Польские шпионы в СССР и России: реальные и выдуманные

На модерации Отложенный

С 1937 по 1938 год было арестовано 139 835 «польских шпионов», а нынче – только два.

 

Одна из топ-новостей – задержан и арестован по обвинению в государственной измене Александр Воробьев, помощник полномочного представителя президента в Уральском федеральном округе, До сих пор госслужащего столь высокого ранга (государственный советник 3 класса, по военной иерархии – генерал-майор, контр-адмирал) в госизмене не обвиняли.

 Пресса сообщает, что он передавал польской разведке сведения с заседаний Совета безопасности РФ, о которых мог знать со слов своего шефа – полпреда президента, члена Совета безопасности Николая Цуканова. Безусловно, это удар по репутации, положению и самого Цуканова. У него с Воробьевым – давние, с 2005 года, дружеские связи, со времен совместной работы в Калининградской области, начиная с районного уровня и до губернаторского.

Месяцем ранее Московский городской суд вынес приговор гражданину Польши Мариану Радзаевски: «Признать Радзаевски виновным в совершении преступления по статье 276 УК РФ (шпионаж) и назначить в его отношении наказание в виде 14 лет лишения свободы в колонии строгого режима».

Процесс был закрытым, но, тем не менее, сообщается, что Радзаевски пытался организовать сделку по приобретению частей зенитно-ракетного комплекса «С-300» и вывоза комплектующих в Польшу. «В ходе следствия подтверждено, что Радзаевски действовал в интересах польской организации, являющейся ведущим поставщиком национальных вооруженных сил и спецслужб», - говорится в информации Федеральной службы безопасности РФ.

То ли эти дела связаны, то ли совпали во времени, но так или иначе, возникли толки и кривотолки, вплоть до стёба об «активизации нашей контрразведки на польском фронте» и т. п. Конечно, вспомнилось давнее советское: «Три кита, на которых держится мир – русская рачительность, польская скромность и монгольская электроника». Конечно, «польская разведка» - это не «монгольская электроника» коммунистических времен, но… Надо учитывать, что Польша в русском, российском и советском сознании занимала и занимает особое место. Со времен средневековья мы соседи, друзья-враги, некогда Польша входила в состав Российской империи, мы связаны сложным комплексом чувств – от восхищения до неприязни, от зависти до демонстрации великодержавного превосходства.

Если же рассматривать историю в контексте некоторых современных иронических комментариев о «польском шпионаже», то кем считать польского ставленника Лжедмитрия Первого и его польскую жену Марину Мнишек, восседавших на русском троне? Что думать о нашей Боярской думе лета 1605 года, которая направила своих представителей к самозванцу, идущему на Москву? А кто Федор Мстиславский, братья Шуйские и Иван Воротынский, которые с почестями встретили Лжедмитрия в Туле – польские шпионы, агенты влияния? Челом бил лжецарю и Филарет Романов – отец будущего юного царя Миши Романова и будущий патриарх всея Руси… Как оценивать Боярскую думу лета 1610 года, которая призвала на русский трон польского королевича Владислава? Если бы он принял православие и прибыл в Москву, была бы у нас с 1610 года польская династия?

И далее на протяжении четырех веков «польский вопрос» оставался злободневным для русского сознания, российской внешней и внутренней политики.

Польская шпиономания и репрессии по национальному признаку начались еще с середины 20-х годов. После окончания Первой мировой войны были установлены Версальский мир и Версальская международная система. 6 октября 1918 года провозглашено независимое Польское государство.

Вожди молодой Советской республики тотчас, в 1919 году (когда Гражданская война была в разгаре!), начали войну против Польши. Они почему-то на дух не выносили условия Версальского мира.

«Разрушая польскую армию, мы разрушаем тот Версальский мир, на котором держится вся система теперешних международных отношений. Если бы Польша стала советской, Версальский мир был бы разрушен и вся международная система, которая завоевана победами над Германией, рушилась бы», - писал Ленин.

Война против Польши была составной частью плана, идеи «мировой революции». Но она закончилась поражением. «Мы ждали от польских рабочих и крестьян восстаний и революции, а получили шовинизм и тупую ненависть к «русским», - сокрушался Ворошилов.

