербовал Урсулу.

   Урсула была камнем преткновения между Евгений Михайловичем и его заместителем Николаем Ивановичем.

Заместитель заглядывался на Урсулу, а шеф подсматривал за Николаем Ивановичем. Через год подсматривание шефа превратилось в рапорт на своего заместителя. После рапорта понижение заместителя в должности и дорога домой.

   На вербовку Урсулы шеф не отреагировал.

   -Что случилось? – взвинтился он, - а то, что я подумал, что тебя вместе с женой подстрелили. Понимаешь.

   - Не понимаю.

   -А должен понимать. Принеси мне водички, а то сердце до сих пор заходиться.

Что оставалось делать Виктору: принес водички.

     -Теперь – то хоть скажите, что произошло? Жена и я не подсреляны.

     -Что, что.

Шеф еще выдержал паузу.

«Ну и скотина, - думал Виктор. – Сейчас что ни будь и придумает».

- Достань из сейфа коньяк. Прочистить мозги нужно..

   Пришлось достать и коньяк. Выпили. Шеф закрыл глаза.

«Ну, козел. Сейчас скажет, что нужно вздремнуть. Ну и хрен с ним. Пусть дремлет, а я коньяк буду пить».

   Шеф, видимо, уловил мысли Виктора и дремать не стал.

     - Что случилось, - сказал шеф. - Приезжаю, смотрю, машина твоя стоит. Славу Богу, приехали…

   «Вот, если бы ты перекрестился, - подумал Виктор, - то твое, слава Богу, было бы искренним».

   - А, что я дальше вижу?

   -Да откуда я могу знать, что Вы дальше видели?

   -А догадаться не можешь?

   - Могу.

   - И что?

   - Ничего.

   - Да ты не видел ничего, а я? Ох, не дай Бог еще раз такое увидеть. Неплохой ты парень, но иногда бываешь порядочной свиньей.

- Странная у Вас похвала.

- А ты другой не заслуживаешь. Помнишь, как на охоте на меня подстреленный кабан бежал, а ты стоял и улыбался. Я думал, что каюк мне, а ты выстрелил, когда от кабана до меня метр оставался.

- Я же думал, что Вы на дерево полезете. Зачем пулю напрасно тогда тратить. Да Вы и сами нас учили: главное в нашей работе выдержка. Вот я и думал, как на практике Ваша выдержка сработает.

- Подлец, хотя стреляешь снайперски. А на вечеринке с немцами, что ты сделал. Шепнул. Евгений Михайлович, а ну покажите этим фрицам, как русский начальник особого отдела может танцевать. Врежьте чечетку. Я аккордеон возьму и сыграю. Ну, минуть пять буду играть. И объявил перед этими фрицами. Чечетка в исполнении русского начальника особого отдела. А я начальник особого отдела не мог же опозориться перед фрицами. Я всю войну прошел. А тут, как ты сказал: пять минут. .А сам играл час.

- Зато аплодисменты, какие были.

- А какие пятки у меня после этого были? Ты видел?

- Я нет, а жена, наверное, видела.

- Хрен с тобой. Давай к делу. Подошел я к твоей машине. И вижу кровь от твоей машины на ступеньках отдела...Пятнышками. Меня чуть инфаркт не схватил. Что я должен был подумать. Я за пятнышками, они ведут меня в комнату охраны. Захожу к охране. И что?

   Шеф уставился на Виктора. Тот уже знал, что, но не подсказывать же шефу. Однажды Осташов, сотрудник отдела, подсказал. Они играли в волейбол, когда над городом на низкой высоте прошел военный истребитель.

   - Красиво летит, - сказал Осташов, - наш советский. Молодец.

Шеф усилил похвалу.

- А ты, что думал. Партия и генерал Овсепян знают, кого за штурвал сажать.

   Похвала Овсепяну и партии дошла до генерала Овсепяна. Шефа чуть было не отправили в Союз, поскольку со слов Евгения Михайловича выъодило: Овсепян под руководством партии посадил за штурвал летчика, который угнал самолет в Западную Германию.

   - И что? – повторил Евгений Михайлович.

   Он даже вскинул руки вверх.

   Очередной комментарий Виктора не заставил себя ждать. Он был, конечно, грубоват, но шеф играл, как на сцене.

«Чертов театрал!»

   - Так, что я вижу в охране? Они лису дерут. Шкуру снимают. Ты же знаешь, что здесь лисы заразные. Ее теперь нужно на два метра закапывать, а тебя, твою жену и охрану под уколы с сывороткой, чтобы дурачками не стали. А кто нас охранять будет?

   Шеф был прав. Лисицы в Германии страдали бешенством. Когда лису убивали, то охотники надевали длинные рукавицы,   крюками захватывали труп и оттаскивали в специальное место. Затем приезжали санитары, брали анализы, и, если анализы подтверждали бешенство, лисицу закапывали на два метра, а те, кто непосредственно контактировал с ней, получали по три укола.

Разговор с шефом закончился банальной фразой.

- Готовьте задницы. Ты и жена.

- Это приготовим, - ответил Виктор. - А как мне жену называть? Я спросил ее, а она ответила, что Вы это мне скажите.

- Во. – Шеф развел руками, - Первые признаки, что дурачками становитесь.

         Разговор с женой тоже оказался неприятным.

- Готовь свою, - отрубила жена, выслушав Виктора, - я лису в руках не таскала. Так что моя не причем.

- А если за компанию?

- За компанию своих агентесс возьми.

- Думаешь, что согласятся?

   Разговор закончился мирно.

- Ладно. Поболтали, - сказала жена. - Спать пора. А то детей разбудим. А шефу завтра скажи, что свою я не буду подставлять. Для этого у него есть собственная. Полковничья.