Ветеранам войны приходится сражаться с чиновниками за свои права

На модерации Отложенный В воскресенье во многих российских городах и селах прошли мероприятия, приуроченные ко Дню памяти и скорби – годовщине начала Великой Отечественной войны. Еще оставшиеся в живых ее участники встретили этот день со слезами на глазах – и не только потому, что вспоминали павших товарищей. Их пенсии не идут ни в какое сравнение с теми, которые получают ветераны в странах Европы и в США, положенные льготы нарушаются сплошь и рядом, каждый седьмой стоит в очереди на улучшение жилищных условий, а воинские мемориалы приходят в запустение. Чиновники вспоминают о фронтовиках два раза в году – 9 Мая и 22 июня, откупаясь от них унизительными подачками.

Вчера, в те предрассветные часы, когда центр Москвы запрудили болельщики, празднующие нашу футбольную победу, у могилы Неизвестного солдата в Александровском саду собрались несколько десятков участников акции «Обязаны помнить», посвященной 67-й годовщине начала Великой Отечественной войны. Подобные мероприятия были проведены по всей России, но не отличались многочисленностью. А кому-то из геройских стариков и прийти вчера было некуда.

Накануне годовщины начала войны исчез со своего пьедестала памятник в селе Между-Камыш (Республика Алтай). Сделали это не какие-нибудь вандалы под покровом ночи, а нанятые местной администрацией рабочие – средь бела дня, на глазах у всех. По словам чиновников, памятник был изготовлен из гипса, полвека постепенно разрушался и теперь пришел в полную негодность. Между тем один из рабочих признался, что битва с монументом далась им непросто: «Хотели оторвать от постамента – не берет никак. Тогда зацепили трактором, дернули, он и рухнул весь». При этом разъединившиеся фрагменты ни только не раскололись, но даже не поцарапались.

Как будто по тому же сценарию в селе Ташелка Самарской области снесли обелиск павшим героям, сообщает корреспондент «НИ» Сергей ИШКОВ. В районной администрации объяснили: ветхий, мол, денег на реконструкцию нет, а тут школу новую строить надо. Для местных ветеранов уничтожение монумента, землю в основание которого привозили с самого Мамаева кургана, – оскорбление: неужели для школы другого места не нашлось? Отношение к памятникам павшим героям – прямое следствие отношения к тем, кто еще жив (а их сегодня осталось меньше 700 тыс.). По результатам опросов социологов, 55% россиян считают, что государство делает для ветеранов недостаточно, 37% – что участники войны не пользуются уважением в обществе.

При этом 58% полагают, что бывшие фронтовики обеспечены лучше других россиян. Если первые две цифры еще похожи на истину, третья, прямо скажем, вызывает недоумение.

В мае прокуратурой Заволжского района Твери была проведена проверка соблюдения законодательства при предоставлении льгот по оплате за коммунальные услуги участникам войны. По закону им полагается 50%-ная скидка. Как выяснилось, ее ветеранам не делали. Прокуратурой направлено в суд пять исковых заявлений.

В марте в городе Шумиха (Курганская область) работники прокуратуры установили нарушения прав инвалида войны, который в сентябре 2006 года был поставлен на учет как нуждающийся в улучшении жилищных условий. В июле 2007 года ему предоставили помещение, находившееся в совершенно непригодном для проживания состоянии. Мало того, жилье не являлось муниципальной собственностью, и администрация не могла им распоряжаться. Инвалид вынужден теперь скитаться из одной квартиры в другую.

Фронтовик из города Ангарск Иркутской области в прошлом году должен был получить долгожданную квартиру. Ему выделили субсидию в размере 550,5 тыс. рублей, но на квартиру из двух комнат их не хватало. Ветерану предложили доплатить 119,5 тыс. Таких денег у пенсионера не было, и он вынужден был просить «однушку» в пределах субсидии. Однако управление социальной защиты населения области на эту просьбу не откликнулось, и участник войны, инвалид, остался без квартиры. Областная Контрольно-счетная палата провела проверку использования бюджетных средств, выделенных на строительство и приобретение жилья, и выяснила, что часть их осталась неосвоенной. Квартиры из одной комнаты в наличии имелись. Кроме того, оставались и неиспользованные бюджетные ассигнования – можно было бы из них добавить инвалиду недостающую сумму...