18 марта 1921 года Польша и РСФСР подписали мирный договор. Естественно, в рамках создания госаппарата была основана и Польская служба разведки - Второй отдел Генерального штаба Польской армии, в обиходе - «двуйка». Она только называлась военной разведкой, а на самом деле объединяла все спецслужбы, включая контрразведку и политический сыск. Формировались резидентуры и агентура в СССР - ведь СССР был главным врагом Польши наряду с Германией.

Другое дело, что возможности ограничены. В 1937-1938 годах штат Второго отдела насчитывал 200 офицеров. А ведь помимо СССР и Германии надо было «охватить» и другие страны Европы, и, желательно, мира. Тем не менее, по данным польских архивов, в СССР в 1927-1939 годах работало 46 шпионских резидентур.

А по отчетам НКВД - тысячи и тысячи!

Польша всегда была болезненной и раздражающей занозой для правителей Российской и Советской империй. Для Сталина – особенно. Он ведь был членом Реввоенсоветов Западного и Юго-Западного фронтов, политическим руководителем в Польском походе 1919-1920 годов, который закончился полным поражением Красной Армии. И через 20 лет добился реванша. 31 октября 1939 года, после того, как советские и гитлеровские армии захватили и расчленили Польшу, Председатель Совета народных комиссаров В.М Молотов объявил на сессии Верховного Совета СССР: «Оказалось достаточным короткого удара по Польше со стороны сперва германской армии, затем – Красной Армии, чтобы ничего не осталось от этого уродливого детища Версальского договора».

Но за два года до тех мировых событий в СССР началась «Польская операция» НКВД. Она стала продолжением массовых репрессий, устроенных во исполнение специальных постановлений Политбюро ЦК ВКП(б). 30 июля 1937 года вышел приказ НКВД № 00447 - «Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов». С него начался «Большой террор».

А следом, 11 августа - приказ о «Польской операции».

ОПЕРАТИВНЫЙ ПРИКАЗ

народного комиссара внутренних дел

Союза С.С.Р.

11 августа 1937 г. г. Москва

№ 00485

Рассылаемое вместе с настоящим приказом закрытое письмо о фашистско-повстанческой, шпионской, диверсионной, пораженческой и террористической деятельности польской разведки в СССР, а также материалы следствия по делу «ПОВ» вскрывают картину долголетней и относительно безнаказанной диверсионно-шпионской работы польской разведки на территории Союза.

Из этих материалов видно, что подрывная деятельность польской разведки проводилась и продолжает проводиться настолько открыто, что безнаказанность этой деятельности можно объяснить только плохой работой органов ГУГБ и беспечностью чекистов.

Даже сейчас работа по ликвидации на местах польских диверсионно-шпионских групп и организации ПОВ полностью не развернута. Темп и масштаб следствия крайне низкие. Основные контингенты польской разведки ускользнули даже от оперативного учета (из общей массы перебежчиков из Польши, насчитывающей примерно 15.000 человек, учтено по Союзу только 9.000 человек. В Западной Сибири, из находящихся на ее территории около 5.000 перебежчиков, учтено не более 1.000 ч.). Такое же положение с учетом политэмигрантов из Польши. Что касается агентурной работы, то она почти совершенно отсутствует. Больше того, существующая агентура, как правило, двойническая, подставленная самой польской разведкой.

Недостаточно решительная ликвидация кадров польской разведки тем более опасна сейчас, когда разгромлен московский центр «ПОВ» и арестованы многие активнейшие его члены. Польская разведка, предвидя неизбежность дальнейшего своего провала, пытается привести, а в отдельных случаях уже приводит в действие свою диверсионную сеть в народном хозяйстве СССР и, в первую очередь, на его оборонных объектах.

В соответствии с этим основной задачей органов ГУГБ в настоящее время является разгром антисоветской работы польской разведки и полная ликвидация незатронутой до сих пор широкой диверсионно-повстанческой низовки «ПОВ» и основных людских контингентов польской разведки в СССР.

ПРИКАЗЫВАЮ:

1. С 20 августа 1937 года начать широкую операцию, направленную к полной ликвидации местных организаций «ПОВ» и, прежде всего, ее диверсионно-шпионских и повстанческих кадров в промышленности, на транспорте, совхозах и колхозах.

Вся операция должна быть закончена в 3-х месячный срок, т.е. к 20 ноября 1937 года.

