Может ли элита жить на два дома?

Недавно побыла на одном интересном «круглом столе» в РИА Новости. Поводом для него стал выпуск  издательством «Кучково поле»  книги Энтони Бланта «Теории искусств в Италии, 1450–1600». Культуроведческий труд вышел в серии «Реальная политика», обычно развенчивающей происки врагов России. Интрига в том, что его автор – один из членов знаменитой «кембриджской пятерки», самой успешной разведывательной группы в истории отечественных спецслужб. Второй интригой стал уникальный состав участников. А третьей – их отнюдь не лежащие в мейнстриме подходы к обсуждаемой теме: "Советские разведчики: битва за ценности".

А действительно, за какие такие ценности бились советские разведчики? С точки зрения нынешнего дня, получается, что за ложные? С точки зрения сторонников распада СССР. Но есть ведь и высшая правда, ныне доступная не всем.

Энтони Блант – искусствовед в штатском

Написавший книгу еще в 1940 году Энтони Блант – британский историк искусства, куратор королевской коллекции и даже троюродный брат нынешней королевы Елизаветы. Казалось бы, где вдохновлявшая его эпоха Возрождения и где Советский Союз? Но глубинная связь между ними вполне прозрачна, считает полковник СВР Россия ии в отставке, ученик Кима Филби, Михаил Богданов. Именно вера в ценности гуманизма и разум человека, рожденная Ренессансом, побудила лучших представителей британской элиты, выходцем из которой был и автор монографии, сотрудничать с советской разведкой в борьбе с фашизмом. Он рассказывает:

«Поверьте, все члены «пятерки» абсолютно равные и еще неизвестно, кто внес больший взнос в дело разгрома фашизма. Ким Филби достиг важных постов во внешней британской разведке (Ми–6). Высокие позиции в Форин–офисе (МИД Великобритании) занимал Дональд Маклин. Успешную дипломатическую и журналистскую карьеру сделал Гай Бёрджес, Джон Кернкросс, успешный сотрудник Министерства финансов, личный помощник близкого к Черчиллю министра, долго работал в Центре радиоперехватов и дешифровки Блетчли–парк. Благодаря ему снятая с «Энигмы» секретная информация о стратегии и военных планах Гитлера зачастую поступала в Кремль быстрее, чем к Черчиллю.

Энтони Блант из искусствоведа превратился в талантливого офицера контрразведки (Ми-5) и держал советских разведчиков в курсе методологии работы британских спецслужб. Когда Кима Филби спрашивали о достижениях группы, он на плохом русском языке отвечал: «Прохоровка, Прохоровка, Прохоровка»... Переданные «пятеркой» ценные сведения оказали огромную помощь в подготовке разгрома врага в Курской битве».

Что же здесь нового, чего бы мы ни знали?

Новое – актуальность вопроса: как все эти люди, выпускники элитарного Кембриджа, сделали свой мировоззренченский выбор? Почему они гордились тем, что действовали на идейной основе и никогда ни одного пенни не взяли от советской разведки? Чтобы это понимать, надо знать, в какой обстановке произошло формирование их как личностей. В Кембриджском университете в 30–е годы царила атмосфера левых настроений, необходимости идей социального обновления и более справедливого устройства жизни, работали марксистские кружки.

Первые ростки реализации гуманистических идей Филби, Бёрджис и Блант видели в Советском Союзе, куда каждый из них по отдельности съездил в середине 30–х годов. Блант специально поехал посмотреть подлинники Леонардо да Винчи в Эрмитаже и вернулся восхищенный культурным строительством в нашей стране. До этого они  побывали в Германии, ощутили железную поступь фашизма. Филби даже с помощью фиктивного брака вывез оттуда еврейскую девушку. Они понимали, что единственной силой, способной сокрушить нацизм был СССР.

Не все измеряется деньгами

Один из участников употребил слово «агенты», против чего, как и термина «вербовка» в отношении «кембриджской пятерки» возразил Андрей Безруков, в недавнем прошлом разведчик–нелегал в США, ныне доцент МГИМО, советник руководства Роснефти.

«К ним эти понятия совершенно неприменимы, – говорит он. – Мы недооцениваем их желание изменить мир, – говорит он. – Они мальчишками видели Первую мировую войну и жили в стране, где в начале века 1 процент правящего класса владел почти 90 процентами национального богатства. Расслоение британского общества было чудовищным и еще до того, как они стали антифашистами, они уже сделали логический выбор в пользу идей социальной справедливости. А оплотом этой борьбы тогда являлся Советский Союз».

Развитие идет по спирали и сегодня мы снова попали в круг похожих проблем. Пропасть между богатым меньшинством и бедным большинством только расширяется, назревает передел мира, чреватый войной. В США вызывает огромный отклик у молодежи социалист Сандерс США.

«Это и есть запрос на справедливость, убежден Андрей Безруков. - Вот такие мостики между прошлым и будущим выстраиваются. Через сто лет мир возвращается к тем же вызовам, что стояли перед ним в начале ХХ века. И тот выбор в противостоянии идеалов гуманизма и нацизма, который сделала в свое время «кембриджская пятерка», заставляет нас оптимистично смотреть в будущее».

Мир тесен не только в пространственном измерении, но и во временном. Об этом напомнил Вениамин Попов – один из самых известных российских экспертов по Ближнему Востоку. Он работал послом в Ливии, Тунисе, Йемене, ныне горячих точках планеты. «Арабская весна» – сложное явление. Это не только инструмент дестабилизации мира, но и выражение потребности народов в его новом, более справедливом устройстве. «Причина – чудовищное расслоение общества. Ситуация, когда на 2,5 тысячи миллиардеров приходится 7,7 триллиона долларов, больше, чем ВВП любой страны, кроме Китая и США, долго продолжаться не может», – уверен дипломат. 