В очереди на жилье в России стоят 98 тыс. ветеранов. Не так уж и много, чтобы помочь всем и по возможности скорее – ведь каждому далеко за 80. Но очередь не рассасывается (в 2007 году квартиры получили всего лишь 4 тыс. фронтовиков). Похоже, местные власти не горят желанием ее сократить, хотя время от времени делают громкие заявления.

Так, четыре года назад тогдашний вице-губернатор Санкт-Петербурга Владимир Дербин пообещал, что проблема обеспечения жильем ветеранов будет решена к 60-летию Победы. Однако сегодня в очереди на жилье стоят 17,7 тыс. ветеранов, причем 14,4 тыс. из них – жители коммуналок, поставленные на учет еще в конце 80-х. До конца этого года власти планируют улучшить жилищные условия 4 тыс. семей ветеранов и инвалидов войны, однако, по признанию губернатора Валентины Матвиенко, обеспечить жильем всех к 65-летию Победы будет «чрезвычайно сложно».

Кое-кто из питерских фронтовиков вообще может вскоре оказаться на улице. Анна Ивановна Митрофанова пожаловалась собкору «НИ» Наталье ШЕРГИНОЙ, что ее пытаются выселить из квартиры по суду без предоставления жилья. Анна Ивановна – вынужденная переселенка, беженка из Чечни, занимает комнату в доме, который был включен в резервный фонд в 1997 году. «У меня накопилось несколько открыток с поздравлениями с Днем Победы от президента России и от губернатора Валентины Матвиенко, – с обидой говорит фронтовичка. – Государственные люди благодарят за ратный подвиг, а меня тут же выселяют!» Как рассказала «НИ» координатор петербургского «Общества вынужденных переселенцев из Чечни» Елена Малиновская, в «черных списках» 40 семей беженцев, и почти в каждой есть ветераны. «Повод формальный, – поясняет г-жа Малиновская, – якобы все эти люди не продлили статус беженцев, поэтому потеряли право занимать жилье из резервного фонда!
Но куда же им деваться? Я задала этот вопрос членам Конституционного суда, ждем ответа».

Хорошо, если есть кому за тебя вступиться, но, как правило, участники войны остаются со своими проблемами один на один. Ведь авторитетных общественных организаций, способных защитить их права, в России нет. Анна Григорьевна Мельниченко из Тольятти за три года прошла все круги чиновничьего ада. Добиваясь смены гражданства, она отстояла многочасовые очереди в паспортно-визовую службу, где узнала, что ей необходимо собрать паспорта и справки от детей и родственников до седьмого колена и сдать анализы на все мыслимые и немыслимые заболевания, включая ВИЧ-инфекцию. А когда женщина пришла в военкомат, чтобы подтвердить статус ветерана, услышала там от молоденькой секретарши: «Сколько же вас тут ходит, приспособленцев!» Анне Григорьевне показалось, что у нее остановилось сердце. Вечером «скорая помощь» отвезла ее в больницу. Лишь спустя три года, Мельниченко удалось доказать, что она фронтовичка.

Кубань – один из тех регионов, где в послевоенные годы осело очень много ветеранов войны, сообщает корреспондент «НИ» в Краснодаре Сергей ПЕРОВ. И власти всегда считались с мнением ветеранских организаций. Тем не менее жалобы на равнодушие чиновников у фронтовиков есть. На войну Борис Бердиус ушел мальчишкой и прошел ее всю до Берлина. Казалось бы, участник освобождения Краснодара вправе рассчитывать на помощь. Но вот уже полгода ветеран и его семья испытывают трудности с подачей в дом воды. В ремонтно-эксплуатационном предприятии от г-на Бердиуса потребовали, чтобы он заплатил за прокладку новой трубы. А когда фронтовику удалось найти спонсора, пришлось потратить немало времени и сил на согласование вопроса с проведением водопровода в вышестоящих инстанциях.

