Войти в аккаунт
Хотите наслаждаться полной версией, а также получить неограниченный доступ ко всем материалам?

Война в Осетии: какой она была

Война в Осетии: какой она была

Даже военные не могут назвать точную дату начала войны: неясно, где провести грань между военными провокациями и полномасштабными боевыми действиями.

"Сегодня в Цхинвале все задают один и тот же вопрос: «Почему они с нами это сделали?» Никто на него не отвечает, но никто ответа и не ждет. Мы поневоле оказались свидетелями абсурда войны

— Знаете, что говорили нам грузины по рации, когда пытались войти в город? — рассказывал Урызмаг, офицер югоосетинской разведки. — «Ну что, русские, обоссались?!»

Моррис Яралов успел вывести семью из Цхинвала до прихода грузинских войск. Он взял с собой из дома только документы и клетку с двумя волнистыми попугайчиками. Его детей и внуков приютила семья из Владикавказа — люди, с которыми он не был знаком. Самая младшая внучка просится обратно домой. Спрашивает: «Мама, где наша постель?»
Сейчас жители Южной Осетии в радостной эйфории, близкой к истерике. Но веселье — только на площади, в публичных местах. Смерть скрыта в частном пространстве. Похороны в городе незаметны и немноголюдны, что необычно для осетин. Слишком много семей, где есть свои покойники, — нет возможности ходить к соседям с соболезнованиями. Мы видели переполненные морги в Цхинвале и Джаве. Мертвых увозили во Владикавказ, Алагир, Беслан. Но кто попадал в морги? Только те, кого не смогли опознать. У осетин не принято тела родственников доверять патологоанатомам — для них это почти кощунство.

Сегодня, глядя на веселые лица цхинвальцев, трудно поверить в правдивость названной МИДом России цифры жертв: 1600 мирных жителей. Между тем следователи российской прокуратуры с прошлой недели работают над установлением точного числа пострадавших. И судя по той картине, которая открывается им в осетинских селах, погибших может оказаться больше, чем официально объявлено. В селах оставались только старики и пожилые женщины. Мужчины пытались вывезти детей и молодых жен. По непонятной сегодня логике крестьяне полагали, что грузинские солдаты не будут трогать слабых и старых. Но военная машина Саакашвили была настроена на тотальную этническую чистку.

Впрочем, погибших наверняка могло быть еще больше, если бы Цхинвал был городом многоэтажным, но здесь, к счастью, преобладает одноэтажная застройка частного сектора. Вот по этим домам и велся огонь — не только из «Града» и минометов, но и из крупнокалиберной артиллерии: в одном из домов поблизости от базы миротворцев мы видели неразорвавшийся снаряд 250−миллиметрового орудия. А ведь международные конвенции запрещают стрелять из такого оружия по городу — оно предназначено для ударов по бетонным военным сооружениям.

После победы

Сейчас жизнь Цхинвала организована по законам военного коммунизма: бесплатно раздаются вода, продукты и медикаменты. Нам ни разу не пришлось вытас¬кивать из кармана кошелек, чтобы за что-то заплатить. Попутные машины бесплатно развозили нашу репортерскую группу по городу — предлагать за это деньги даже в голову не приходило. И это притом что бензин в Цхинвале теперь на вес золота.
Всюду военная техника. Над городом — облако густой пыли и зной, асфальт практически сточен гусеницами танков. Ополченцы, еще вооруженные и неумытые, празднуют прямо на улице — приглашают прохожих журналистов выпить с ними за победу и закусить. Всюду улыбки, смех.

Военнопленных, которых держат в Цхинвале, вывели на расчистку города от трупов грузинских солдат, которых мы насчитали не менее 300. Власти республики не знают, как от этих пленных избавиться: из Тбилиси никаких запросов не поступало. Президент Саакашвили о них просто забыл.

Как начиналась бойня

По рассказам людей трудно восстановить последовательность событий. Мало кто уверенно может сказать, какой сегодня день недели, какое число.

Даже военные не могут назвать точную дату начала войны: неясно, где провести грань между военными провокациями и полномасштабными боевыми действиями. Еще 1 августа на подступах к Цхинвалу, в районе села Сарабук, грузинские вооруженные силы приступили к интенсивному обстрелу из автоматического оружия. В ночь с 1−го на 2−е начался минометный обстрел города. Тогда погибли два человека.
Следующая крупная провокация — вечером 5 августа: интенсивная перестрелка с применением минометов, не утихавшая до 8 утра следующего дня. Осетинские миротворцы вывели на позиции БМП, стреляли короткими очередями.

