Нюрбергский процесс. Узнаём всё больше о подковёрных договорённостях стран победителей.

На модерации Отложенный
("The Guardian", Великобритания)

И.Сталин, Ф.Рузвельт и У.Черчилль на Крымской конференции в Ялте

27/10/201210:54

 

Согласно недавно рассекреченным документам, в конце Второй Мировой войны британское правительство возражало против создания Международного военного трибунала, потому что, по его мнению, одних лидеров нацистов необходимо было казнить, а других – отправить в тюрьму без суда.

 

Как говорится в записях, Черчилль выдвинул это предложение на Ялтинской конференции, состоявшейся в феврале 1945 года, однако его отклонили Франклин Рузвельт, который считал, что американская общественность будет настаивать на судебных процессах, и Иосиф Сталин, полагавший, что публичные судебные процессы могут стать отличным инструментом пропаганды.

 

В конечном итоге британцы согласились на проведение судебных процессов над военными преступниками, несмотря на опасения некоторых высокопоставленных чиновников британского правительства, которые считали, что решение судить выживших лидеров нацистов за развязывание агрессивной войны может стать опасным прецедентом. Они также боялись того, что эти суды будут похожи на резонансные показательные судебные процессы в сталинской России.

 

Точка зрения британцев в тот момент, когда лидеры союзных государств пытались достичь соглашения по поводу политического облика послевоенной Германии, нашла отражение в дневниках Гая Лиддела (Guy Liddell), главы контрразведки в MI5, который вел свои записи в 1940-х и 1950-х годах. Они долгое время хранились в сейфе сменявших друг друга начальников MI5 под кодовым названием «Wallflowers», однако теперь они рассекречены, а с отредактированными копиями этих записей послевоенных лет можно ознакомиться в Национальном архиве.

 

Лидделл поддержал план главы государственной прокуратуры Сэра Теобальда Мэтью (Theobald Mathew) казнить некоторых лидеров нацистов вместо того, чтобы отдавать их под суд, после того как следственная комиссия «пришла к выводу» о том, что этот вариант действий был предпочтительным.

 

21 июня 1945 года Лидделл продиктовал своему секретарю следующую запись для дневника, в которой говорилось о визите представителя руководства Британского военного управления, а также представителей MI6 и Управления специальных операций, которым нужны были аргументы в пользу проведения судебного процесса над военными преступниками.

 

«Лично я считаю всю эту процедуру довольно ужасной. Генеральный прокурор настаивал, чтобы комиссия по расследованию вынесла решение о том, что определенных людей необходимо казнить, а остальных - отправить в тюрьму на разные сроки, что это предложение должно быть вынесено на рассмотрение в Палату общин и что некоему военному органу должны быть переданы полномочия по обнаружению и аресту этих людей, а также по приведению приговора в исполнение. Это было гораздо более разумным предложением, которое никак не повредило бы репутации закона».

 

«Уинстон выдвинул это предложение в Ялте, однако Рузвельт посчитал, что американцы могут потребовать проведения судебного процесса. Иосиф поддержал Рузвельта, откровенно заявив, что русским нравятся публичные суды, проводимые в целях пропаганды. Мне начинает казаться, что мы опускаемся до уровня пародий на правосудие, характерных для СССР последние 20 лет».

 

В июле 1946 года Лидделл вылетел в Нюрнберг вместе с заместителем руководителя MI5 Освальдом Харкером (Oswald Harker), чтобы наблюдать за судебным процессом над 21 лидером нацистов, включая Германа Геринга («значительно уменьшившегося в весе») и Альберта Шпеера («вероятно, одного из самых талантливых обвиняемых, оказавшихся на скамье подсудимых»).

 

Там его опасения по поводу того, что этот процесс мало чем отличается от показательных судов, подтвердились. «Невозможно избавиться от ощущения, что большей частью того, чем занимались обвиняемые в течение 14 лет и за что они теперь отвечают перед судом, русские занимались на протяжении 28 лет. Это значительно сгущает атмосферу фиктивности всего судебного процесса и приводит меня к выводу, который больше всего меня беспокоит: этот суд представляет собой суд победителей, которые создали свой собственный устав, свою собственную процедуру и свои собственные нормы доказательного права для того, чтобы расправиться с побежденными».