Накануне Дня Победы губернатор Саратовской области Павел Ипатов вручил 266 ветеранам ключи от «Жигулей», передает корреспондент «НИ» Константин ФОМИЧЕВ. Впрочем, как пояснили «НИ» в Министерстве соцразвития, машины для ветеранов покупаются на деньги, выделяемые из федерального бюджета. Вообще саратовские власти любят громко заявлять о поддержке ветеранов. Но все эти заявления делаются либо накануне выборов, либо в преддверии 9 Мая. Как рассказала «НИ» участница войны Нина Дмитриевна Карташева, до нынешнего года кандидаты в депутаты областного Законодательного собрания присылали ей и ее сверстникам к каждому празднику поздравительные открытки, а к 9 Мая приносили чай и конфеты. Однако в этом году, после прошедших в декабре выборов, о ветеранах никто не вспомнил. «Мне не нужны эти подачки, – говорит Нина Дмитриевна, – меня возмущает лицемерие чиновников. Нас осталось не так много, и даже простая открытка поднимала настроение, означала, что нас еще помнят, а не вспоминают от случая к случаю».

Кстати, ее сестра, также ветеран войны, проживает в небольшом доме в центре города, в котором уже несколько лет протекает крыша. Несмотря на многочисленные просьбы о помощи, ни районные, ни городские власти так и не удосужились прислать бригаду ремонтников. Зато несколько лет назад в опасной близости к дому было построено элитное жилье, отчего двухэтажка пошла трещинами и вот-вот рассыплется. Но власти это, похоже, не волнует – до следующих выборов далеко.

У АМЕРИКАНСКИХ ВЕТЕРАНОВ ЕСТЬ ДЕНЬГИ НА СВАДЬБУ В США система социального обеспечения ветеранов войн начала складываться еще в XVIII веке. Льготы распространяются на участников всех боевых действий, в которых участвовала армия США, – Первой и Второй мировых войн, войны во Вьетнаме, Афганистане и Ираке. Сейчас в США статус ветерана войны и члена семьи ветерана имеют около 30 млн. человек. Как правило, большинство из льгот направлены на поддержку «новых» ветеранов. Государство за свой счет оплачивает страхование жизни участника войны, медицинскую страховку, дает гарантии по кредитам на приобретение недвижимости ветеранам. Так, около 30 млрд. долларов в год расходуется на выплату пособий по инвалидности, временной нетрудоспособности участников боевых действий. А с этого года участники войны могут бесплатно получить любое высшее образование. В рамках ведомства по делам ветеранов действует около 200 госпиталей, оказывающих все виды медицинских услуг. Недееспособные же ветераны получают настолько весомые пенсии, что до сих пор в Штатах фиксируется аномально большое количество браков между пожилыми экс-военными и молодыми женщинами. Дополнительные пособия полагаются ветеранам, достигшим 65-летнего возраста. Таким образом компенсируются те новые льготы, которые предоставляются более молодым ветеранам (например, льготы на образование). Ведь пожилые люди уже вряд ли ими воспользуются. В случае нетрудоспособности жен или детей ветеранов им также остается право получать ветеранскую пенсию даже после смерти участника войны. Государство берет на себя все расходы, связанные с погребением ветерана.

Андрей СУСАРОВ

РУССКИЕ ВЕТЕРАНЫ В ГЕРМАНИИ НИ В ЧЕМ НЕ НУЖДАЮТСЯ К ветеранам в ФРГ относятся с исключительным уважением, которое проявляется не только на словах, но и на деле. Даже бывшие члены СС, если юридически не доказана их причастность к преступлениям против человечества, получают в ФРГ полный пакет социальных благ на правах бывших военнослужащих и пенсионеров по возрасту. Представители же армии-победительницы, переехавшие на постоянное место жительства в Германию, вообще ни в чем здесь не чувствуют себя ущемленными. Для русских ветеранов, когда-то штурмовавших Берлин, не предусмотрены специальные льготы. Но и стандартный набор услуг со стороны государства впечатляет: бесплатные просторные квартиры, медицинское обслуживание на высшем уровне за счет страховых касс и денежные пособия, вполне достаточные для ведения полноценной жизни и даже путешествий. Кроме материальной помощи, они получают и моральную поддержку. 8 и 9 Мая, когда ветераны выходят на улицы немецких городов при полном параде, местные жители жмут им руки и дарят цветы.