Надежда на сотрудничество России и Запада уже мертва

На модерации Отложенный

У нефтяных компаний рейтинг общественного доверия, как правило, не выше, чем у торговцев оружием или наркотиками. Так что вряд ли кто-то, кроме акционеров ВР, потерял покой и сон, терзаясь мыслями о том, как компания выберется из своих нынешних московских проблем.

В России ВР работает через компанию 'ТНК'. Половиной 'ТНК' владеет четверка олигархов, начавших против ВР настоящую оргию судебного и простого преследования, потому что - как они утверждают - им не нравится, как топ-менеджеры, назначенные ВР, управляют предприятием. Многие считают, что русские толстосумы действуют если не при поддержке Кремля, то во всяком случае с его молчаливого согласия - с целью создать ВР столько проблем, чтобы она сама решила продать свой бизнес и уйти из страны.

Москва не делает секрета из своего желания установить полный контроль над добычей нефти и газа на своей территории. Олигархи заявляют, что просто действуют как акционеры, защищая свои законные интересы - но с правовой точки зрения их наступление выглядит не более чем балаганом, осовремененной версией 'показательных процессов' тридцатых годов, единственная задача которой - придать какой-никакой законный вид грабежу среди бела дня.

Для ВР ставки довольно высоки: доля компании в 'ТНК' дает ей до 20 процентов всех нефтяных активов. С тревогой смотрят на ситуацию и правительства западных стран - ведь если ВР уступит и уйдет, то, во-первых, 'нефтяное высокомерие' Москвы станет еще сильнее; во-вторых, еще более усилится впечатление, что в России закон есть не более чем отражение сиюминутных желаний управляющих страной криминальных боссов; и, наконец, в-третьих, это будет плохая перспектива для предложения нефти на мировых рынках. Русские, как и иранцы с венесуэльцами, не способны ни разведать, ни извлечь из земли максимум нефти без использования технологий международных нефтяных гигантов.

И все же нынешнее сражение ВР, скорее всего, проиграет - уж очень сильны сегодня в России националистические тенденции. Одна из многих иллюзий, питаемых западными внешнеполитическими кругами в отношении нации Путина (это все равно нация Путина, пусть даже номинально президентом и стал Дмитрий Медведев), заключается в том, что если бы Россия была более демократической, с ней было бы легче взаимодействовать.

На самом деле, с какими бы недостатками ни проводились в России выборы, нет никаких сомнений в том, что за националистическую политику большинство русских готово голосовать двумя руками. Согласно результатам недавнего опроса общественного мнения, 73 процента опрошенных считают, что Путин ведет страну в верном направлении; более половины враждебно высказываются о США. Слишком глубоко в национальной психологии русских укоренилось неприятие богатства и успеха Запада - а как к ним приблизиться, Россия пока еще не знает, во всяком случае, этого не видно.

Россия вряд ли станет добрым партнером США - даже если президентом изберут Барака Обаму (Barack Obama). Сегодня те большие надежды на близкое сотрудничество, которые были в 90-е годы, уже мертвы. Самое большее, к чему имеет смысл стремиться - достижение рабочих отношений, основанных на взаимно признаваемых интересах.
Правительство Буша уже не первый день с потрясающей беззаботностью подпитывает русскую окруженческую паранойю.

Оно предложило Грузии и Украине принять их в НАТО, оно планирует разместить элементы своего противоракетного 'щита' в Чехии и Польше. Новому американскому правительству сложно будет отойти от обязательств, под которыми подписалось старое - но если продвижение на восток продолжится, то добиться согласия в отношениях с Москвой будет еще сложнее.

Собственно, самой грубой и глупой ошибкой Буша за все то время, что он находился у власти, было то, что он не понял одной вещи: краткие девяностые, когда казалось, что Америка осталась единственной сверхдержавой мира и не имеет больше соперников, закончились, даже не успев толком начаться. В новейшей истории сама по себе военная сила редко когда оказывалась действеннее сил экономических.

Стратегическую картину мира полностью изменил глобализм. Сегодня в мире есть неприсоединившиеся страны - самые крупные из них - Россия и Китай, вскоре к ним наверняка присоединится Индия, - без согласия которых выполнение политических планов США будет и далее срываться.

