Александр Домогаров "стал" участковым

Начались съёмки сериала «Марьина роща»

Начались съёмки 16-серийного фильма «Марьина роща», действие которого происходит в Москве 1945-1946 годов. Режиссёр фильма Александр Хван («Дюба-дюба», «Предлагаемые обстоятельства», «Хитровка»), в главных ролях Александр Домогаров и Евгения Крюкова Корреспондент «ЗБ»  побывал  на съёмочной площадке.

Ни один детектив не обходится без погони
«Гони, Коля, гони!» — на заднем сиденье чёрной «Эмки» два милиционера  с бирюзовыми погонами и в портупеях.  Рядом с шофёром  человек в широком пальто и мягкой шляпе. Он распахивает дверцу,  целится, стреляет. 
«Эмка» скачет по нечищеной мостовой не сама — передние колёса приподняты и закреплены  цепями на широкой тележке, которую в свою очередь тянет на тросах киногрузовичок  с открытым кузовом. В нём стоит оператор с камерой,  сидят техники и примостилась ассистент режиссёра с хлопушкой. Сам режиссёр в кабине, он  видит всё, что происходит, на плейбеке — специальном  планшете.
«Быстро уберите с дороги красную «Ауди»!  Перезарядите пистолет.  Ещё круг!»
Сирена —  и съёмочная  колонна сворачивает с перекрытой Тимирязевской улицы  к розовому особняку с колоннами, дубовой дверью и елями перед входом. Здание агроуниверситета имени Горячкина в заснеженном парке — это Наркомат авиационной промышленности в послевоенной Москве. В КБ самолётостроения убиты два ведущих конструктора, один из них живёт в Марьиной роще, пропали документы на разработку нового авиационного двигателя. Милиционеры преследуют убийцу-диверсанта.

О чём фильм
В основе сюжета 16-серийного фильма два года жизни Константина Трошина. До войны он был оперуполномоченным МУРа, в 1943-1944 годах служил в Смерше (военная контрразведка «Смерть шпионам!», выявлявшая диверсантов, не путать с загранотрядами!). А в конце войны после конфликта с влиятельным генералом НКВД отовсюду изгнан. Единственное место, куда его взяли на работу, — участковым милиционером в самом неблагополучном районе Москвы — Марьиной роще. Живёт он в этом же районе в коммуналке.  Герой находится в самом центре криминальной среды, тесно сходится с её представителями и раскрывает убийства, налёты, аферы. Но главную свою задачу участковый видит в том, чтобы снизить, как сказали бы сегодняшние участковые, криминогенность в районе.
В феврале съёмки шли на улицах Москвы и в павильоне. По фотографиям, рисункам и чертежам восстанавливали кусочки старой Марьиной рощи — фасады  домов, дворы, подворотни. То, что не смогли найти, — отстроили. Скоро съёмочная группа уезжает в Калугу — там легче найти уголки, похожие на Москву 60-летней давности. Фильм должен выйти осенью на канале «Россия-1».
В перерыве между съёмками Александр Домогаров ответил на вопросы  корреспондента «ЗБ».

Вид без Останкинской башни
— Александр Юрьевич, а вы лично ощущаете бандитский шлейф в Марьиной роще?
— Это те, кто родился в 1985-м, привыкли к этому району с видом на Останкинскую башню. А я много слышал о старой Марьиной роще, разговаривал со старшими коллегами, они говорят: за Белорусским вокзалом  хибары стояли, до него была Москва, а после — поля и бараки.

Там была своя жизнь — «малины», криминал.
— Кажется, это уже было в фильмах «Место встречи изменить нельзя», «Ликвидация»?
—  Темы, конечно, похожи —  конец войны, бандиты, милиция. Но там был цельный сюжет на весь фильм. А у нас каждая серия — новая история, это такие киноновеллы с несколькими постоянными персонажами.

«Ретро, которое мне интересно»
— Что для вас роль  в «Марьиной роще» c точки зрения творческих возможностей?
— Это ретро, которое мне очень интересно, — и довоенное, и послевоенное. Это такая ностальгия по прошлому. Я понимаю, что нынешней молодёжи  всё равно, они и когда война началась толком не знают. Мой герой — фронтовик, служивший и в уголовном розыске, и в Смерше, и это накладывает отпечаток на его личность. В фильме есть  хорошая фраза — в 11-й серии, когда мой герой встречается с вором в законе и говорит: «Мы же с тобой два смотрящих!» Они разделили между собой сферы влияния. Один следит за порядком с этой стороны, другой — с другой. И мой герой понимает: если убрать сейчас этого второго, начнётся беспредел, надо сохранить паритет, равновесие, это условие мирного сосуществования, пусть и относительного.
— А любовь в фильме будет?
— Будет, но я не расскажу. Мой герой живёт в коммуналке, там ещё семь комнат, это что-то...
— Вы в коммуналке жили?
— Нет, не жил. Но надеюсь, сыграю верно.
— Вы ведь тоже связаны с этим районом, играли в Театре Советской армии?
— Одиннадцать лет туда ездил и оттуда: на 13-м  троллейбусе до ВДНХ, потом пересаживался на 73-й — и в Останкино. Я центровой мальчик, родился на Ленинском проспекте, когда повзрослел, переехал на Новгородскую улицу, в Лианозово. И разумеется, испытал некоторый шок. Помню, ехал и никак не мог понять: это что, тоже Москва, слишком непохоже на центр.

Ментов тогда не было
— Ваш герой Трошин не похож, наверное,  на сегодняшних участковых? 
—  Мой герой  не сегодняшний участковый, не мент. Недаром он служил в  Смерше. Он видел войну с разных сторон. В его обязанность входило  выявлять и карать тех, кто дрогнул, кто предал, кто перешёл на сторону врага. Его характер определён тем, что этот человек прошёл через очень страшные вещи.
Он не всегда ходит в милицейской форме, хотя наши консультанты уверяют, что тогда, в середине 40-х,  участковый не снимал погоны и фуражку и в выходные.  На мой взгляд, к населению — да, он должен ходить в форме. А если он идёт на какое-то дело — это необязательно. Кепочка, пальтишко наброшенное. И речь у него при этом меняется —  он говорит с криминалом на их же сленге. Это не заигрывание  и не попытка приспособиться. Он должен найти с ними общий язык, договориться. Просто как представитель власти ты не сможешь ими управлять. На каждую силу есть сила — это слишком серьёзные люди.
— Нужно с ними дружить?
— Дружить не нужно, нужно уважать. Тогда и тебя будут уважать. Вы бандиты, и у меня к вам определённое отношение, но я буду с вами находить общий язык, чтобы мы держали Марьину рощу, да и весь город, в порядке и мире. Война никому не нужна.

Марина МАКЕЕВА