7 августа наступило затишье. Была организована эвакуация из Цхинвала детей и женщин. В это время миротворцы наблюдали непрерывные перемещения грузинских войск, их концентрацию в Гори. В 18.30 по тбилисской трассе в Гори пришла колонна из 400 автомобилей. Около восьми вечера президент Саакашвили по телевидению объявил о прекращении огня и заверил, что грузинские войска никогда не применят оружие первыми. В 21.00 в Гори пришла еще одна колонна из 20 автомобилей. 21.30 — колонна из 30 автомашин. 22.15 — еще из 30 машин. Что война неизбежна, миротворцам стало ясно примерно в 22.30, когда они наблюдали движение двух колонн: первая проследовала из Тбилиси в Гори — 12 автомашин с мигалками (пункт управления), вторая (100 машин) выдвинулась из Гори в Эредви, грузинское село в непосредственной близости от Цхинвала.

Через час, ровно в 23.30, Цхинвал подвергся самой мощной в своей истории бомбардировке, которая длилась долгие 18 часов (с небольшим перерывом около 6.30 утра следующего дня). Бомбили не только «Бункер», как прозвали в народе здание республиканского парламента, не только места расположения войск — «Град», артиллерия и авиация накрывали город полностью. Христофор Джабиев, 70−летний житель Цхинвала, рассказывал нам: «Если в аду есть музыка, то теперь я ее могу представить — сначала взрывы “Града”, затем минометов, потом крупнокалиберной артиллерии, а завершают аккорд авиационные бомбы. И это повторяется снова и снова. Адскую музыку Саакашвили написал специально для нас, осетин — он черт».

Горожане вспоминают, как вдруг куда-то исчезли все кошки, а бродячие собаки старались держаться поближе к людям: скулили и скреблись — просились в подвалы и убежища.

Ту первую бомбежку цхинвальцам будет трудно забыть. Некоторые старушки даже спустя сутки после изгнания грузин из города боялись выходить из убежищ. Но в ту ночь не все горожане укрылись в подвалах и бомбоубежищах: в частном секторе далеко не у всех есть подвалы — прятались на нижних этажах или за массивными стенами. Да и те подвалы, в которых хоронилось большинство жителей многоэтажек, — чаще всего не очень надежные полуподвальные помещения. Осетинские солдаты прятались в огородах, у обочин дорог.

80−летнюю Ирину Михайловну Джабиеву массированный обстрел застал в доме. Она не сразу поняла, что происходит, и приняла бомбежку за предсмертную агонию.

— Когда стали бомбить, я подумала, что в агонии, — вспоминает ту ночь Ирина Михайловна. — Меня бросило вот на эту кушетку. Я схватила стол. Потом все сломалось. Не сразу поняла, что стреляют. На крыше что-то упало. Пули пролетают. Что делать? Соседей уже никого нет. Я вышла и села на улице перед калиткой. А вокруг стреляют. Не помню ничего. Сколько сидела? Подошли три парня — один русский и два осетина. Спросили, чем можно помочь? Я просила найти кого-нибудь из соседей, чтобы укрыться. Нашли и отвели.

Ирина Михайловна после первой войны начала 90−х живет с дочкой в Москве, в однокомнатной квартире. В этом году, как ветеран Великой Отечественной войны, лечилась в московском госпитале. Но очень просила врачей выписать, поскольку денег на лечение уже не хватало. Не выписывали.

— Потом приходил профессор. Я его умоляла: «Сынок, выпиши меня!» Пришла домой. Хотела поехать на лето в Цхинвал. Дочка упрашивала: «Мама, не уезжай! Все говорят, война будет». А я говорила, что никакой войны уже не будет.

Пока тетя Ира — так она просила себя называть — рассказывает, снаружи грохочут российские гаубицы. Но она не обращает на них внимания и продолжает говорить и тихо плакать.

Оборона Цхинвала

Несмотря на то что все в непризнанной республике были уверены в неизбежности войны, оборона города была организована из рук вон плохо: не было создано ни инженерных сооружений, ни минных полей на подступах к столице. Более того, раньше у резервистов табельное оружие хранилось в домах, но примерно год назад руководство республики распорядилось сдать его на хранение в казармы. К большой войне здесь были готовы исключительно психологически.