 

Хотя в настоящее время Нюрнбергский процесс считается одним из определяющих моментов в международном праве, представляя собой основу, опираясь на которую можно привлекать к ответственности за совершение военных преступлений, Лидделл считал неблагоразумным судить нацистов за развязывание агрессивной войны. «Невозможно избавиться от чувства… что сейчас создается опасный прецедент», - написал он.

 

Обвиняемые

 

Нюрнбергский процесс начался в 1945 году. Двумя годами ранее СССР, Британия и США приняли Декларацию об ответственности немцев за совершаемые зверства в оккупированной Европе, где говорилось, что после поражения нацистов союзники «будут преследовать их в самых отдаленных частях света… чтобы совершить над ними правосудие».

 

24 ответчикам были выдвинуты обвинения по четырем пунктам: преступление против мира, планирование и ведение агрессивной войны, военные преступления и преступления против человечности. Среди обвиняемых не было Адольфа Гитлера, главы СС Генриха Гиммлера и руководителя пропаганды Йозефа Геббельса, которые покончили жизнь самоубийством. Партийного секретаря Мартина Бормана судили заочно – его останки были обнаружены в Берлине много лет спустя. 

 

Роберт Лей (Robert Ley), глава движения «Сила через радость», повесился в камере еще до начала судебных слушаний. Герман Геринг покончил жизнь самоубийством, приняв капсулу с цианидом в ночь перед казнью.

 

Рудольф Гесс, бывший заместитель Гитлера, который отправился в 1941 году в Британию с так называемым мирным планом, получил пожизненный срок. Он совершил самоубийство в своей камере в тюрьме Шпандау в 1987 году.

 

Альберт Шпеер, личный архитектор Гитлера, который несет ответственность за эксплуатацию труда военнопленных, получил 20 лет тюремного заключения. Фриц Заукель, руководивший распределение рабской силы, был приговорен к смертной казни вместе с еще 12 обвиняемыми.

 

Нюрнбергский процесс дал свое название новому стилю защиты на суде – «я всего лишь выполнял приказы». После него также был принят ряд конвенций, касающихся военных законов, геноцида и прав человека, а также был создан постоянный международный уголовный суд в Гааге.

 

Черчилль просил победу любой ценой, но реальность оказалась страшнее
 
Сюжет: Советских героев 'вычеркивают из истории войны'

05/05/2005

 

С балкона здания английского правительства Уинстон Черчилль 8 мая 1945 года обратился к толпе, заполнившей всю улицу.

'Это ваша победа, - воскликнул он. - Все, мужчины и женщины, сделали все возможное. Ни долгие годы, ни опасности, ни ожесточенные атаки врага ни в малейшей степени не поколебали решимость Британской нации. Господь благослови всех вас'.

Кто-то из толпы крикнул в ответ: 'Нет, это ваша победа'.

На дальнем конце Уайтхолла, на Трафальгарской площади и на Пикадилли, толпа танцевала и пела. Американские солдаты ликовали вместе с военными Великобритании и Содружества и с простыми жителями Лондона, празднуя исход, который пять лет назад казался недостижимым. Тогда, когда немецкие войска вторглись во Францию и обращали защитников в бегство, Черчилль озвучил свою цель перед Палатой общин: 'Победа любой ценой, победа вопреки террору, победа, каким бы долгим и трудным ни был путь к ней'.

Путь оказался еще труднее, чем он опасался. Пятьдесят миллионов людей погибли, значительная часть Европы была разрушена, миллионы оказались без крова и бродили по дорогам Европы, бездомные и голодающие.

Освободители делали ужасающие открытия - вторгнувшись в пределы Германии, они находили так называемые лагеря, полные больных и истощенных людей. Многие умерли в тот момент, когда получили свободу. Это было результатом страшной нацистской политики расовой чистки.

Кое-где еще раздавались последние выстрелы Второй мировой, а солдаты погибали в сражениях.

В Праге, столице Чехословакии, немецкие защитники противостояли наступающим российским войскам, а также перебежчикам из армии Власова, которые в надежде спасти свои жизни в минуту поражения вновь перешли на сторону России.

Отдельные столкновения продолжались в Берлине, где 30 апреля Гитлер совершил самоубийство в своем бункере.