Позиция России и Китая по Зимбабве и Ирану - это лишь первые предупреждения, которые показывают, что они могут устроить по другим вопросам, если Запад не будет с ними договариваться.

Вашингтонские ястребы - такие, как вице-президент Чейни, кричат, что молчание перед лицом сползания России к авторитаризму неприемлемо. Недавно Джозеф Байден (Joseph Biden), председатель сенатского Комитета по международным отношениям, охарактеризовал Россию как одну из трех наиболее серьезных угроз США в мире.

Это, конечно, дикое преувеличение. Возврата к 'холодной войне' быть не может. Даже со своим энергетическим богатством Россия не способна на прямое военное соперничество с США. Напротив, Америке и ее союзникам предстоит самим решить, в чем они готовы уступить Москве, чтобы она не уходила в глухой негативизм по отношению к любым целям Запада.

Никто не предлагает принять по отношению к России - и Китаю - политику моральной слепоты при виде нарушений прав человека. Тем не менее, мы обязаны признать, что, во-первых, российская автократия пользуется весьма высокой популярностью в народе - и будет им пользоваться до тех пор, пока в России будет повышаться жизненный уровень, - и, во-вторых, уж кому-кому, но не Америке становиться в высокоморальную позу борца с жестокими режимами, пока она продолжает поддерживать отвратительнейших диктаторов Центральной Азии в обмен на размещение на их территории своих военных баз.

Отношение русских к Западу в течение многих десятилетий основывалось на жажде уважения, на почти маниакальном комплексе неполноценности. Историк Орландо Фиджес (Orlando Figes) писал: 'Русское национальное сознание определяется . . . сложными чувствами уязвимости, зависти и обиды'. Исследуя времена Второй мировой войны, я прочел тысячи страниц русских мемуаров и современных работ, и все они подчеркивают: эта нация за всем на свете видит сговор.

В 1944 году Сталин в беседе с предводителем югославских партизан Милованом Джиласом (Milovan Djilas) выразил восхищение тем, насколько умело и безжалостно Черчилль убрал беглого премьер-министра Польши: 'Генерала Сикорского убили англичане: сначала его, а потом сбили самолет. Отлично, аккуратно - ни доказательств, ни свидетелей!' Это, конечно, полная чепуха, но Сталин, судя по всему, ей верил - еще бы, ведь он сам именно так бы и поступил. Да и сталинский министр иностранных дел, Молотов, оставил после себя множество рассказов, иллюстрирующих хитрость и - как многим казалось - двуличие Запада.

Мне особенно нравится его рассказ о другом аппаратчике, на тегеранском саммите 1943 года сказавшем о Франклине Рузвельте: 'Наверняка большой жулик: парализованный, а избрался президентом три раза подряд!'
Такое впечатление, что подобные циничные слова о других странах и лидерах 'большой восьмерки' в коридорах Кремля можно услышать и сегодня.

Большинство русских верят в то, что западные правила и законы созданы специально для того, чтобы продвигать интересы Запада. И если мы, русские, не постоим за себя, утверждают они, то Запад нас просто похоронит - в дипломатическом и экономическом, если не военном, отношении. И самую серьезную подпитку этим убеждениям дают девяностые годы, когда Россия пала ниже некуда.

Россия станет терпимым партнером только тогда, когда ее лидеры прекратят воспринимать дипломатию как конфронтационную игру, в которой все, чего бы ни хотел Запад, представляет собой угрозу российским интересам. Эти перемены могут произойти, но это будет очень медленно и непросто - даже если новое американское правительство будет во внешней политике умнее нынешнего.

А пока что - закон джунглей. Ведь шокировало нас не столько убийство Александра Литвиненко в Лондоне в 2006 году, сколько бесстыдное равнодушие Кремля к этому делу. Так что самое лучшее, на что ВР может рассчитывать в сегодняшней драке - получить за свою часть русской нефти рыночную цену.

У Сталина была любимая фраза: 'Мы сделали этих англичан!' ("We screwed the English!"). Что ж, в Москве и по сию пору не выходит из моды ликование по таким поводам.