Впрочем, в первые сутки — до вступления в бой российской армии — о регулярной войне говорить было нельзя. Грузинской армии противостояли фактически неорганизованные подразделения — югоосетинскую армию уместнее было бы назвать ополчением. Оперативное управление войсками не осуществлялось. Не велось управление огнем. Как оказалось, никакой связи, кроме мобильных телефонов и примитивных раций, у югоосетинских военных не было.

Накануне, 7 августа, в Джаву выехал президент республики Эдуард Кокойты. Якобы потому, что его переговоры по мобильному телефону грузины могли засечь, а затем ликвидировать прицельным огнем. Но почему главнокомандующий должен был руководить обороной по мобильному телефону?

Ни у президента, ни у силовиков не было никакой возможности контролировать ход боевых действий. Бойцы перемещались по городу, полагаясь на интуицию, — шли туда, откуда была слышна самая сильная канонада. Одно слово — партизанщина.
И если у грузинского командования не было плана отступления, то у южных осетин не было адекватного плана обороны. К чему готовилось руководство республики? Предполагались два сценария. Первый — спецоперация с попыткой захвата ключевых объектов города. Второй — ввод крупных танковых подразделений. Никто не думал, что перед атакой город будут 18 часов обрабатывать массированными бомбардировками с воздуха, артиллерией и «Градом».

8 августа сразу после завершения бомбардировки и обстрела в Цхинвал со стороны уже разоренного села Хетагурово вошли первые 25 танков, за которыми следовали около 30 машин с пехотой.

Завязались ожесточенные уличные бои. Полностью взять Цхинвал грузинам не удалось. Вообще абсурдно было говорить, что город или какая-то его часть контролировались грузинской или осетинской стороной. Грузинские танки и пехота были в разных частях города и везде встречали отпор.

По словам югоосетинских бойцов, по танкам приходилось делать 3-4 выстрела из противотанкового гранатомета. Только тогда их удавалось вывести из строя. Первый танк был уничтожен майором спецразведки Амираном Багаевым и его подчиненным, капитаном Азаматом Джиоевым. Оба они погибли в том первом столкновении с грузинскими танками.

— Сколько бы вы продержались, если бы российские войска не помогли? — спрашиваем мы командира 6−го батальона югоосетинской армии Таймураза Цховребова.

— Если бы без «Града», проблем бы не было. Но мы все равно преодолели «градовый» шок. Мой батальон стоял на севере города, а самые тяжелые бои с танками шли на юге. Я отправил своих ребят с гранатометами на помощь. Смотрю, через час они возвращаются. «Почему?» — спрашиваю. «Да там так много ребят… Они спорят друг с другом, чья очередь подбивать танк». Представьте: стоят человек двести и ждут, когда подойдет следующий танк. Все умоляли командиров: «Пусти меня сейчас!» Некоторые бойцы иногда заходили домой — проведать родных, покушать. Смотрят, а дома уже нет. Где старики — не знают. Это всех очень злило. Ребята были готовы на все. Очень скоро появились добровольцы: «Дайте оружие!» У меня его не было. «Дайте хотя бы гранату! Мы пойдем на танк». Ребят не надо было воодушевлять — их приходилось сдерживать.
— А вы ждали российской помощи?

— Я не верил, честно говоря, что русские нам помогут, — Цховребов не говорит, а шепчет басом, его губы едва шевелятся. — Раньше много раз о нас забывали. Ну и сейчас тоже. Нам говорили: «Продержитесь 4 часа, потом все будет нормально». Держимся 10 — никакой помощи. Тогда я сказал генералу Баранкевичу (секретарю Совбеза республики. — «РР»): «Россия нас подставила по-крупному. Москва давно могла сделать так, чтобы здесь не было крови и войны». Ну ладно, думаю, бог решил принести нас в жертву. Так я думал. Сейчас русские братья здесь.

— А к войне вы хорошо подготовились?

— Плохо… Когда брат дает тебе сломанную лопату, трудно вскопать огород. Да, нам давали оружие, но оно было старое. У нас не хватало гранатометов. Хотя бы их дали… Но это не Россия виновата. При чем тут Россия?! Это обобщенная Россия. Это политика.
Солдаты Цховребова потом объясняли: «Не думайте, что командир плохо думает о России. Нам он всегда говорил, что он настоящий русский. Поймите, он только что с позиций, оглушенный, не спал несколько суток, его дом разбомбили, дом отца тоже сгорел».