Странным образом власть нацистов сохранилась в Фленсбурге на датской границе, где гросс-адмирал Дениц, которого Гитлер назначил своим преемником, создал правительство в здании немецкой военно-морской академии.

Его 'правительство' продолжало функционировать, отдавая ничего не значащие приказы, до 17 мая, когда британские войска наконец-то арестовали его членов и отправили Деница на военный трибунал в Нюрнберге.

3 мая в Люнебурге фельдмаршал Монтгомери принял капитуляцию немецких войск в северной Германии. Это событие считается историческим, но на самом деле было засекречено. Для выполнения формальностей немцы прислали не генерала, а адмирала. Фельдмаршал принял посетителей со словами: 'Кто эти люди?' До сих пор существует мнение, что это был дерзкий поступок со стороны Германии.

Официально акт капитуляции перед западными союзниками был подписан 7 мая в Реймсе генералом Альбертом Йодлем, начальником оперативного отдела гитлеровской армии, который позже был приговорен к смертной казни в Нюрнберге, в присутствии Эйзенхауэра.

Капитуляция перед Россией произошла в Берлине в сам день окончания Второй мировой в Европе - 8 мая. Фельдмаршал Кейтель, начальник гитлеровского штаба, также приговоренный к повешению в Нюрнберге, подписал акт в присутствии маршала Жукова и британского маршала ВВС Теддера.

Капитуляция, как давно известно, была безоговорочной. Более того, с того момента немецкое государство прекращало существование, а политическая власть переходила к американским, британским, французским и российским силам, оккупировавшим четыре сектора, на которые была поделена Германия.

Уничтожена была не только политическая власть, но и многие законные права, в том числе Женевская конвенция в отношении немецких вооруженных сил.

Опасаясь, что не смогут кормить пленных так, как того требовала конвенция, британцы и американцы решили обозначить их не как 'военнопленных', а как 'сдавшийся в плен личный состав противника'. Изменение в правилах применили даже к узникам в США: 9 мая они неожиданно оказались лишены прав и привилегий, которыми пользовались ранее.

Основная масса пленных на Западе находилась в руках британцев и американцев, поскольку в последние дни войны немецкое командование специально старалось сдавать солдат в британских и американских зонах, а не в российских.

Это было мудрое решение. Русские, как и немцы, никогда не соблюдали Женевскую конвенцию в своем театре боевых действий и многие годы держали пленных немцев в России. Многие из них вернулись домой лишь через десять лет после окончания войны.

Миллионы простых немцев также бежали в западные зоны, начиная с января. Они обоснованно боялись, что Красная армия будет жестоко мстить за страдания, которые Вермахт причинил российскому народу.

К Дню победы в Европе часть Германии между Эльбой и Рейном наводнили миллионы вновь прибывших, бездомных и часто голодающих.

В последние дни войны распространенным средством спасения от Красной армии стало самоубийство. Сто тысяч немцев отравились, застрелились или повесились. Среди них было много женщин, доведенных до этого унижением от массовых изнасилований, совершаемых российскими солдатами.

Некоторые немцы продолжали бороться даже после окончания войны в Европе, особенно на восточном фронте. Некоторые сохранили прежние убеждения и отказывались сдаваться врагам-большевикам. Другие сражались, потому что считали сопротивление единственным средством держаться вместе, когда мир вокруг рушился.

Сопротивления британцам и американцам почти не оказывалось. В западных секторах бывшие солдаты Вермахта старались добраться домой или сдавались огромными толпами, которые затем направлялись в сельскохозяйственные районы вдоль Рейна, где союзники как могли кормили их и селили в вырытых в земле убежищах.

Через несколько недель их захватчики смягчились и отпустили десятки тысяч стариков и школьников, которых Гитлер загнал в армию, когда близилось поражение.

Некоторым европейцам День победы в Европе принес невероятное освобождение. В Гааге еврейская семья, три года скрывавшаяся от нацистов, вышла из убежища и попала прямо к только что прибывшим войскам союзников. Дорит Франк, немецкая девочка, бежавшая от нацистов перед войной и искавшая спасения в Голландии, открыла дверь и увидела канадского солдата, которого позже назвала своим личным спасителем.