2. Аресту подлежат:

а) выявленные в процессе следствия и до сего времени не разысканные активнейшие члены «ПОВ» по прилагаемому списку;

б) все оставшиеся в СССР военнопленные польской армии;

в) перебежчики из Польши, независимо от времени их перехода в СССР;

г) политэмигранты и политобменные из Польши;

д) бывшие члены ППС и других польских антисоветских политических партий;

е) наиболее активная часть местных антисоветских националистических элементов польских районов.

3. Операцию по арестам провести в две очереди:

а) в первую очередь подлежат аресту перечисленные выше контингенты, работающие в органах НКВД, в Красной Армии, на военных заводах, в оборонных цехах всех других заводов, на железнодорожном, водном и воздушном транспорте, в электросиловом хозяйстве всех промышленных предприятий, на газовых и нефтеперегонных заводах;

б) во вторую очередь подлежат аресту все остальные, работающие в промышленных предприятиях не оборонного значения, в совхозах, колхозах и учреждениях.

4. Одновременно с развертыванием операции по арестам начать следственную работу. Основной упор следствия сосредоточить на полном разоблачении организаторов и руководителей диверсионных групп, с целью исчерпывающего выявления диверсионной сети. Всех проходящих по показаниям арестованных шпионов, вредителей и диверсантов — НЕМЕДЛЕННО АРЕСТОВЫВАТЬ. Для ведения следствия выделить специальную группу оперативных работников.

5. Все арестованные по мере выявления их виновности в процессе следствия — подлежат разбивке на две категории:

а) первая категория, подлежащая расстрелу, к которой относятся все шпионские, диверсионные, вредительские и повстанческие кадры польской разведки;

б) вторая категория, менее активные из них, подлежащие заключению в тюрьмы и лагеря, сроком от 5 до 10 лет.

6. На отнесенных в процессе следствия к первой и второй категории, каждые 10 дней составляются списки с кратким изложением следственных и агентурных материалов, характеризующих степень виновности арестованного, которые направляются на окончательное утверждение в НКВД СССР.

 

Отнесение к первой или второй категории на основании рассмотрения агентурных и следственных материалов производится Народным Комиссаром Внутренних Дел республики, начальником УНКВД области или края, совместно с соответствующим прокурором республики, области, края.

Списки направляются в НКВД СССР за подписью Народного Комиссара Внутренних Дел республики, начальников УНКВД и Прокурора соответствующих республик, края и области.

После утверждения списков в НКВД СССР и Прокурором Союза приговор немедленно приводится в исполнение, т.е. осужденные по первой категории — расстреливаются и по второй отправляются в тюрьмы и лагеря, согласно нарядов НКВД СССР.

7. Прекратить освобождение из тюрем и лагерей оканчивающих срок заключения осужденных по признакам польского шпионажа. О каждом из них представить материал для рассмотрения на Особое Совещание НКВД СССР.

8. Всю работу по разгрому «ПОВ» и всех остальных контингентов польской разведки умело и обдуманно использовать для приобретения новой агентуры по польской линии.

При отборе агентуры особо тщательное внимание обратить на меры, обеспечивающие органы НКВД от проникновения в сеть двойников-агентов польской разведки.

Списки всех намеченных к вербовке агентов, с исчерпывающей характеристикой на них, направлять на утверждение начальника ГУГБ НКВД тов. ФРИНОВСКОГО.

9. О ходе операции телеграфно доносить каждые 5 дней, т.е. 1, 5, 10, 15, 20, 25 и 30 числа каждого месяца.

п.п. НАРОДНЫЙ КОМИССАР ВНУТРЕННИХ ДЕЛ СССР ГЕНЕРАЛЬНЫЙ КОМИССАР ГОС. БЕЗОПАСНОСТИ — ЕЖОВ

С подлинным верно: ОПЕРСЕКРЕТАРЬ ГУГБ НКВД СССР Комбриг (УЛЬМЕР)

(Центр хранения современной документации, Ф. 6. Оп. 13. Т. 6. Л. 8–51)

К приказу прилагалось закрытое письмо «О фашистско-повстанческой, шпионской, диверсионной, пораженческой и террористической деятельности польской разведки в СССР» – на 30 страницах. С именами, фамилиями – если верить, жуткая картина разгула польской разведки в беззащитном СССР на протяжении двадцати лет.