— Почему, когда российские войска ведут бои в Южной Осетии, некоторые цхинвальцы обижаются на Москву?

— Это вполне естественно, — объясняет Кромвель Биазарти, бывший министр культуры республики. — Они так говорят от потрясения. Вот я пришел к тебе на помощь. А ты меня спрашиваешь: «А где ты был вчера?» Так можно спросить только того, кто тебе близок и дорог. Чужого так не спросишь. Ведь все здесь действительно считают себя россиянами — так же как в Туле, в Ростове. Потому и критикуют Москву. И право на то имеют.

Отпор

Втот же день 8 августа около четырех часов дня к Цхинвалу выдвинулись российские подразделения. В это время грузинские танки в упор обстреливали штаб и лагерь миротворческих сил. По данным аналитиков Цент¬ра анализа стратегий и технологий, в течение 8 августа на территорию Южной Осетии вошли три батальонные тактические группы из состава 429−го и 503−го мотострелковых полков 19−й мотострелковой дивизии и 135−го отдельного мотострелкового полка 58−й армии Северо-Кавказского военного округа. Они развернулись в боевые порядки в нескольких десятках километров от Цхинвала и к исходу дня очистили объездную дорогу, несколько высот, господствующих над осетинской столицей, и вышли к западной окраине города.

Грузинские подразделения не раз входили в Цхинвал и выбивались свежими российскими силами. В отсутствие связи и реального понимания положения дел ходили панические слухи о том, что российские войска не смогут остановить грузинское наступление. Выучка и оснащение элитных грузинских сил производили впечатление.

Только вечером 8 августа активно начала действовать российская авиация. Она нанесла удары по ряду военных баз и авиабаз грузинской армии — в Марнеули, Гори, Мцхете и Сенаки, а также по позициям грузинских ПВО. Среди первых целей оказалась и тренировочная авиабаза в Вазиани. Правда, там не было ни одного грузинского самолета, зато были расквартированы американские военные консультанты и специалисты. Именно с базы в Вазиани осуществлялось руководство недавними беспрецедентными по масштабам грузинско-американскими учениями «Немедленный ответ».

Впрочем, по мнению всех военных экспертов, российская авиация подключилась очень поздно. «Она приступила к бомбардировкам лишь после того, как в столкновения с грузинами вступили наши сухопутные части. Почему командующий СКВО, посылая в бой сухопутные части, не отдал немедленного приказа начать воздушную бомбардировку позиций грузинской артиллерии и военной инфраструктуры? Почему мы позволили грузинской армии более полусуток безнаказанно утюжить Южную Осетию, хотя наши танки уже были в пути и, значит, вмешательство России в конфликт было делом решенным?» — недоумевает руководитель Центра военного прогнозирования Анатолий Цыганок.

«Выручать наших миротворцев ВВС должны были бы сразу после начала конфликта, а не на следующий день. Кроме того, почему-то в небе так и не появились наши истребители — грузинские Су беспрепятственно летали над Цхинвалом даже тогда, когда там уже находились российские войска», — вторит ему член Совета по внешней и оборонной политике Виталий Шлыков.

Днем 8 августа 37−летний цхинвалец Маирбек на убогом «жигуленке» пытался вывезти свою семью во Владикавказ. На выезде из города он заметил земляков, предупреждавших о танках. Маирбек попытался развернуться, но не успел. Снаряд попал в машину. Он, его пятнадцатилетняя дочь Дина и шестнадцатилетний сын Аслан погибли сразу. Жену и еще двух совсем маленьких детей, которых она держала на руках, закрыла широкая спина Маирбека — он весил 160 килограммов. Жена вместе с детьми успела скрыться в подвал пятиэтажки.

— Я тоже хотел уехать за сыном, но не успел, — рассказывает Заур, отец Маирбека. — Грузины все окружили танками и бэтээрами. Теперь они все мертвые здесь лежат, никто не ушел. Сноха там скрывалась, а мы здесь, в доме. Она в истерике была: увела детей в подвал, а сама хотела броситься к машине. Люди удержали. Она видела, как из вот такой дырки у мужа мозги вываливались.