В некоторых частях оккупированной Европы союзнические войска появились лишь через несколько дней после Победы. Так, на Нормандских островах сохранялся строгий оккупационный режим даже после получения известия о смерти Гитлера.

Немецкий гарнизон по численности был почти равен местному населению. Островитянам позволили праздновать победу только в 15:00 8 мая, но местные власти сами попросили их не ликовать в открытую. Встречавшиеся им немцы казались обескураженными неожиданной сменой статуса. В Сарке Сибил Хэтэуэй (Sybil Hathaway) поставили во главе 275 немцев, которых затем, 17 мая, эвакуировали в Великобританию. Олдерней, где численность немецкого гарнизона составляла 3 тыс. человек, был освобожден только 16 мая.

Для многих районов Европы победа вовсе не означала освобождение. На смену одной оккупации пришла другая.

Так было во всей Восточной Европе, где за капитуляцией немецкой армии последовало установление просоветского правительства под присмотром Красной армии.

Наибольшее недовольство это вызвало в Польше, которая, поставляя огромное число беженцев в армии, ВВС и ВМФ других стран, могла считаться четвертым по величине участником антинацистского союза.

Кроме того, на протяжении всей войны у поляков было изгнанническое правительство в Лондоне. Но Сталин отказался признать его законным и предпочел принять претензии польского коммунистического комитета 'Люблинские поляки'.

После изгнания немцев из Польши вслед за доблестным провалом национального восстания в августе 1944 'Люблинские поляки' сформировали правительство и оставались у власти до падения коммунизма в 1989 году.

Поляки, отважно сражавшиеся в британской форме, отказались вернуться домой и стали первой крупной иммигрантской общиной в Великобритании в послевоенные годы. К вечному стыду Великобритании, правительство Эттли не позволило бывшим военнослужащим-полякам участвовать в Параде победы в 1946 году, опасаясь оскорбить Россию.

Чехословакия получила недолгий период демократического правления, но в 1947 году россияне организовали переворот, в результате которого к власти пришла Чешская коммунистическая партия, которая также правила до краха европейского коммунизма.

Балтийские государства - Латвия, Литва и Эстония - были насильно включены в состав Советского Союза в 1940, затем оккупированы немцами в 1941, и вновь возвращены в СССР перед окончанием войны. Они обрели независимость только вместе с падением коммунизма.

Югославия, заявлявшая, что сама себя освободила, хотя вмешательство советских войск было ключевым военным действием, также оказалась под управлением коммунистического правительства, которое возглавил маршал Тито, оказавшийся наименее лояльным сторонником Сталина.

Болгария, Албания и Румыния также стали советскими сателлитами, хотя последняя номинально находилась под надзором четырех держав.

Австрия обрела независимость от Германии, которую потеряла при Гитлере, и считалась стороной, выигравшей от освобождения, хотя ее оккупация четырьмя державами продолжалась до 1956 года.

А потому День победы, хотя и положил конец войне в Европе, принес не много плодов настоящего мира тем, кто выжил.

В Великобритании ситуация в послевоенные годы была сложнее, чем во время самой войны. Система выдачи пайков сохранялась и стала суровее. Страна оказалась банкротом и выжила только благодаря американским займам. Армию, которая продолжала сражаться с японцами на Дальнем Востоке, необходимо было сохранять большой даже после победы над Японией в августе, поскольку ей пришлось сдерживать постимперские восстания в Бирме и Палестине.

Считалось, что больше всех от войны пострадала Германия. Ее 50 крупнейших городов лежали в руинах, 600 тыс. жителей погибли в результате союзнических бомбежек, главным образом женщины и дети. 4 миллиона мужчин погибли в боях, из них 800 тыс. - сражаясь с британцами и американцами в битве за Германию. 17 миллионов немцев бежали с востока, в том числе из мест, традиционно населяемых немцами.

Немецкая промышленность, когда-то бывшая локомотивом второй по величине экономики в мире, бездействовала. Институты страны были разрушены, а правительство уничтожено. Хуже всего было то, что Германия стала нацией-изгоем, ее обвиняли в самых страшных преступлениях, которые когда-либо совершала цивилизованная страна.

День победы в Европе стал поводом для веселья. Но даже среди победителей многие задавались вопросом, заслуживает ли празднования такая победа.