Постоянно упоминаемая в приказе и в закрытом письме «ПОВ» - это «Польская организация войсковая», созданная в 1914 году для борьбы за независимость. Ее распустили еще в 1922 году. ПОВ, действующая в СССР в 30-е годы – это как обвинение в рытье туннеля от Бомбея до Лондона. Но вполне годится для «польской массовой операции», для мобилизации «органов» и населения на борьбу против «пятой колонны» поляков, живущих в СССР. В стране началась антипольская истерия, кампания по «разоблачению». Сама операция длилась не 3 месяца, как указано в приказе, а полтора года.

В 1937 году в СССР проживало 636 220 поляков.

По данным Центрального архива ФСБ (ЦА ФСБ РФ, Ф-8-ос, оп. 1), в ходе «Польской операции» осуждено 139 835 человек, из них приговорено к расстрелу 111 091 человек.

После победы над гитлеровской Германией в Польше на 44 года установилось коммунистическое правление, она стала частью «мировой системы социализма». Сохраняя при этом некоторые гражданско-бытовые вольности, которые воспринимались советскими туристами чуть ли не как «дух свободного Запада». В те времена мы острили: «Польша – самый веселый барак в нашем социалистическом лагере».

И вот – снова. Как говорил незабвенный Виктор Степанович Черномырдин: «Никогда такого не было – и вот опять!»

Конечно, во всех странах были, есть и долго еще будут свои спецслужбы. В современной Польше это Агентство разведки, Служба военной разведки, Служба военной контрразведки, Финансовая разведка, Управление охраны государства, Военная информационная служба…

«Деятельность секретных служб похожа на айсберг в океане, в основном он под водой, - рассказывал в недавнем интервью подполковник польского Агентства разведки Войцех Мартынович. - Операция разведки по высшему классу - это такая операция, которая проходит так, что никто, особенно ее жертвы, не отдают себе ни малейшего отчета, что стали ее жертвой. Все, что оставляет ненужный след, заставляет предполагать, что этим занимались или совершенные профаны, или же так было надо. В мире секретных служб идет, не прекращаясь ни на секунду, война. И как на каждой войне, адреналин и стресс зашкаливают. Постоянный стресс еще никогда и никому не пошел на пользу. Не требуется ни «Новичок», ни пули или полоний, чтобы вас настиг инфаркт или хватил удар».

Однако нам, людям обыкновенным, надо учитывать, что жизнь в их мире приводит не только к инфарктам, но и к деформации сознания. К существованию двух сознаний в одном человеке, в одной голове, когда повсюду искренне мерещатся «враги» и «шпионы». А ведь их, обладателей таких голов, много, очень много.

Помню, зашел, как это делал каждую неделю, в редакцию журнала к своему другу Валентину Ковалеву. Было это в 1993 году. Он только что напечатал статью двух авторов из МИД и ПГУ - Первого главного управления КГБ, внешней разведки. (В 93-м оно уже называлось Службой внешней разведки.) Авторы, как водилось тогда, пришли отметить событие – с набором коньяков в кейсах. Вечер мы провели хорошо. Ребята отличные. Одеты стильно, но не лощеные, в глаза не бросаются, все в меру. А главное – образованные, умные, остроумные. Приятные собеседники.

В конце вечера Валентин обмолвился, что его попросили подготовить, написать общую Концепцию передач создаваемой тогда телерадиокомпании стран СНГ. (Она и сейчас успешно работает, в меру сил формируя общее информационное пространство десяти стран, председатель совета директоров – глава пресс-службы Кремля.) Мидовцы-разведчики тотчас подхватили: «Да знаем, знаем, они планируют запустить шпионский спутник – под видом спутника связи, а потом второй – всю нашу территорию будут просвечивать».

И так далее, и тому подобное. Если память не изменяет, вплоть до финансирования с Запада.

После их ухода мы с Валентином долго смотрели друг на друга, вытаращив глаза. Потом спросили друг друга: «Это правда – или нам помстилось? Ведь вроде бы абсолютно нормальные ребята!».

 Специальный корреспондент "НИ " Ирина Мишина попросила прокомментировать «польский шпионский скандал» генерал-майора ФСБ Александра Михайлова.

НИАлександр Георгиевич, не кажется ли Вам этот шпионский скандал слишком раздутым? Польша – небольшое соседнее государство, ядерным оружием не обладает, начать войну против России не может. Стоит ли верить сообщениям о «польской шпионской сети» в России?