Устарело ли понятие «служения»?

Но эта же ситуация ставит вопрос о том, способны ли современные элиты сделать правильный выбор? В поисках ответа советник министра обороны РФ Андрей Ильницкий вновь обращается к примеру жизни «кембриджской пятерки»:

«Они пришли к сотрудничеству на сугубо ценностных основаниях. И это не тот выбор, который сейчас делается многими российскими футболистами, которые, условно говоря, просто за миллион на поле не выйдут. Филби и его соратники выбрали нематериальные ценности. И обрели они их в Кембриджском университете, там, где формируются и закрепляются сами идеалы, и группы, их продвигающие. Национальные элиты в самом прямом и точном смысле слова».

Что сегодня происходит в российской школе в широком понятии? В вузах, например.  

В октябре студентка элитарного вуза, дочь олигарха заявила в своем аккаунте в соцсети, что «везде лучше, чем в рашке». Так она называет свою страну. Это будущий дипломат, призванный служить своему Отечеству. Выпускники другого элитарного учебного заведения, будущие дипломированные защитники Родины, устраивают покатушки на гелендвагенах - гуляй, Расея!

А чего вы хотели, если нам двадцать с лишним лет вбивали в башку, что сфера образования должна давать только образовательные услуги. Воспитание? Это вы о чем? Для этого есть семья. Андрей Ильницкий убежден, что надо заботиться не только о максимальном объеме знаний, но и о ценностном наборе, который студенты вынесут из вуза.

Ценности – непременный атрибут идеологии. Опять же закавыка. По Конституции РФ в России вообще не может быть государственной идеологии. О каком служении тогда вести речь? Без идеологии служение превращается в наемничество, а наемников всегда легко перекупить. Слава богу, что жизнь обходит неловко или непраавильно сформулированные юридические конструкции. Обращение к традиции дает ответ на главный вопрос о том, где в России находится источник идеологии служения.

Александр Пушкин закончил Царскосельский лицей, фактически казарменное суровое учебное заведение со спартанской атмосферой быта и полувоенной системой образования. В таких условиях вырастали российские элиты. К аналогичному порядку близки и частные школы с полным пансионом, где до сих пор обучаются дети британской аристократии (на которую равняются наши нувориши). Это нужно и для сопричастности   реальной жизни и закалки характера.

В семьях нынешнего российского богатого класса сегодня так же? В них целенаправленно выращивается ответственная национальная элита? Не смешите. То, что ныне элиты не совсем такие, как требуют интересы политики национального суверенитета, показало и последнее исследование известного социолога Ольги Крыштановской.

Самому понятию «элита» 2/3 опрошенных придают негативный оттенок, ассоциируя его с «коррупционерами», «шоу–звездами, которые незаслуженно так называются», «выскочками, ничего не сделавшими для страны». В рейтинге настоящей элиты россияне на первые три места ставят ...военных, врачей и педагогов. Политики на 7–ом, чиновники – 10–м, экономисты – 14–ом.

Идея служения, по мнению респондентов, воплощается именно в армии, да еще в  земных профессиях медиков и учителей. Отсюда и прозвучавшее на «круглом столе» предложение: нам нужно не только импортозамещение в сфере технологий, но и в сфере ценностей.

Россия не адрес для вахтовой работы

Владимир Путин провозгласил патриотизм как основу национальной идеи. Пока это установка, не ушедшая в реальную политику, признает Ильницкий. Она в стадии разверстывания. Перевод патриотизма из декларации в область реальной практической политики еще впереди. Азбучная истина: патриотизм, а не до зубов вооруженная армия -  базис национальной безопасности. Так что российским элитам, которые сейчас в размагниченном состоянии, пришла пора собираться. Главной ценностью для них должно стать внутреннее ощущение русского мира.

Наконец, еще один болезненный вопрос. У красного СССР нашлись союзники в годы Второй мировой войны. А есть ли у нас союзники сегодня?

Сенатор Игорь Морозов не сомневается. Он считает, что наша страна обретает их по линии противостояния мировому терроризму и продвижения концепции многополярности мира. Мы увидели, чем оборачивается гегемония одного мощного государства, утверждающего свое исключительное право вмешиваться в дела других государств. Доминирование на планете самопровозглашенной "империи добра" ничуть не лучше стремления к мировому господству гитлеровского Третьего рейха.

При таком раскладе вещей нет места раздвоенности менталитета и сумбура ценностей у элиты. Мне, например, трудно согласиться с представлением, что Россия – лишь место для вахтовой работы, где наши элитарии разных сортов лишь «зарабатывают» деньги, которые потом тратят в местах с более комфортными условиями жизни и климатом. Мы же в 90–е годы слышали о министре, по пятницам проводившем совещание ранним утром, чтобы успеть на 11–часовой самолет в Лондон, куда летал на уикенды к живущей там семье.

Ныне высший эшелон власти отчасти дисциплинировался. Но процесс пошел вглубь. И уже широко известные в узких кругах шоу–бизнеса персонажи публично объявляют о переезде на жительство в другую, более теплую страну и обещают исправно летать на работу в Россию. И возникает мысль: мир–то, конечно, глобальный, но нужна ли нам такая, сидящая на двух стульях одновременно, «элита»? От того, какие у нее ценности, зависит, справимся ли мы с вызовами ХХI века.

Людмила Глазкова

10
1373
6