Отступая, грузины пытались замести следы: они сожгли автомобиль с телами Маирбека и двух его детей. Его отец Заур только 11 августа собрал в три гроба обугленные останки сына и внуков. Похороны были немноголюдными.

Дом Лианы Тадтаевой, учительницы русского языка и литературы, стоял прямо на южном въезде в Цхинвал.

— Мне позвонили родственники из Тбилиси и рассказали, что только что по телевидению видели, как грузинские танки разрушают мой дом…

После проклятий грузинам Лиана продолжает:

— Родственники по телевизору видели, как выстрелили с одной стороны по дому, потом подошли с другой и снова выстрелили. Посмотрите, мой дом похож на официальное учреждение?

Перед нами типичный полутораэтажный каменный жилой дом с обвалившейся крышей и пробитыми снарядами стенами. Прямо перед домом искореженный грузинский танк. Может быть, тот самый, который расстреливал дом Лианы. У стены — разлагающийся на цхинвальской жаре труп грузинского танкиста.

— Танк вертелся прямо перед домом, — вспоминает Лиана. — У меня ничего не осталось, кроме кухни и столовой. Дом построили мои папа и мама. И я его назло этим нелюдям не только восстановлю, но сделаю еще лучше.

9 августа Цхинвал продолжали обрабатывать танками, артиллерией, авиабомбами. В окрестностях шли ожесточенные бои. В какой-то момент грузинские войска покинули город, но затем предприняли довольно успешную танковую контратаку, чему способствовала и относительная медлительность развертывания российских войск. Этому было объяснение — прежде всего длительность выдвижения войск через узкое горлышко Рокского тоннеля.

Перелом

Квоскресенью 10 августа развертывание российских войск было закончено. Общая численность российской группировки в Южной Осетии была доведена примерно до 10 тыс. человек. В боевых действиях наступил перелом. К концу дня от грузинских войск был окончательно очищен Цхинвал; захвачены стратегические Присские высоты, откуда велся артобстрел города; осетинская армия при поддержке российских подразделений освободила несколько крупных сел к северу от столицы республики.

В этот же день Россия блокировала морскую границу Грузии с помощью ракетного крейсера Черноморского флота «Москва», сторожевого корабля «Сметливый» и еще нескольких судов. В Абхазию были переброшены 9 тыс. человек из состава 7−й и 76−й десантно-штурмовых дивизий, 20−й мотострелковой дивизии и морской пехоты Черноморского флота.

10 августа российские войска с территории Абхазии вошли в Грузию и заняли города Зугдиди и Сенаки, где захватили базу 2−й пехотной бригады вооруженных сил Грузии. Сопротивления они почти не встречали. К этому времени грузинская армия уже поняла, что исход войны предрешен, и начала отступление на всех фронтах.

11 августа абхазская армия с минимальными потерями захватила Кодорское ущелье, контроль над которым потеряла несколько лет назад. 12 августа передовые части российской армии вошли в Гори. Накануне город бомбили. Российское командование неуклюже отрицало этот факт, но очевидцы и наши корреспонденты подтвердили, что несколько бомб упало и на жилые кварталы. Были погибшие, в том числе оператор голландского телеканала RTL.

К концу дня грузинские военные осознали безнадежность своего положения. У российских войск появилась новая проблема — многочисленные военнопленные. Были случаи, когда среди грузинских пленных попадались осетины. Вначале их расстреливали как предателей. Но отношение к ним поменялось, когда узнали о том, как грузинские власти проводили мобилизацию. Семьи призываемых в армию осетин оставались в качестве заложников — молодые ребята, опасаясь за родню, не могли позволить себе дезертирство.

По словам полковника Фриева, командира подразделения североосетинских миротворцев, в боевых действиях с грузинской стороны участвовали в основном кадровые военные — хорошо тренированные и вооруженные американским и израильским оружием. Прорывы совершались элитными частями, за которыми зачистку в селах и на улицах Цхинвала проводили войска МВД. Именно подразделения грузинской полиции с особой жестокостью расправлялись с мирным населением: забрасывали гранатами подвалы, расстреливали разбегавшихся детей и женщин.

Уже 10 августа в грузинских войсках началась паника. Из прилегающих к Цхинвалу грузинских сел население бежало, бросив скотину и имущество. В ночь с 10−го на 11−е жители города впервые смогли заснуть в тишине.