А.Михайлов: «Польские спецслужбы никогда не были самостоятельными. Они действуют под контролем США: Польша – член НАТО. Как это ни странно прозвучит, у США и Польши – общая стратегия и логика разведывательной деятельности в отношении России. США управляют разведывательной деятельностью всех стран, которые граничат с РФ. И тем более не случайно, что шпионская агентура могла действовать на Урале, где много оборонных предприятий, которые разрабатывают новые виды вооружений, где проходят совещания по новым видам нашего оружия. Думаю, что арест Воробьева - не случайность: взяли Радзевского, он начал сотрудничать со следствием, и не исключено, что от него ниточки потянулись на Урал, к Воробьеву.

Есть и еще одно обстоятельство, которое меня наводит на мысль о том, что шпионаж мог иметь место. Александр Воробьев родом из Калининградской области, он долгое время там жил, учился, работал. Калининградская область, как известно, граничит с Польшей. Воробьев , судя по всему, часто туда ездил, имел в Польше много контактов. В 2000-х он даже зачем-то проходил в Варшаве обучение в National School of Public Administration, имел в Польше недвижимость, у него был польский паспорт…".

НИВоробьев был всего лишь помощником полпреда с 3-й формой допуска к секретным документам. Однако, сейчас выдвигают версию, что он был чуть ли не тем самым источником из Администрации президента, на который ссылались западные СМИ во время громких международных скандалов: об операции ГРУ, направленной на взлом серверов Демократической партии США во время президентских выборов в 2016 году, на дело об отравлении Скрипалей… Действительно ли Воробьев – такая серьезная фигура?

А.Михайлов: "Чиновника высшего эшелона власти завербовать сложно. А вот человек, который находится все время рядом с носителем государственных тайн, его доверенное лицо – это очень удобный вариант для вербовки. Помощник полпреда присутствует на всех совещаниях, сопровождает полпреда в поездках, через него проходит часть документации. К тому же Воробьев был чуть ли не семейным юристом у Цуканова, то есть был вхож в дом, мог вести доверительные беседы, узнавать секретную информацию. Что касается «слива» в западные СМИ, данных про взлом серверов во время последних выборов в США, дела Скрипалей и всего остального – тут, думаю, «источник» мог просто вдохновенно врать, чтобы показать свою значимость и информированность. Я не уверен, что он «сдавал» какие-то важные государственные тайны. Спецслужбы с полпредами не делятся информацией государственной важности. Хотя Цуканов входит в Совет безопасности и мог взболтнуть лишнего своему помощнику и, как я понимаю, другу - Александру Воробьеву».

НИЧем , по-Вашему, мог быть интересен Воробьев западным спецслцжбам?

А.Михайлов: «Есть 3 направления: военная разведка, научно-техническая разведка, политическая разведка. Воробьев мог знать некоторые вопросы политического характера из переписки и общения со своим руководителем – полпредом Цукановым. Но к каким-то серьезным политическим вопросам он отношения не имел, я в этом уверен. А вот что касается военных разработок, связанных с вооружением, тут он вполне мог получать информацию во время поездок по уральским оборонным предприятиям, на совещаниях по разработкам новых видов вооружений. Этого я не могу исключать».

НИМожно ли говорить о причастности полпреда Цуканова к деятельности подозреваемого в шпионаже в пользу Польши Александра Воробьева?

А.Михайлов: «На самом деле, там интересная цепочка выстраивается. Как следует из биографии Воробьева, они с Цукановым земляки, работали вместе с середины 2000-х, Воробьев занимал разные должности в команде будущего полпреда. Когда Николай Цуканов стал губернатором Калиниградской области, Воробьев находился на руководящих постах в региональном правительстве: был полномочным представителем губернатора Калининградской области в органах судебной власти, главой Агентства по имуществу Калининградской области. Когда Цуканов переместился на должность помощника Президента РФ, Воробьёв занял должность руководителя его аппарата. В 2018-м году Цуканов был утверждён полпредом Президента РФ в Уральском федеральном округе, и Воробьёв сразу был назначен его помощником. Очевидно, что этих людей что-то сильно связывало. Возможно, взаимное доверие, возможно что-то еще…

Если хотите мое мнение, я не думаю, что полпред Николай Цуканов причастен к шпионскому скандалу. Но где-то мог взболтнуть лишнего, проговориться, доверить секретные документы. В этой связи Цуканову могут предъявить неразборчивость в кадрах и небрежность к государственным секретам. Следствие разберется".