Победа

У вас после этой войны изменилось отношение к грузинам? — спрашиваем мы Кромвеля Биазарти.

— Выхожу я вчера, 9 августа, на улицу и встречаю 90−летнего старика соседа, который, увидев на улице трупы грузинских солдат, принес белые простыни, чтобы накрыть их тела. Если вы меня спросите, озверели ли осетины, я скажу: не озверели, а ожесточились. Лично у меня больше претензий к писателям и поэтам Грузии, вообще к грузинской интеллигенции за то, что они сделали со своим народом. Это они все подготовили.

11 августа мы застали врачей главной больницы Цхинвала за обедом. Застолье было скудное, но радостное. Медики первый раз выспались после двух-трех суток беспрерывных операций. Ночевали в госпитале: практически у всех дома разрушены. О том, как там родня и близкие, живы ли они, здоровы ли, знают не все. Но врачи не уходят: не в силах друг с другом расстаться. Никто не спешит посмот¬реть на то, что осталось от имущества. Война сделала самым дорогим товарищество. Вместе им хорошо и радостно. Домой же они не идут только потому, что в этот момент не хотят знать никакого горя.

— Пока не приехали врачи из Владикавказа и Москвы, в нашей больнице работало чуть больше десяти хирургов, — рассказывает главный хирург Николай Дзагоев. — Когда бомбить стали, у нас не было другого выхода — мы сделали в подвале операционную. Организовали здесь все очень быстро, за несколько часов. Чувствуете, какой запах? Здесь тяжелораненые были.

Запах в подвале, где была операционная, действительно вызывает тошноту — букет всевозможных выделений разорванной человеческой плоти.

— А у вас-то дом цел?

— Нету дома. Ничего нету. Вот как пришел на работу 7 августа, в чем хожу сейчас, то и осталось. Все мое имущество. Сплю в больнице — под столами. Вот дочка из Москвы звонит. Сын тоже в Москве живет. В гости приехал и тоже с танками воевал. Ногу подвернул. Где жить буду, не знаю.

— Почему же у вас такое хорошее настроение? Из-за победы?

— Всегда было такое. Когда бомбили — тоже.

Разоренный Цхинвал для нормальной жизни непригоден. Разгромлены близлежащие села — и осетинские, и грузинские. Перед властями непризнанной республики стоит воп¬рос: удастся ли вернуть жителей в город? Ведь именно наличие мирного населения, граждан России оправдывало присутствие в Южной Осетии миротворцев. Жители Цхинвала уверяют, что теперь, когда грузинская армия потерпела такое сокрушительное поражение, никто город не покинет.

Руслан Хестанов

Источник: www.flb.ru

{{ rating.votes_against }} {{ rating.rating }} {{ rating.votes_for }}

Комментировать

осталось 1800 символов
Свернуть комментарии

Все комментарии (0)

×
Заявите о себе всем пользователям Макспарка!

Заказав эту услугу, Вас смогут все увидеть в блоке "Макспаркеры рекомендуют" - тем самым Вы быстро найдете новых друзей, единомышленников, читателей, партнеров.

Оплата данного размещения производится при помощи Ставок. Каждая купленная ставка позволяет на 1 час разместить рекламу в специальном блоке в правой колонке. В блок попадают три объявления с наибольшим количеством неизрасходованных ставок. По истечении периода в 1 час показа объявления, у него списывается 1 ставка.

Сейчас для мгновенного попадания в этот блок нужно купить 1 ставку.

Цена 10.00 MP
Цена 40.00 MP
Цена 70.00 MP
Цена 120.00 MP
Оплата

К оплате 10.00 MP. У вас на счете 0 MP. Пополнить счет

Войти как пользователь
email
{{ err }}
Password
{{ err }}
captcha
{{ err }}
Обычная pегистрация

Зарегистрированы в Newsland или Maxpark? Войти

email
{{ errors.email_error }}
password
{{ errors.password_error }}
password
{{ errors.confirm_password_error }}
{{ errors.first_name_error }}
{{ errors.last_name_error }}
{{ errors.sex_error }}
{{ errors.birth_date_error }}
{{ errors.agree_to_terms_error }}
Восстановление пароля
email
{{ errors.email }}
Восстановление пароля
Выбор аккаунта

Указанные регистрационные данные повторяются на сайтах Newsland.com и Maxpark.com